Пока цветёт папоротник

проза
— Ты скажешь что-нибудь?

— Что мне надо сказать?

— Ну хоть что-нибудь... Вы же всегда что-то говорите. Говорите просто, чтобы говорить. Говорите ни о чем или о чем-то. Говорите с кем-то или ни с кем. Скажи что-нибудь!


— Дима, вставай! Мы опять проспали! — прогремело громом в открывающуюся дверь детской комнаты.

— Пап, мне снова снились эти сны и этот голос, только в этот раз я уже попытался ему что-то ответить, — не успев открыть глаза, словно на автомате зазубренной ранее речи выдалось детским голоском, так негармонично и нелепо вписывающейся в суету соседней комнаты, в которой кто-то стремительно пытался найти необходимые вещи, попутно броня всех вокруг.

— Завтракать будешь в лагере, давай-давай быстрее, опаздываем же! Чисти зубы, умывайся-одевайся, жду тебя в машине! — отдаляющимся гулом в сторону двора раздавались спускающиеся шаги по лестнице.

Нос учуял какой-то необычный аромат, чем-то заставивший задуматься о наказании, при этом одновременно открывая воспоминая о долгих лесных прогулках. Поднимаясь с кровати, Дима заметил лежащую на подоконнике крапиву. — Это-то тут зачем интересно? — задумчиво пронеслось в голове, совершенно не сбивая с мысли о странности диалога во сне, да и где может находиться второй тапок.

С щелчком застегивающегося ремня на пассажирском кресле рядом с водителем, в машине прозвучал вопрос, с таким напором и колоссальной заинтересованностью, словно ждавший вечность для рождения в данном моменте:

— Что тебе снилось? Дима, только говори отчетливей и более конкретно, пожалуйста! — устремив взгляд на достаточно затруднительный участок прилегающей к лесу дороги, произнес отец.

— Я же говорил уже, и тогда говорил и сейчас минут пятнадцать назад говорил тебе, что мне все снится этот голос, — с легким возмущением начал объяснять сын. — Он все также снится, иногда снится что-то непонятное, мне очень сложно это объяснить. Могу как-то пытаться передать, рассказывая тебе часть диалогов, что запоминаю, но они лишь часть того, что начало сниться после переезда. Зачем мы вообще переезжали?! Это все из-за мамы, да?

— Понятно, что ничего не понятно. Ну а что за голос-то? Чей? Ты можешь более подробно попытаться описать его? И не только из-за мамы. Мы оба хотели переезжать, да и ты вроде бы был не против.

— Я был не против природы, которую вы мне описывали, а в итоге получил жизнь у края леса, этот голос и час езды до школы, которая нравится мне значительно меньше предыдущей. И еще ваши эти ссоры постоянные. Там вы ссорились меньше! Пап, когда вы помиритесь с мамой? — в голосе ребенка чувствовалось чрезмерное возбуждение, то ли от сна, то ли от лицезрения очередной семейной неурядицы накануне за ужином. — Иногда мне кажется, что я не хочу тут жить, что хочу обратно. Меня пугает этот голос, эти переживания во сне. Я тебе говорю еще раз, что не могу его описать. — Дима попытался засмеяться и произнес: — Загробный!

— Опять ты жути нагоняешь, — улыбаясь, парировал отец, — хорошо, обязательно постараюсь поговорить сегодня вечером с мамой, все равно уже давно собираюсь это сделать, но все никак не удается, что-то мешает, понимаешь? — то ли Дима не смог уловить лукавства, то ли его действительно не было, и слова отца звучали кристально искренне, — раньше пытался, пытался, пытался... Да чего я тебе это все говорю, ты вчера смог сам доделать модель? Все получилось, нормально?

— Да, пап, все нормально. Все получилось. Ты заберешь меня сегодня?

— Нет, скорее всего приедет мама. если приедет, конечно. Высажу тебя на остановке, иначе не успею на работу. Да и вообще лагерь на то и лагерь, что дети там живут. Пусть он и при школе, но это лагерь. А ты что-то часто стал просить тебя забирать. Помнишь, какой номер туда едет? Хотя вот, наверное и он.

Машина остановилась рядом с автобусом, водитель которого стоял рядом с кабиной и видимо ожидал кого-то. Крепко пожав руку отцу, обменявшись пожеланиями к удачному дню, Дима вышел из машины и зайдя в автобус, занял свободное место у окна в конце салона.


