В НевскийВася, Василек, Василиса

Проза / Рассказы25-05-2015 07:03
=//= 1 =//=

Майкл был поражен до глубины души. Восторг просто наполнил его до самых краев, временами выплескиваясь наружу междометиями. Не ожидал увидеть подобное. На берегу Бискайского залива, в Испании, стране крепкого католицизма, он попал в восточную сказку. И антураж соответствовал этому: и сам дворец, и внутреннее убранство, интерьер и кухня, одежда прислуги и благовония.

С Азаматом они дружили довольно долго, но вот только сейчас Майкл вырвался к нему в гости, и не пожалел. С раннего детства он зачитывался сказками «1001 и ночи», ярко рисовал в воображении эту жизнь. И вот мечты стали реальностью. Майкл долгое время просто бродил по дворцу, наслаждаясь его атмосферой. Азамат видел, какое впечатление произвел этот райский уголок на друга, и упивался самодовольствием.

— Мой дядя, Мухаммед, истинный, праведный, мусульманин. Ярый приверженец Корана и восточного стиля жизни. Сейчас время обеда, потом кальян, а потом можно и на балконе посидеть. Оттуда открывается чудесный вид на залив.

— У меня не хватает слов, — просто выдохнул Майкл. — Ощущение чудо, которое вот-вот произойдет.

Вид открывался, и, правда, потрясающий. Очаровывал красотой и обилием красок. К морю тянулась аллея с пальмами и цветущими кустарниками. По голубому заливу лениво дрейфовали белоснежные яхты. А под балконом, во внутреннем дворике располагался бассейн в виде огромного сердца с бирюзовой прозрачной водой. «Райский уголок» — иных эпитетов Майклу подбирать было просто лень. Особенно эти чувство заострялись в контрасте с небольшой квартирой в душной Барселоне. С моря тянулся легкий, освежающий, бриз, принося с собой умиротворение и чувство полного покоя. Глаза самопроизвольно закрывались, истома наполняла каждую клеточку тела. Хотелось. Чтобы эти мгновения тянулись вечность. Но неожиданно эту тишину нарушили. Из патио послышались всплеск воды, смех и говор молодых девчат. Майкл встал с кресла и глянул во внутренний дворик. Около балкона резвились пять молодых, в самом расцвете и соку, девчонок. Они смеялись, толкали друг друга в бассейн, плескались. Резвились, одним словом. Молодые, загорелые, симпатичные, в разноцветных бикини. Майкл невольно залюбовался ими, погружаясь в интимные грезы. Даже не заметил, как подошел Азамат, встал рядом.

— Что скажешь? — поинтересовался он.

— Отличные девчонки. Аппетитные.

Азамат довольно и громко рассмеялся. Чем и привлек внимание девчат. Они все разом обернулись и посмотрели на балкон. И тут Майкл поймал взгляд одной из них. И расстояние, казалось, было предпочтительное, и временной отрезок всего мгновение, но и этого ему хватило. Хватило на то, чтобы он смог разглядеть ее. Славянская национальность. Кучерявые белые волосы. Большие, небесного цвета, глаза, в оправе пушистых ресниц. Курносый носик. Маленькие и пухлые губки. Да и фигура у девочки был что надо, лазурное бикини лишь демонстративно подчеркивали ее прелесть. Короткое мгновение, а что-то промелькнула во взглядах. Обожгло изнутри.

— Кто это? — еле выдохнул Майкл.

— Гарем.

— Гарем?! — не смог скрыть разочарования.

— Гарем моего дяди Мухаммеда, — спокойно, но не без толики гордости, подтвердил Азамат, не замечая состояние друга.

— И это василек тоже? — он все же не сдержался, задал этот вопрос, чем и выдал себя целиком.

— Василек? — переспросил Азамат, начиная понимать заинтересованность друга.

— Есть такой цветок. Василек, называется. Он нежно голубого цвета. — Майкл и сам не замечал, почему начинал раздражаться.

— А! — понял Азамат, и перевел взгляд на гарем. Девчонки больше не резвились, сидели смиренно в шезлонгах, и пили прохладительные напитки. При этом бросали мимолетные взгляды на балкон. — Ты, наверное, имеешь в виду Васю?

