MsongКибер-феминистки и Ноосфера

«Нет объективизации персонажей!» «Насилие над цифровой женщиной должно быть наказано!» «Сублимация приводит к реализации!» Всё это и еще десятки невразумительных слоганов вышли из-под пера лидера довольно-таки радикального движения Мосфем. Она скромно называлась Лизой и скромно же арендовала небольшой кластер офисов на таинственным путем попадавшие к ней деньги. Ее двери были всегда открыты любой страждущей и/или обиженной.


Поэтому, когда к ней в кабинет вошел не страждущий и вовсе не обиженный юноша, который вежливо представился Владимиром, Лиза самую малость офонарела.


Владимир учтиво попросил разрешения присесть, и та неловко ему кивнула. Парень был весьма недурен собой, и это каким-то образом ее оскорбляло. Лиза взъерошила короткие волосы цвета ЛСД трипа и тяжело опустилась на кресло.


— Еще раз здравствуйте, — сверкая улыбкой, щебетал парень. — Я, конечно, понимаю, что мужчинам не место в этом храме весталок, но лабриса у вас над дверью я не увидел…

Он тихонько рассмеялся собственной шутке, пока Лиза мучительно размышляла, какого черта тот забыл в ее кабинете.

— Дело в том, что я увидел ваши призывы, — с лица пришельца не сходила озорная улыбка. — И просто не мог выразить свое полнейшее сочувствие вашему курсу.

— А, так вы из этих… — с облегчением выдохнула Лиза. — Налить вам соевого молока?

— Вы очень добры, но нет, спасибо. Я только что пообедал сочнейшим бифштексом.

— Ладно, какого черта вам надо? — с детской непоследовательностью рявкнула Лиза.

— Я бы хотел немного подкорректировать выбранный вами курс, — белозубо улыбнулся Владимир.


Лиза вдохнула поглубже, собирая в одну словесную колбу всю желчь и весь яд, накопленные за годы беспробудного одиночества.

— Мы. Без. Мужчин. Как-нибудь. Обойдемся, — отчеканила она. — А теперь, будьте добры…

— Ладно-ладно, — Владимир сложил руки в молитвенную «лодочку», — обойдетесь сами, не вопрос. Только выслушайте меня, пожалуйста.

Лиза величаво кивнула.

— Очень хорошо. Дело в том, что, несмотря на всю идиотичность… Пардон, поспешность выдвигаемых вами лозунгов, вы абсолютно правы. И я был удивлен найти зерно истины в дымящейся груде…

— Что вы пытаетесь мне сказать?! — взвилась Лиза. — Черт возьми, у меня и так достаточно сложная жизнь, чтобы какой-то напыщенный хер приходил и триггерил меня почем зря!

Владимир мелко кланялся и приставлял палец к губам, не переставая улыбаться.


— Прошу прощения, моя речь, возможно, слишком экспрессивна, — юлил он, — но попробуйте все-таки… Как бы вам сказать… Попробуйте подумать. Знакомы с этим процессом? Знакомы, и даже лучше меня, — поспешил добавить он, видя, что лицо собеседницы покрывается красными пятнами. — Я все пытался понять, как люди не замечают очевидного? Что страдания, причиняемые цифровым персоналиям вполне реальны?

«Он чокнутый» — подумала Лиза, опасливо оценивая сложившуюся обстановку. «Как я могу его использовать?» — тут же включилась рациональная часть ее «я».


— Да-а-а, наверное, вы правы, — осторожно протянула она.

— Вот! — Владимир ей кивнул, ободренный. — Но зашли вы не с того угла. Видите ли, дело не в сублимации агрессии и не в том, что игры учат детей плохому… Вся соль в том, что любая информационная единица имеет вполне осознанный прототип в Ноосфере. Слыхали об этом?

Лиза, даже «Поваренную книгу анархиста» не осилившая, пристыжено ему кивнула.

— Как приятно встретить образованную девушку! — разулыбался Владимир. — А то кругом одни тупые… Хорошо хоть, когда есть, на что посмотреть, а бывает такое, что…


Лиза мысленно представляла себе сцены разнообразных казней с Владимиром в роли подопытной свинки. Из всех мужчин на земле к ней в кабинет пожаловала мизогинная свинья.