— Опять задержался на работе. Он уже спит?

— Да, уже спит.

— Давай поговорим, пожалуйста.

Летняя гостиная первого этажа в полумраке позднего вечера выглядела чрезмерно колоритно. Эпатажа добавляла надвигающая за окном лесная тьма, разрезанная остатками света зашедшего солнца. Один из умирающих лучей, словно дорогу, освещал вереницу углубляющихся в чащу папоротников. Когда-то на террасе это комнаты они могли часами сидеть и любоваться картиной засыпающего леса. Вставать раньше, чем он проснется, либо же не ложиться совсем, дабы лицезреть его утреннее пробуждение. А что сейчас.?

— О чем ты собрался говорить? — холодно и совершенно безэмоционально произнесла она, не отводя взор от угасающей светящейся дорожки.

— Все о том же... Я устал, понимаешь, устал от всего этого. Неужели нельзя найти компромисс, прийти к общему знаменателю, консенсусу, называй это как хочешь, почему все идет именно так?! — не раздеваясь, обильно жестикулируя руками, Олег зашел в холл. — Мы взрослые люди, умеющие говорить, а главное, как мне кажется, умеющие слышать, слушать и понимать — не можем прийти к чему-то общему.

— Умеющие слышать, слушать и понимать?! — она резко перебила его, развернувшись вполоборота и устремив взгляд в его сторону. — Ты сейчас серьезно?! Прийти к чему-то общему? Тебе не кажется, что мы только уходим от этого общего? — слово "общего" она демонстративно жестами пальцев заключила в кавычки, слегка ехидно улыбаясь.

Вести диалог ему резко расхотелось. Глубоко выдохнув, он развернулся и направился в сторону прихожей, с уже меньшей охотой к дискуссии Олег продолжил. — Я тебе же рассказывал, что всегда будут трудности, всегда. Это естественно! Нужно лишь поддерживать друг друга, поочередно стоять у штурвала, если этого требуется, но в случае необходимости брать всю инициативу на себя. Вот мне иногда кажется, что я устал постоянно быть инициативным. — он вернулся в гостиную, чтобы пальцами показать кавычки на слове "инициативный" и еще раз произнес, — Понимаешь, устал быть инициативным.

— Ты устал быть инициативным? — почти засмеявшись, ответила она. — Ты?!

— Да я, а кто же еще? Ты что ли? Посмотри на ситуацию, просто посмотри. — снимая пиджак уже в комнате, продолжил он. — Дима спрашивал у меня, зачем мы переезжали, и этот вопрос в очередной раз заставил меня задуматься, а действительно — зачем? Ведь я не особо хотел, и ты знаешь почему. Мне также крайне слабо верится, что все это из-за той волшебной и совершенно неуместной люстры, которая так понравилась тебе на втором этаже. — Сев в кресло напротив нее, он замолчал, дав четко понять, что ждет объяснений.

— Не хотел почему? Из-за того, что так и не рассказал мне, постоянно увиливая от ответов? Из-за своих предвзятых страхов и фобий? Это, кстати, ты положил ребенку крапиву на подоконник? Зачем? Очередные суеверия?

— Вот странно как, я спрашиваю у тебя зачем, а ответом получаю аналогичный вопрос. — за окном полностью потемнело, Олег встал и включил основной свет. — Настя, выключи торшер, пожалуйста, миллион раз просил читать при нормальном свете, глаза испортишь. — недовольно произнес он, садясь обратно в кресло.

— Ты мне расскажешь?

Этот вопрос уже столько раз возникал за время их брака, что превысил все допустимые и недопустимые количества. Тяжелее всего было первое время после переезда. Как казалось Насте, Олег чрезмерно боялся леса, хотя в открытую он никогда этого не заявлял. Она почему-то это чувствовала и даже пыталась постоянно об этом спрашивать, ответом получая лишь упреки в очередных надумках.

— Тебе уже рассказывалось. — попытавшись слукавить и увильнуть от ответа, произнес он.

— Нет! И мне кажется, что сейчас самое время. — пододвигая кресло почти вплотную к нему, она продолжила упрашивать. — Я ведь вижу, что что-то не так, ведь чувствую и понимаю, что что-то происходит! Что? Наш союз трещит по швам, а я прошу тебя рассказать, почему ты так не хотел переезжать к лесу, но так стремительно пытаешься его полюбить, расскажи! Прошу тебя!