— Васю? — теперь удивился Майкл.

— Васю. Это вон та, шикарная блондинка в голубом бикини. Жемчужина и гордость гарема.

Майкл предпочел промолчать. Статус, коим Азамат наградил девушку, полностью соответствовал действительности.

— Кстати, — продолжил между тем Азамат, — вечером ты увидишь их поближе.

— То есть? — в горле мгновенно пересохло. Кто знает, какие нравы существуют в этой отдельно взятой восточной стране!

— Дядя Мухаммед решил устроить в твою честь небольшой семейный праздник. Будет подан шикарный ужин, фейерверк, естественно. А вот девочки будут танцевать для нас. Ты любишь восточные танцы?

— Люблю. — Без особого энтузиазма ответил Майкл, и вернулся вглубь балкона. Плюхнулся в кресло, надел черные солнцезащитные очки. Ему так не хотелось, чтобы Азамат смог прочитать в его глазах буйство противоречивых чувств, которые охватили его в эти минуты.

За ужином сказка вернулась. В большом зале, куда его привел Азамат, все было выдержанно в стиле средневекового Востока. В дверях стояли полуобнаженные мускулистые парни с кривыми ятаганами. Горели факелы, в чашах курились благовония. Ноги по самые щиколотки утопали в мягких коврах. Ужинать предстояло на полу, в полулежащем положении, на шелковых подушках. Достархан кричал своим изобилием блюд и напитков. Наверняка, о некоторых из них не слышали даже в самых престижных ресторанах Барселоны. Но всего больше поразил Майкла сам дядя Мухаммед, владелец всей этой экзотической роскоши. Это был старик. Самый обыкновенный старик. Ну, конечно, еще бодренький и подтянутый, но все же — старик!!! «Неужели, он может потянуть гарем в пять молоденьких, двадцатилетних девчонок?» — задался риторическим вопросом Майкл.

Сам Мухаммед говорил только по-арабски, и Азамат выступал в роли переводчика. Майкл выразил восхищение дворцом и уважение приверженности исторического стиля жизни, и старик остался довольным. Он хлопнул в ладоши. Через мгновение заиграла восточная музыка и в зал выпорхнули девчонки. Они тоже полностью соответствовали антуражу. Одетые в лифы, шелковые шаровары и прозрачные накидки. Браслеты на ногах и руках дополняли аккомпанемент. Начался танец, который завораживал все больше и больше. Хотелось просто до бесконечности смотреть на него. Тем более его исполнители были такие молодые и симпатичные. С упругими загорелыми и полуобнаженными телами. Майкл в этом вихре телодвижений не выпускал из виду лишь одну. Только к ней были прикованы его жадные взгляды. И она несколько раз мельком глянула на него. И он чувствовал, что начинает по-молодецки краснеть, лоб покрывался испариной, а сердечко меняло ритм на более учащенный. Где-то внутри рос порыв, хотелось вскочить с мягких подушек, броситься и заключить в крепкие объятья этот дивный василек. Он даже на некоторое время прикрывал глаза и больно прикусывал губы, что бы ни податься искушению. Наконец-то, это испытание дядя Мухаммед остановил простым похлопыванием в ладоши. Музыка остановилась, девушки мгновенно испарились. А Майкл почувствовал себя настолько уставшим и опустошенным, что с трудом добрел до своей комнаты. Не раздеваясь, рухнул на кровать. Словно перед этим он выполнил непомерно тяжелую физическую работу. А ночь была полна то ли сновидениями, то ли грезами, то ли страшным коктейлем обоих компонентов. Он чувствовал запах ее разгоряченного тела, аромат волос и вкус маленьких пухлых губ.