— Так вот, юная леди, — в руках Владимира волшебным образом материализовалась тоненькая методичка. — Здесь я собрал основные принципы работы Ноосферы и как она коррелирует… Э-э-э... Взаимодействует с плодами нашего творчества. Ознакомьтесь. Приятно было с вами повидаться. Чао!


Одарив Лизу очередной улыбкой каннибала, Владимир скользнул за дверь. Той понадобилось несколько минут, чтобы выйти из ступора и полностью осознать ситуацию.

«Бред какой-то» — с присущей ей радикальностью отрубила она. — «Это какая-то секта».

И методичка полетела в нижний ящик ее стола, присоединившись к кипам других бумаг. Книжица миновала мусорную корзину исключительно благодаря неискоренимому Лизиному автоматизму.


Прошло несколько дней, и Лизе вдруг стало скучно. Скучно заниматься организационными вопросами и день ото дня управляться с курятником оголтелых ультрарадикалок. В поисках какой-нибудь развлекухи она наткнулась на забытую методичку и смеха ради развернула. Написанная ироничным, простым языком книга мгновенно принялась высекать на Лизиной tabula rasa новые директивы.


Спустя какой-то месяц Лиза отлично разбиралась в Блаватской, свободно цитировала Рериха, критиковала Гюрджиева и предпринимала самостоятельные вылазки в тонкие миры. Но кумиром ее был, конечно же, Вернадский, сформулировавший такие близкие ей понятия Ноосферы. Под зелеными волосами уже вовсю росли русые корни, но Лизе было все равно: она искала Правду.


Как ни странно, полученные знания не отбили у нее тягу к социальной деятельности. Став из фанатичной убежденной, она и дальше двигала свою линию в феминистском дискурсе. Последней глупостью, которую она себе позволила, было начисто забыть о факторе вмешательства Владимира и приписать заслугу открытия чудесного мира науки самой себе.


После очередного пикета правительство, устав разгонять полуголых девок слезоточивым газом, пошло на переговоры и пообещало ужесточить игровую цензуру. Лиза оставила празднующих подруг и поехала на Новодевичье со скромным букетом цветов. Это была их с Вернадским победа.


Поплутав по аллеям некрополя, она нашла заветный памятник и с трепетом возложила цветы перед странного вида стеклянной витриной, в которую был упакован каменный бюст ученого.

— Вот так, Владимир Иванович, — лепетала она. — В очередной раз мы перевернули мир… А что будет дальше? Неужели когда-то Ноои Биосферы соприкоснутся, и тени умерших будут ходить среди нас? Вы как думаете?


Обуреваемая непривычным девичьим стыдом, радуясь и стесняясь этого чувства, она впервые подняла глаза на суровое лицо ученого. Ее глаза округлились от узнавания.

— Какого черта… — выдохнула она.



Расскажите друзьям:


Автор


Msong






Читайте еще в разделе «Юмористическая проза»:

    Комментарии приветствуются
    milena
     
    Как мыло мы порой читаем!
    0
    14-03-2018
    milena
     
    * мало
    0
    14-03-2018
    Msong
     
    есть такое
    0
    14-03-2018
    Блаватскую не перевариваю органически, с Рерих-анцами заочно в контрах (хотя картины Н.К. завораживают, конечно), к ноосфере отношусь с настороженной подозрительностью, а с работами в этой сфере Вернадского не знаком к своему стыду. Феминизм не считаю достойным обсуждения в принципе.
    Не смотря на все вышесказанное не оценить достоинства текста не могу. На фоне многих ваш — играет (и так почти всегда). Спасибо.
    9 — по идеологическим соображением
    0
    14-03-2018
    Msong
     
    согласен, блаватская — это что-то с чем-то. рерих хорош как культуролог, но как эзотерик не оч. спасибо за отзыв
    0
    14-03-2018




    Автор


    Msong



    Цифры
    В избранном у: 0
    Открытий: 108
    Проголосовавших: 2 (milena9 GraphOrMan9)
    Рейтинг: 9.00  

    Пожаловаться