— Начнем с того, что лес я пытаюсь полюбить ради тебя, и это должно быть очевидно, как ты этого не понимаешь — для меня вопрос. А если уж ты так хочешь узнать — хорошо, расскажу.

— А можно без этих вставок, про очевидность и понимание, просто расскажи, что с тобой тогда произошло.

— Мне тоже снился этот голос. — сделав вид, что фраза про вставки никак его не задела, неохотно, буд-то со звуком никогда не открывающейся двери, но для чего-то предназначенной, начал Олег. — И он тоже просил.

— Что просил? — перебила она, не пытаясь скрыть интерес от услышанного.

— Не перебивай, пожалуйста, — произнеся укоризненно, но добро, он продолжил. — Вначале голос просил говорить с ним. Когда у меня начало это получаться, он стал обозначать нелепость моих слов, затем вообще нелепость всех моих речей. И я не могу объяснить, что это, чей он и кому принадлежит. Это просто голос, понимаешь? Он может вести разные диалоги, на любые темы, демонстрируя понимание всего, и вот как-то мы заговори о времени. Вернее он заговорил, упрекая меня в том, что я говорю пустоту, что мои слова не имеют никакого веса. Я смог ему ответить лишь то, что зная отведенное время для ответа, смогу сказать ему что-то не пустое. На что услышал от него, про то единственное, что может выливаться из моих уст — это я, я, я. И естественно, меня это взбесило! Обозначь тему, говорю ему, и я смогу дать тебе непустое! И что ты думаешь — его слова были — "ты слишком слаб для темы, но могу обозначить время". И я согласился... — склонив голову, Олег сомкнул губы.

— И эта вся та история, которую ты уже столько времени не мог рассказать? — Настя не скрывала своей иронии, но пододвинулась еще ближе. — Это все?!

— Лучше бы это было все. — подняв на нее глаза в попытке пронзительно посмотреть, произнес он. Но получилось не слишком удачно, что они оба это заметили и улыбнулись. — Он попросил сказать меня что-то стоящее, пока цветет папоротник.

— Вау, вот это уже интереснее, продолжай! — с сарказмом и присутствием неподдельного интереса Настя села к нему на колени. — Продолжай, мне действительно интересно!

— Мы еще тогда даже не были знакомы с тобой, но я заинтересовался тем, что озвучил мне этот голос, и подумал, что крайне хочу увидеть, как цветет папоротник. У меня друг, ну как друг, очень близкий знакомый, занимается тем, что он сам называет кладоискательством. Та категория людей, что могут ночевать в полях, лесах, копать со своими металлодетекторами днями напролет. И естественно, первым делом я позвонил ему, так как это был единственный человек из моего окружения, который большую часть своей жизни проводит на природе. Просто попросил его как-нибудь взять меня с собой. Услышав одобрительный ответ на ближайшие выходные, мы договорились о встрече.

— А голос-то? Голос что? Он говорил что-то? — опять перебила Настя.

— Пожалуйста, просил же... Кстати, забегу немного вперед, после просьбы больше его не слышал, как и не видел друга после поездки. Но об этом далее. Постараюсь не растягивать и не лить воды в историю, поэтому дослушай не перебивая, пожалуйста. Мы выехали на выходные к лесу, в котором он еще никогда не был, но якобы очень перспективному относительно его увлечения. Хоть и выбрались рано, добраться удалось только к ночи. Расставив лагерь из одной палатки рядом с небольшой рекой и разведя костер, он стал изучать распечатанные карты, а я постарался по-быстрому сообразить что-то на ужин из тех продуктов, что мы взяли. Сейчас задумался, а ведь его Дима звали, хотя это лишь накручивание возможно, не важно. Дима мне тогда объясняет, как и что, куда пойдем копать, а я ему говорю, что копать не собираюсь. Хочу цветущий папоротник увидеть. Он как засмеется, "дурак" говорит мне, "папоротники ведь не цветут!". Но время удачное выбрали, ночь подходящая и если в легенды и сказания верю, то могу попытать удачу и увидеть. Четко запомнил, что Купальская ночь была. Поели и легли спать, а через некоторое время просыпаюсь от шороха вне палатки. Димы внутри нет. Выглядываю, а он судорожно листья на ветках для костра порубленных перебирает и приговаривает про карту. Листья рвет и говорит, что не те страницы карты, ругается, что нужные найти не может, а "нужны срочно!". Попытался его остановить, а он как одурманенный, начал с живых деревьев рвать и выкидывать, кричит, что не может маршрут по ним построить. Я испугался, решил немного дров в костер подкинуть, чтобы тот не потух. Пока отвлекся — он с криком в лес ринулся. Побежал быстро очень, поэтому сложно стало разбирать, что он кричал, но кричал про цвет что-то. Залез в палатку, взял фонарик и постарался его догнать, но не догнал, так как не смог найти. Как и не нашел последующие четыре дня. Как и не нашел последующее время вместе с поисковыми отрядами. Дальнейшие действия описывать не вижу смысла. — Олег резко замолчал.