Проснулся довольно поздно, с тяжелой головой. Вышел перекурить на балкон. Около бассейна вновь резвились девчата, не обращая особого внимания на Азамата, который удобно разместился в шезлонге с бокалом холодного пива. Такого момента, чтобы побывать в компании с Васей, упускать было грешно. Майкл поспешил в патио. Но его ждало разочарование: девушки уже покидали внутренний дворик. Они столкнулись на тропинке. Вася шла последней. Они оба остановились на одно мгновение, и взглянули друг другу в глаза. Майкл даже осмелился прикоснуться к ее руке. Вася лишь одарила его очаровательной улыбкой и поспешила вслед за подружками. Столь коротенькое счастье обожгло Майкла. Он поспешил к бассейну, на ходу скинул шорты и бросился в спасательно-прохладную воду. Пересек бассейн несколько раз, причем используя различные стили плавания. Хотелось избавиться от очарования, которое, словно майская роза, истощала Вася, василек. Охлажденный, успокоенный он вылез из воды и занял соседний с Азаматом шезлонг. Из богатого выбора напитков он выбрал оранж.

— Долго спишь, дружище. — Усмехнулся Азамат

— В раю время летит незаметно.

— Это точно.

Помолчали, но не долго. Переполненный различными чувствами, Майкл терял такт и этику:

— Меня поражает твой дядя. Мужик уже в солидном возрасте, а балуется до сих пор с молоденькими. Да еще и не с одной.

Азамат от души рассмеялся:

— Я и не подозревал, что это так тревожит тебя. Даже смешно. Да, ты не бери в голову. Мой дядя давно уже импотент. А гарем он содержит по старой привычке, и ради престижа. У него же часто бывают гости с востока. Вот он и держит марку.

Майкл, удивляя сам себя, почувствовал облегчение, и едва не пропустил следующую фразу друга.

— У него ведь два состава горем.

— То есть?

— Существует некая фирма, то ли в Чехии, то ли в Словакии, которая и занимается этим бизнесом. Нанимают девочек и привозят в подобные заведения. Вот и у дяди гарем из двух составов. Два месяца девочки тут отдыхают, два месяца дома. Деньги при этом получают хорошие, ни какого интима. Сказка, одним словом, а не жизнь.

Спорить с этим было невозможно. Не всякой девчонки так повезет в жизни. Майкл даже порадовался за Васю.

— А ты, как я заметил, запал на эту девочку? — спросил Азамат. Майкл не стал уводить разговор в сторону. От друга у него не было секретов, и может потому их дружба славилась своим долголетием.

— Я бы многое отдал, чтобы познакомится с ней поближе.

— Многое? — Азамат зацепился именно за это слово.

— Да. — Майкл и не стал отпираться.

— Здесь, во дворце, это не возможно. Дядя фанатично относится к гарему. Они — как каста неприкасаемых. Никто даже заговорить с ними не в праве, не говоря уж о большем. Карается, кстати, тоже по средневековым традициям. Ни одна конституция цивилизованного общества тебе не поможет. Но вот там, у себя на родине во время своего отпуска, девочки живут обыкновенной жизнью.

— А как же я найду ее там? — Майкл умоляюще глянул на друга.

— А! — тот погрозил в ответ пальцем. — Вижу, вижу в твоих глазах блеск авантюриста. Видимо, очень крепко зацепила тебя эта синеглазка.

— Ох, и крепко. — Не стал лукавить Майкл.

— Допустим, что ты найдешь ее, — начал рассуждать друг. Майкл даже привстал в шезлонге, но Азамат тут же остудил его. — Я сказал «допустим». Вот ты нашел ее, и что? Ты говоришь на испанском и аглицком языках. Девочка на каком-то там своем и немного на арабском. И что дальше?

Майкл вдруг так ясно и отчетливо представил ее васильковые глаза, в которых так откровенно читалось взаимно-обратное чувство.

— Любви не нужны лишние слова. — Грустно ответил он.

— Я достану тебе ее адрес. Как-то уж больно просто, по буднично серо, сказал Азамат.

— Что? — теперь уже никакая сила не могла заставить Майкла сидеть на одном месте. Он вскочил и навис над другом.

— Залезу, между прочим, страшно рискуя, в дядин компьютер. Да, да, у него имеется компьютер. Не совсем же он сумасшедший по средним векам.

— Серьезно? — Майкл по-глупому расплылся в широкой улыбке.

— Информация, сам понимаешь, эта платная. Стимулировать следует риск. Могу дядю разгневать и потерять его расположение.

— Сколько? — перебил меркантильные рассуждения друга.