— Скажи честно, ты это придумал, чтобы помириться?

— Помириться? Придумал? — в его словах не было возмущения, так как удивление победило все возможные эмоции. — Ты думаешь, что я вру? Ты не веришь?!

— Да нет, просто как-то странно все это звучит, да и зная тебя... Зная твои желания и тягу к суевериям... — начала протяжно Настя. — Зная, что ты любитель понапридумывать всякого, ты уверен, что все было именно так?

— Ты мне не веришь?! — в речи Олега уже преобладало не удивление, сколько зарождающаяся озлобленность. — Ты мне не веришь?

— Да подожди ты, чего ты начинаешь кипятиться сразу же, просто же спросила. — попыталась успокоить его Настя.

— Ты мне не веришь?! — мантрой заладилось на его языке. — Ты мне не веришь! Не веришь! Как и всегда не веришь! Как и во всем не веришь! Не веришь! Я же тебе говорил, что союз никогда не будет построен без веры! Никогда! И что сейчас?! Ты мне не веришь и даже не слушаешь! Не веришь!

— Не начинай опять! Тебе никто не сказал, что тебе не верят, тебе объясняют, что уверен ли ты в том, что говоришь?

— Ты мне не веришь! — он оттолкнул ее, сбросив с колен. Резко вскочив на центр комнаты, начал чуть ли не кричать. — Ты мне не веришь! Ты! Не веришь!

— Тише ты, ребенка разбудишь, успокойся, тише!

— Я тебе самое сокровенное изливаю, а ты! Ты в очередной раз демонстрируешь что? Что?!

— Что я тебе демонстрирую, ну что?!

— Да иди ты знаешь куда!

Вот и все, оборот речи сошел в агрессию, оба они начали изгаляться, остроумничать в ругательствах и обзываниях в адрес друга друга. Иногда подобные сцены доходили и до рукоприкладства. Но в этот раз она лишь громко проговорила на его удаляющуюся спину по лестнице:

— Почему когда говорю тебе что-то я — это не ставится ни в какой расчет? Но когда что-то изливаешь ты — все должны бросить всё, изменить всю приоритетность исключительно на тебя и твои слова?

— Сына отвези завтра в лагерь! — раздалось со второго этажа под захлопывающуюся дверь.


— Так и что? Ты что-нибудь скажешь?

— Да, скажу! Времени нет!

— Хм, а ты остряк, либо же просто глуп. Либо же просто крайне слабо развился для своего момента, что способен лишь повторять чужие мысли без собственного осознания. Неужели ты думаешь, что вопрос будет про время?

— А про что же еще может быть вопрос?

— Вопросов больше не будет. Лучше расскажи мне, раз такой сообразительный, как он цветет?


— Дима, вставай! — прозвучало приближающимся маминым голосом из соседней комнаты. Насте было крайне неприятно видеть так и не убранный бардак в столь излюбленном месте дома, которое она уже больше полугода хотела сделать гостиной. Неприятно было и оттого, что ее любимый муж не изъявил никакого желания к утреннему приветствию, а лишь глубже укутался в простынь. Но люстра по-прежнему выгладила магически-притягательной, немного приободрив ее к дальнейшим действиям.

— Дима, давай-давай! Подъем! Сегодня какое? Шестое? Не забудь, что у твоего друга сегодня День Рождения! Вставай, надо еще заехать за подарком!

-Точно! — Дима вспомнил про Гришу. — Доброе утром, мам! Встаю, встаю! — в его голосе чувствовалась бодрость и радость, которая не оставила без участия столь быстрый подъем с кровати и спуск в столовую. Зайдя на кухню, он сразу же начал:

— Мам, он больше не будет задавать вопросов!

Настя отвлеклась от шипящей еды на сковородке и удивленно спросила:

— Кто он? Голос? Ты про него? Зубы почистил уже?

Дима развернулся и побежал в ванную, оставив мать в легком недоумении.

— Бери соль. Какие вопросы? Какой голос? Тот что ли, о котором вы иногда общаетесь в отцом? — протягивая солонку, стараясь не выдавать волнение, поинтересовалась Настя. Ей редко удавалось скрыть чрезмерную возбужденность, поэтому немного соли убежало через край и осталось на столе.

— Да, мам, он! Только в этот раз он был спокойный и попросил лишь рассказать про цвет какой-то. Я совершенно не понял о чем шел диалог, просто спросил про цветение какое-то. Ну а потом меня как всегда разбудили. — совершенно не замечая маминого волнения, Дима начал уплетать яичницу. Настя сделала вид, что все прекрасно поняла и перевела тему.

— Доедай, я пока начинаю собираться. Уже придумал, что ему подаришь?

— Да, придумал, в магазине покажу!


— Ты сегодня рано. — перешагивая через разбросанные виниловые пластинки, приближаясь к Олегу и не обращая внимание на творящийся вокруг хаос, как можно мягче произнесла Настя. — Пожалуйста, перестань притворяться, что спишь. Давай поговорим! — усевшись на кровать, прижав простынь, она настойчиво продолжила. — Олег, ты не поверишь, но Дима сегодня говорил мне про цветение. Про то ли цветение, уж не знаю, но сам факт того, что утром он мне рассказывал про голос и какое-то цветение. Мне немного страшно, пожалуйста, давай поговорим!

Олег попытался как всегда накрыться с головой, но потерпел неудачу, так как не видел, что Настя целенаправленно поджала под себя большую часть простыни. Попытавшись сделать вид, что так и было спланировано, он пододвинулся поближе к краю кровати и свесил одну руку. Никакого ответа от него не прозвучало.

— Олег, пожалуйста, давай поговорим! — почти умоляюще, но совершенно безответно повисло в комнате. — Ну и ладно! Дуркуй дальше! — стало предшествием к хлопку дверью.

— Можно было и не хлопать. — Олег перевернулся на спину и открыл глаза, устремив взгляд на люстру. — Хотя какая уже разница.


Закрыв книгу и выключив торшер, в полумраке комнаты Настя дошла до включателя основного освещения и протерла глаза. Начиная поправлять постельное белье на разложенном диване, ей резко захотелось подняться к Олегу, обнять его, прижаться к нему и сказать слова примирения. Четко понимания вину обоих, она попыталась найти оправдания не делать этого. Желание дождаться извинений от него переубедили, взяли верх над каким-то глубоким, но крайне слабым чувством тревоги. — Или может все-таки пойти? — она щелкнула выключателем и легла на диван. — Может все-таки подняться? — начало мелькать в ее голове, пронизывая грусть от огромного количества разных слов, смешанных в клубок обид и разочарований. — Может все-таки подняться? — ковыряя пальцем пришитую к спинке дивана пуговицу, Настя продолжала мысленно повторять у себя в голове. Замкнутый на однообразие поток идей в ее голове, не дающий уснуть продолжительное время, откуда-то сверху оборвал звук падающего на пол табурета. Резко открыв глаза, мощное мерцание ало-розового цвета, растекающееся по террасе неведомой пульсацией со стороны леса, заставило Настю встать и обеспокоенно полу-криком обратиться к потолку: — Олег?!

Окна так и не состоявшейся гостиной второго этажа были распашкой открыты в сторону светящейся тропинки на окраине леса. Стекло одной из рам, словно проектор, транслировало на спеющие от давления глаза Олега феерию зарождающегося чуда. Вытеснив все из его головы пустотой простоты, живой и играющий свет, завладев второй рамой, стал заполнять комнату неземным для него цветом. Сухие попытки двигающихся губ, пытались передать ощущение от лицезрения набухающего овала на границе видимой папоротниковой дорожки и глубины светлеющего леса. Шар был живым. Он рос. Он пульсировал. Лживые старания увидеть его нутро, оканчивались для Олега лишь осознанием чрезмерной несостоятельности и непонимания. Свет, исходивший из его центра, обладал понятием бесконечности, смешав в себе всю палитру радуги, поставив в эталон цвет жизни. Никакие химические реактивы не в состоянии воспроизвести что-то подобное, чрезмерно глубокое и сознательное, словно цвет глаз самой природы. Достигнув, как показалось Олегу, своего апогея, шар начал с треском раскрываться.