— Я знаю, что ты из очень состоятельной семьи. Родители твои имеют успешный бизнес в Барселоне. Но не в деньгах дело.

— Что ты хочешь?

— Перстень. — Кивнул Азамат.

Майкл взглянул на руку тоже. На безымянном пальце его поблескивал старинный, из червонного золота, перстень с россыпью бриллиантов чистой воды. Это была фамильная реликвия. Да безумство вспыхнувшей страсти, запах азарта и авантюризма не дали времени даже на обдумывание.

— Держи. — Он протянул перстень Азамату. Голос все же легонько дрогнул. Раритетная вещь, все же. Родители не одобрят столь неразумный поступок, если не сказать большего. Тяжелым грузом это ложилось на сердце. Но уже в обед от сомнений не осталось и следа. Он держал в руках фотографию девчонки, на обороте которой он прочитал:

Веденеева Василиса Ивановна.

19.. года рождения, русская.

Россия, город Тула,

Зеленая улица, дом, квартира.



=//= 2 =//=

Вечером Майкл вернулся домой, в Барселону.

— Как отдохнул, сынок? — родители пока не заметили отсутствия перстня. Мать накрывала на стол, мимоходом потрепала сына по волосам.

— Вот именно, что отдыхаю. Все время отдыхаю, — проворчал Майкл. — Мне уже 25, а я все в свободном плаванье. Не при деле.

Родители переглянулись. Отцу явно пришелся по душе порыв сына. Он даже отложил столовый прибор и внимательно посмотрел на него:

— Чем ты собираешься заняться?

— В твою компанию я точно не пойду. — Сразу уточнил Майкл. — Не по мне этот бизнес. И вообще, если вы забыли, то у меня — диплом архитектора и дизайнера

— Хочешь открыть свое дело? Или влиться в какую-нибудь компанию? — к отцу вернулся сарказм. Но Майкл старался не заострять на этом свое внимание.

— Свое дело. — Невозмутимо ответил он.

Отец продолжил ужинать, мать нервно переводила взгляд с любимых мужчин. В столовой повисла напряженная тишина.

— Надеюсь, ты шутишь? Или не забыл, что это очень хлопотно и не всегда безопасно. Все ниши давно заняты. — Отец все же озвучил давным-давно известные истины.

— В Испании да, конечно. — Легко согласился Майкл. — А вот в России.

— России? — испуганно воскликнула мать и выронила вилку. Перевела взгляд на супруга, который, к ее изумлению, оставался спокойным. Но это было обманчивая видимость.

— Да, в России. — Все так же спокойно подтвердил сын. — И пора уже называть вещи своими именами. Не строить из себя сами не зная кого. А честно признаться, что мы — русские. А я и не Майкл вообще, а Михаил. Миша!

— Майкл! — мать пыталась вразумить любимого сыночка.

— А между тем в России, в Москве, живут моя бабушка и дедушка.

— Мы в ссоре.

— Глупая ссора, протяженностью в пять лет.

— Майкл. — Наконец-то, и отец повысил голос. — Это не глупая ссора, а принципиальные позиции. Ты, по молодости лет своих, еще мало чего понимаешь. Я не собираюсь первым идти на поклон к своим родителям. Они выгнали меня из дома.

— А меня никто не выгонял, — Миша упорно стоял на своем, — и я не считаю позорным для себя первым протянуть руку. Пора восстанавливать мосты и воссоединять семью. Жизнь одна, а время быстротечно. — Он встал из-за стола. — Спасибо за ужин, мама. Все было, как и всегда, очень вкусно.

И покинул столовую. Мать уже собралась вскочить и броситься следом, но муж положил руку на ее ладонь:

— Это не детский каприз, — тихо констатировал он, — наш мальчик обретает самостоятельность. И это правильно. Пусть попробует. Он принял решение настоящего мужика. А это вызывает понимание и уважение.



Москва встретила Михаила дождем. Над городом висели тяжелые, свинцовые тучи, и он наполнился хмуростью и пасмурностью. Что искореняло всякое маломальское хорошее настроение.

Зато бабушка Марья и дед Иван встретили внука с распростертыми объятьями. Радости и счастью не было конца. Целый день они не могли ни наглядеться и ни наслушаться. Через каждые два часа шли пить чай, при этом готовили новые блюда и приобретались всевозможные деликатесы.

Дед Ваня, старой закалки коммунист, был еще бодрым старичком и продолжал работать в государственной структуре. Хотя это и не мешало ему регулярно ругать власть и выступать на митингах. Баба Маня всю жизнь была домохозяйкой, обеспечивая супругу надежный тыл, наполненный уютом и любовью.

— Ты к нам в гости, или как? — поинтересовался дед, когда они допоздна засиделись на кухне за разговорами о футболе.

— Или как, — слегка улыбаясь, ответил Миша, чем еще больше порадовал деда. Через мгновение Миша согнал улыбку с лица и пояснил. — Хочу тут открыть свое дело.

— Бизнес, то есть? — дед набил трубку ароматным табаком. Раскурил, добавляя запахи далекой Кубы.

— И очень надеюсь на твою помощь. — Михаил не забыл, как надо вести себя с дедушкой. Тот имел некоторые слабости. Тщеславие, честолюбие и высокое чувство собственного значения имели порой и выгодную окраску. Стоило поиграть на его этих чувствах, так он в лепешку расшибется, но сделает все, что от него зависит.

— Что за бизнес? — дед принял важный вид. Потянулся, выпрямил спину.

— Строительство, дизайнер.

Задумался старик. Поглаживал шикарные усы, выпуская временами клубы табачного дыма. И наконец-то, вынес вердикт:

— А это, пожалуй, выгодное дело. Сейчас «новые русские» просто сходят с ума на этой почве. Перепланируют квартиры, меняют интерьеры. Да и под Москвой дачные поселки растут, как грибы после дождя.

— Точно? — обрадовался Миша.

— Не просто дачи. Им подавай средневековые замки, с башенками, подъемными мостами.

— Здорово.

А дед вновь впал в глубокую задумчивость, достал из холодильника початую бутылку коньяка.

— Давай по пятьдесят. За успех. Есть у меня кое-какие знакомые. Там. — Он красноречиво поднял палец, указывая на потолок. — Они-то быстро приспособились к новой жизни. Но думаю, что за мои прежние заслуги, окажут посильную помощь.

— Просто не вериться в такую удачу! — Миша был искренне приятно удивлен и счастлив. — За это грех не выпить, не смотря на позднее время.

Дед с внуком сдвинули бокалы.



Но на деле оказалось не столь безоблачно и радужно. Бюрократию в России никто не отменял. В новой обстановке она лишь крепла и расцветала. И все же дедушкины связи и Мишины деньги (начальный капитал пошел на смазку) сделали свое дело. Оно тронулось с места.

Через три месяца Михаил открыл-таки свое строительное и дизайнерское бюро. Сотрудников он набрал молодых и амбициозных вчерашних студентов, хоть и без опыта, но зато с огромным желанием и массой новых идей. Вскоре это начало плодоносить. Пошли и заказы, а с ними и известность в городе, да и прибыль.

Лишь после этого пришла пора подумать об истинной цели своего приезда на родину, так круто изменившая привычную, без громких потрясений, жизнь.



=//= 3 =//=

Он стал собираться в Тулу.

— По делам фирмы. — Объяснил он старикам. Но бабушку было обмануть почти невозможно. Она сердцем чувствовала неправду. В прихожей, она своим единственным вопросом «прижала к стенке»:

— Кто она?

— Ее зовут Василиса. — Миша понимал всю тщетность сокрытия тайны.

— Познакомились там? — она кивнула, указывая на Запад.

— А как ты догадалась? — улыбнулся Миша.

— Ты похож на своего деда. Он ради меня пересек всю страну, — улыбнулась бабушка.

— Удачи тебе, сынок, — и перекрестила его.

Уже в Туле Миша вдруг поймал себя на мысли. Что едет в гости к незнакомой девчонке. Без цветов и подарка. Он не знал о ней абсолютно ничего, и потому купил и мягкую игрушку, и французскую косметику, и томик лирических стихотворений. А так же набил два пакета всяческими вкусностями и деликатесами.