Услышав жуткий хруст штукатурки и обоев, созданный вырывающейся из проштробленных окопов проводкой, Настя в панике ринулась на второй этаж. Наверху лестницы ее встретил жуткий грохот чего-то падающего, а затем и вдребезги разлетающегося стекла. Трясущимися руками она толкнула дверь и окаменела, словно увидела живых змей на голове того персонажа, о ком еще пару часов назад читала.

Комната напоминала калейдоскоп. Осколки люстры, опавшие, словно разноцветные листья осеннего клена, выражали индивидуального каждого элемента, при этом неся в себе частицу чего-то великого ранее. Словно первым снегом запорошили разбросанные по комнате вещи, переливаясь каждой снежинкой на фрагментах бардака неубранной комнаты. Взлетевшая от падения тела пыль, не выметаемая из комнаты месяцами, приняла активное участие в кульминации расцвета, обыгрывая каждую ноту цвета дрожащей капли весеннего дождя на только что вновь родившихся листьях. В комнате пахло триумфом лета.


Сидя на полу и распуская импровизированный галстук, совершенно не пытаясь понять мистичность происходящего в комнате, он смело перевел взгляд на нее и замер. Все попытки женского желания проникнуться творившемся вокруг волшебством, свелись лишь ко вниманию на его лице. На освободившемся от последних туч небе зажглось созвездие двух пары глаз, с каждым мгновением набирающее все более весомый запал огня, относительно остывающего пульсара за окном. Детские пальцы нежно и немного неловко, словно робея, сжали ее руку. Разделяя семейную улыбку, в комнате уверенно раздалось:

— Теперь-то я точно знаю, что ему отвечу!





Читайте еще в разделе «Турнир 50 Пока цветёт папоротник»:

Комментарии приветствуются
Начало. Ну очень понравилось. Почему-то даже всплакнула
0
29-06-2019
ну до конца-то дочитай, Палач))
0
29-06-2019
Дак дочитала. Просто из за слез все плыло плыло
0
29-06-2019
То ли час ночи виноват, то ли последний абзац перечитать надо, на свежую голову )) мистика прям
0
30-06-2019
Твой папоротник, бро, цветет медленно и вяло. Только и разговоров вокруг разговоров, бесед, ответов и снова разговоров. Бесит, с#ка
Но за язык твёрдая 5
0
03-07-2019
Ну оооочень сложные обороты, в которых, как мне кажется, запутался сам автор... Много сложносочиненно-сложноподчиненных предложений. Автор! Простота — гениальна. Если есть проблемы с подчинением в предложении — пишите кратко. Это сестра таланта, как известно.
"...броня всех вокруг..."? Броня крепка и танки наши...
"...прогремело громом"? Засверкало сверканием, задремало дремотой, зашумело шумом...
И тому подобное...
Много умных слов, имеющих более простые и понятные читателю аналоги, в том числе (и особенно) в речи персонажей, которая должна быть естественной. Люди не говорят так, как герои рассказа, если они не кандидаты наук, конечно. Из-за всего вышеназванного логика повествования улавливается с трудом, она удерживается во внимании читателя усилием воли самого читателя, чего в прозаическом (да и любом другом) произведении быть не должно. Текст должен читаться мягко, плавно, ритмично, а для этого его нужно упростить донельзя.

"Каков бы ни был предмет, о котором хочешь говорить, есть одно только слово, чтобы его выразить, один глагол, чтобы его одушевить, и одно прилагательное, чтобы его охарактеризовать... Нужно искать это существительное, этот глагол и это прилагательное, пока не откроешь их, и никогда не удовлетворяться приблизительностью...
Ги де Мопассан"

С этим выказыванием Мопассана автору нужно серьезно поработать.

Больше, больше внимания русскому языку, грамматике, стилистике, композиции произведения, портретным описаниям персонажей (они все безликие какие-то), диалогической речи! Тщательно вычитывать и редактировать текст, прежде чем опубликовать его!
Автору успехов.
+1
03-07-2019
Всё верно, кроме портретов. Их отсутствие тут ничем не мешает, а присутствие ничего не даст.
0
03-07-2019
Хорошо. Вот сколько мальчику лет? BlueShum отметил ниже, что возраст ребенка и родителя, исходя из речи персонажей, определить трудно. Это на самом деле так. Я пытался отыскать в тексте хотя бы намек на то, что это за мальчик, но таких намеков нет. Читатель ведь должен увидеть картинку, которую видел перед собой автор, когда писал. Иначе писатель не передаст всего того, что хотел сообщить аудитории. Для этого и существуют описания: пейзажей, интерьеров, людей. Присутствие портретов сделает текст живым, мы увидим, что автор четко представлял себе людей, о которых писал, и сумел сообщить это видение нам, читателям. Для этого не нужно давать подробные портретные описания, как у Достоевского, например. Достаточно пары-другой коротких мазков, наиболее характерные особенности героев, и всё — текст заиграет!
+1
03-07-2019
Давайте попробуем станцевать от обратного, ответив на вопрос, почему они вневременные, вневозрастные и беспортретные. Полагаю, это сознательно. Отец не всегда буквальный биологический родитель. Может быть такая задумка у автора? Может.
Второй вариант, что это воспоминания об отце. Взрослый человек думает о себе, ребенке, взрослыми словами. Может быть такая задумка? Может.
0
03-07-2019
Мы можем танцевать от чего угодно, но мы никогда не станцуем от того же, от чего танцевал автор, пока он нам на это не укажет. Видите, сколько догадок приходится строить относительно текста? Как по мне, так писатель должен дать читателю достаточно материала для размышления и собственных выводов по сюжету. Грубо говоря, если убийца не дворецкий, а садовник, то где-нибудь в тексте должен попасться на глаза маленький краешек кусочка части рукоятки секатора.
Но... Это только моё видение прозы.
0
03-07-2019
Если в общем и целом, то для 99% случаев вы правы, но я всё гну свое про портрет. Если в этом конкретном тексте будет написано: "Мальчик Дима, худенький, рост метр двадцать",но останутся прочие претензии, которые я полностью разделяю, портрет ничем не поможет.
0
03-07-2019
Если смотреть с этой точки зрения, то конечно. Да и я ведь написал не для того, чтобы оскорбить или унизить автора. Хочется читать хорошую прозу, но для этого каждый автор должен работать над каждым элементом каждого своего произведения. Портреты — это лишь вершина айсберга...
0
03-07-2019
Garpia
 
Простите, что вмешиваюсь, но моя любимая тема — авторская задумка.
Когда мы читаем литературное произведение, в котором авторская добросовестность подразумевается, есть вероятность, что автор указывает, но мы не видим.
0
03-07-2019
Но ведь и это на совести автора. Ибо пишет он не для себя, а для читателя, а значит написать нужно так, чтобы читатель увидел. Иначе зачем писать? Я просматриваю сюжеты своих рассказов много раз в своей голове, так что тошно от них становится к концу работы, поэтому можно и не писать, раз я в курсе, чем всё кончится. Но есть читатель, и он должен получить качественный продукт, он-то не может посмотреть то же самое, пока это не окажется перед ним на бумаге/экране компьютера.
0
03-07-2019
Garpia
 
Совершенно верно — на совести, но! Чтение — это ра-бо-та, писатель — не аниматор на пляже. Иногда работа заключается в чистке картошки, когда автор прячет в кажущемся мусоре — опять же з а ч е м — т о — некий смысл, или наоборот — смысл — пшик, а весь смак был в картофельной кожуре. Иногда она заключается в том, чтобы понять, чего хочет от тебя автор — чтобы ты расслабился и доверился? Чтобы ты подвергал сомнению каждое слово?
0
03-07-2019
Чего хотел Джойс, написав "Улисс"? Чего хотел Кафка, написав "Процесс"? Чего хотел Павич, написав "Хазарский словарь"?
0
03-07-2019
Garpia
 
Это слишком объемный вопрос для ответа в комментарии, но для литературоведа или текстолога он совершенно уместен, если вы имеете в виду, правомочно ли им вообще задаваться. Литературовед и текстолог — те же читали, только очень начитанные)
0
03-07-2019
Мне интересно, как много здесь на сайте литературоведов и текстологов, прочитавших обе версии "Хазарского словаря" или всего "Улисса" и могущих дать развернутую рецензию на них? Хотя... возможно, я ничего не смыслю в литературе, и мне пора перебираться на сайт помельче...
0
03-07-2019
Garpia
 