Дом на Зеленой улице говорил сам за себя и за своих обитателей. Люди жили у самой черты бедности, едва сводя концы с концами. Бабки у подъезда с большим интересом разглядывали молодого человека в шикарном костюме и множеством пакетов. И совсем не скрывали неприязнь к властьимущим и зависть. Дверь нужной квартиры открыла женщина. Ему хватило одного взгляда, чтобы понять: перед ним стояла мать Василисы. Вот в такую же приятную, спокойную женщину превратится и Вася, лет так через тридцать.

— Здравствуйте.

— Доброе утро, молодой человек.

— А Василиса дома?

— Увы, нет. Она уехала в деревню. Будет только ближе к вечеру.

— Жаль, — искренне огорчился Миша. И это чувство так красноречиво отразилось на его лице, что женщина тут же предложила:

— Но вы можете подождать ее.

— Целый день? Как-то неудобно.

— Неудобно вас держать в грязном подъезде. — Ответила женщина и посторонилась, приглашая гостя переступить порог.

Бедность кричала о себе уже в прихожей, такой маленькой и тесной.

— Баба, а кто пришел? — вдруг раздался совсем рядом детский голосок. В прихожую заглянула девочка. Пятилетнее, белокурое, голубоглазое чудо. «Она замужем!» — мысль обожгла его изнутри. Вмиг стало жарко.

— Этот дядя пришел к твоей маме. — Пояснила женщина и повернулась к Мише. — Вы проходите в комнату, а я сейчас поставлю чайник.

— Спасибо.

Он прошел в комнату. Цепким, внимательным взглядом он окинул небольшую комнату. Отметил, что в доме нет мужчины. Разные мелочи сказали ему об этом. Он вздохнул и присел на диван. К нему тут же подсела девочка.

— А как тебя зовут?

— Миша. А тебя?

— Яна.

— Яна? Очень красивое имя. Кстати, это тебе. — Миша протянул ребенку плюшевого поросенка, попутно похвалил себя за сообразительность.

— Ой, какой большой и красивый. — Восторженно обрадовалась Яна, и утащила подарок в соседнюю комнату. Миша недолго оставался в одиночестве. Зашла мать Василисы:

— Так, мойте руки и быстро завтракать. — Приказала она внучке, да и гостю заодно.

В ванной комнате Михаил лишний раз убедился, что мужчина к этой квартире не проживает, и довольно-таки уже длительное время. Полки покосились, гвозди вбиты не умеючи. Отсутствие четвертой зубной щетки и бритвенных принадлежностей так же утверждали его умозаключения.

За завтраком они познакомились поближе. Ольга Петровна сетовала на нелегкую жизнь. Сама она на пенсии по инвалидности (давление замучило), получает какое-то смехотворное пособие. Дочь Василиса никак не может устроиться по специальности, вот и приходится ездить по контракту заграницу, на апельсиновые плантации. Она и тянет на себе всю семью. С мужем давно разошлась, алименты не получает. А цены кусаются, а коммунальные услуги растут, за детский сад ежемесячно поднимают плату. Миша извинился за нерасторопность и опустошил пакеты с продуктами. Понял по их взглядом, что невольно устроил настоящий праздник.

— На обед я затеяла пироги, — извиняющим тоном произнесла Ольга Петровна.

— Бабушка очень вкусные пироги печет. — С гордостью сообщила Яна.

— А я и не сомневаюсь в кулинарном таланте твоей бабушки. — Широко улыбнулся Михаил. — Я так соскучился по настоящим домашним пирогам.

— Бабушка, а можно я покажу дяде Мише свои игрушки?

— Конечно, можно, солнышко.

Яна тут же потащила гостя в комнату, где стала не без гордости демонстрировать свои куклы.

— Это Маша, это Катерина, это Оля. Мы с мамой сами шьем им платьица и кофточки.

— А как ты назовешь поросенка?

— Поросенка? Нюша.

— Нюша? — улыбнулся Миша. — А почему Нюша?

— Как в «Смешариках». Мультик такой. Ты разве не знаешь?

— Нет.

— Да их каждый день в «Спокойной ночи, малыши» показывают. А у меня еще и видеокассета есть.

— Ни разу не видел.

— Да ты что? — искренне изумилась девочка. — Я сейчас.

Она убежала на кухню. Мишино внимание привлекли два макета средневековых замка, так умело склеенных из картона. Яна вернулась уже с бабушкой.

— Бабушка разрешила нам посмотреть видик. — Довольно сообщила девочка.

— А кто это склеивал? — в свою очередь поинтересовался Миша.

— Это Василисина дипломная работа. — Буднично сообщила женщина. — Может, вы отдохнуть хотите с дороги, а тут Яночка со своими смешариками?

— Ну, что вы? — махнул рукой Миша. — Я с удовольствием познакомлюсь с Яночкой.

До самого обеда они смотрели мультфильмы про смешных круглых зверят. Играли в шашки, разукрашивали книжку и при этом, как показалось Михаилу, очень сдружились.

А после сытного обеда, когда Яночка уснула, Михаил и Ольга Петровна разглядывали семейный альбом. И Миша все больше и больше узнавал Василису. Как оказалось, она не только внешне была привлекательна, но и внутренний мир был притягателен своим богатством и разнообразием. Она любит читать, обожает театр, играет на гитаре, сочиняет эпиграммы на знакомых. Время за разговорами пролетело одним мгновением. Проснулась Яна, и они до самого вечера рисовали, играли, делали поделки из пластилина.

В прихожей раздался шум, и первой на него отреагировала Яна:

— Мама приехала, — вскочила и бросилась в прихожую.

— Дочка, — подтвердила Ольга Петровна, обращаясь к Михаилу.

Миша пошел навстречу своей судьбе (как ему того хотелось).

— Какой еще дядя Миша? — послышался голос Василисы.

— Это я. — Он появился в дверном проеме. — Привет.

Она узнала его сразу, что было удивительно. Приятно удивительно.

— Ты?! — она выронила куртку.

А Яна меж тем волоком потащила сумку, которую привезла Вася, на кухню.

— Бабуля, пошли сумку разбирать.

Они остались в прихожей вдвоем.

— Я, — спокойно сказал Михаил. Поднял куртку и повесил ее на вешалку.

— Откуда? — растеряно спросила Василиса.

— Оттуда. — Миша присел на корточки. — Разреши мне помочь снять тебе сапоги, — и не дожидаясь ее реакции, расстегнул молнии на ее сапожках.

— Вот еще! — возмутилась девушка. Она переобулась в комнатные тапочки и, глядя в зеркало, стала приводить себя в порядок. На улице шел дождь, который внес свои коррективы в ее внешний вид. Миша стоял за ее спиной, наблюдая в зеркале за ее действиями.

— Как ты нашел меня?

— Сердце подсказало.

— Что сказал матери?

— Апельсиновые плантации. — Лаконично сообщил он, чтобы сразу снять все вопросы и терзания девушки. Яркий румянец залил ее лицо, от чего она стала еще красивее и милее.

Поспешно прошла на кухню, и Михаилу ничего не оставалось делать, как последовать следом.

— Ужин разогреешь сама. Пироги в хлебнице. — Сообщила ей Ольга Петровна и обратилась к внучке. — Пошли-ка, Яночка. Маме и дяде Мише надо поговорить.

Ушли, тактично плотно прикрыв дверь за собой. Василиса открыла холодильник, но увидев там полное изобилие, тут же захлопнула, решила ограничиться только пирогами и чаем.

— Чай будешь?

— Ну, если угостишь.

Она старательно избегала встретиться с ним взглядом. Боялась потерять над собой контроль и выпустить инициативу из рук.

— Не гостеприимством в этом доме не страдают.

— Я это уже оценил.

Засвистел чайник. Девушка налила бокалы, нарезала пироги. Ей пришлось сесть за стол напротив гостя.

— Чего тебе надо от меня? — после второго глотка чая она все же осмелилась прямо посмотреть на него.

— Хочу предложить тебе работу, — ответил Миша.

Василиса неожиданно залилась краской, рука чуточку вздрогнула, и чай выплеснулся на скатерть.

— Если ты считаешь меня проституткой, то глубоко ошибаешься. — Шепотом произнесла она, не скрывая обиду и злость. Удивительная перемена произошла с ее глазами, вернее с их цветом. Васильковые глаза вмиг потемнели до темно-синего цвета.

— Совсем нет, — поспешил он возразить.

— Неужели? — Вася заводилась, злилась. Обида просто кипела в ее глазах.

— Ты же окончила строительный институт? — Миша своим спокойным тоном старался передать это спокойствие и девушке.

— Техникум, — немного ошарашено ответила она.

— Ну вот, — обрадовался Миша, — я хочу предложить тебе работу по специальности.

Она ничего не ответила, лишь недоуменно смотрела на него, и Миша пояснил:

— Я открыл свое дело в Москве. Архитектурно-дизайнерское. Мне нужны молодые, перспективные специалисты. Вот я и подумал про тебя.

— Врешь! — тихо сказала Василиса.

— Почему? — развел руками парень. — Нет. — Он даже руку положил на грудь, в области сердца. Да вот только обмануть ее все равно не удалось. Он никогда не мог виртуозно лгать. Лицо отражало все истинные чувства и намерения. Но если не лицо, то глаза уж точно. Читай, не ленись.

— Врешь. — Констатировала Вася более уверенно. — О моем образовании ты узнал только сегодня. От моей матери.

И горько так усмехнулась. Встала из-за стола и подошла к окну. Смотрела, как за окошком нудный дождь медленно перевоплощается в первый, мокрый и такой не долговечный снег.

— Ты приехал лишь потому, что захотел меня. Еще там, во дворце, ты просто пожирал меня глазами. Только там я была под защитой Мухаммеда-аки. — Говорила она тихо, делая продолжительные паузы. С неподдельной горечью, от которой щипало в глазах. — Но и здесь ты меня не купишь. Ни за какие деньги.

— Ты не правильно меня поняла, — испугался Миша. Вскочил и подошел к ней. Осторожно положил руки на плечи. Василиса медленно обернулась.

— А как я должна истолковать твое внезапное появление?

Их лица были так близко друг от друга, что дыхание смешивалось, а при небольшом желании. Можно было услышать и перестук сердец.

— Ты мне очень понравилась. Твоя правда. Но не в том качестве. — Он замялся. Словно боялся произнести нехорошее слово в ее присутствии. — В том качестве я тебя никогда и не воспринимал. Да, я только сегодня узнал о твоем дипломе. И, знаешь, очень обрадовался, что могу предложить тебе работу. Ты станешь работать у меня, мы много времени, почти весь рабочий день, будем рядом. Пройдет немного времени, и может тогда. — Он не закончил фразу.

— Что тогда? — она нарушила тишину, поинтересовалась. И цвет глаз ее вновь посветлел, потеплел.

— Тогда у меня будет больше шанса завоевать тебя. Просто я испугался. Что я, так неожиданно появившись тут, сразу заговорю о любви, ты просто рассмеешься мне в лицо.

— О любви? — переспросила она.

Вместо ответа Михаил осторожно прикоснулся губами ее маленький, пухленьких и влажных губ. Поцелуй изначально был по-детски наивным и несмелым, вдруг перерос в страстный и горячий.


=//= 4 =//=

Через три месяца в офис московской очень перспективной строительной компании пришел из далекой Испании пакет на имя Михаила.


«Привет тебе, дружище Майкл. Авантюрист с большой буквы.

Был на днях у дяди Мухаммеда, и узнал от него, что

жемчужина его гарема, Василиса, больше никогда не приедет.

Он огорчился, а я обрадовался. Это значит, что ты нашел-таки

свой василек. И значит, твои чувства сильнее предрассудков и

расстояний. Я рад за тебя. Да я горжусь тобой, дружище!

И даже страшно завидую белой завистью. Думаю, что мой

подарок придется кстати. Надеюсь, что мы еще встретимся, и

обо всем поговорим. Твой вечно Азамат»


   В пакете лежал перстень. Фамильная реликвия.



Расскажите друзьям:


Автор


В Невский






Читайте еще в разделе «Рассказы»:

    Комментарии приветствуются
    Комментариев нет




    Автор


    В Невский



    Цифры
    В избранном у: 1 (Ося Лист)
    Открытий: 447
    Проголосовавших: 0
      

    Пожаловаться