Так и "Улисса" в этой акватории не наблюдается.
Когда появился "Улисс", его старались понять, верно? Искали смыслы, работали как проклятые над текстом все, его читавшие. Да, для этого иной раз приходилось прибегать к помощи литературных и мифологических словарей, так и слава Богу.
Далеко не все тексты требуют такой работы, но абсолютно все требуют труда и писателя, и читателя.
0
03-07-2019
Да.
0
03-07-2019
Garpia
 
Отмечу, что неясно, по какому принципу вы отобрали сюда примеры. Кафка — это развлекательное чтение. "Хазарский словарь" для человека, знакомого со медиевистикой на уровне чтения Лихачева и Водолазкина, особенной загадки и трудностей не представляет. Зачем он писал это современному человеку, действительно вопрос, но тоже не особенно сложный — на него уже отвечали миллионы раз по миллионам поводов.
0
03-07-2019
По тому принципу, что это произведения, сложные для понимания простым человеком, не смыслящим в литературоведении. Многие из тех, кого я знаю, после прочтения "Процесса" спрашивали: "И что?", и я с ними в целом согласен. Людей, дочитавших "Улисса" до конца, я вообще не знаю. Насчет "Словаря" самый главный вопрос — зачем было писать две версии? Для многих людей, обывателей, литературная и художественная ценность этих эпохальных вещей вообще не имеет значения.
0
03-07-2019
Garpia
 
Покажите мне хоть одного человека, который вообще читает книги, но в литературоведении вообще ничего не смыслит Напоминаю, что у нас обязательное среднее образование, и на уроках литературы все поголовно проходят полный курс юного литературоведа.
Видите ли, эти произведения считаются сложными не потому, что они написаны каким-то уж изощренным образом. Мне, например, тяжело читать поверхностные тексты.
Они рассчитаны на подготовленного читателя, готового читать не в метро, предварительно заглянув в конец. Время изменилось.
Но! Любой, кто хотя бы попытался прочитать нечто типа сложное, от этого не обеднел.
Начнем с Кафки и посмотрим, что тут зависит от читателя. Как я уже сказала, первый уровень — развлекательное чтиво. Под этим я понимаю, что интересно, чем дело закончится, ничего обидного не закладываю, однако никаких готовых ответов не находит.
Второй уровень — читатель хочет понять, очень хочет, и идет читать, что умные люди уже вычитали из Франца нашего Кафки.
Третий уровень — читатель думает: раз для писателя главное не сюжет, то что? Возвращается к тексту и уже смотрит внимательно на каждое слово.
Вы наверняка читали "Мастера и Маргариту". Попробуйте еще раз прочитать первую главу и найти, где мы узнали, что Берлиоз умрет.
Много лет я спрашивала людей, которые читали роман много раз — не увидел никто. Внимание, вопрос: это проблема писателя или читателя?
0
03-07-2019
Я абсолютно согласен с Вами в том, что литература строится на сотворчестве писателя и читателя. Это бесспорно, и возлагать всю полноту ответственности на одну из сторон немыслимо. В первой главе "Мастера и Маргариты" есть несколько моментов, сопоставив которые, мы понимаем, что Берлиозу не выжить, а сообщает ему об этом сам Воланд. В этом-то и проявился гений Булгакова! И весь роман — шедевр! Я только не понимаю, почему вся эта длинная ветка комментариев, которая сделала рассказ самым обсуждаемым произведением турнира, означает, что я не должен был писать своих мыслей относительно текста?
0
03-07-2019
Garpia
 
Сотворчество — вы нашли замечательное слово.
Надеюсь, что в вас есть азарт, и вы захотите поискать сами, поэтому подсказка: на пятой странице романа. Герои еще даже не заговорили, а Булгаков (слова автора) прямым текстом сказал, что Берлиоз умрет сегодня.
0
03-07-2019
Garpia
 
Уточняю, что пятая страница текста романа.
0
03-07-2019
Нашёл. Тонкое наблюдение! Снимаю шляпу.
0
04-07-2019
Garpia
 
(Книксен.)
Еще одно, уже не мое, наблюдение, что Михаил Афанасьевич прозрачно намекнул, чем одна из московских линий закончится и кто тут самый главный герой, уже в первых двух предложениях романа. Если хотите, поищите. Ответить можно в личку, а то я тут обнаглела, пока автор немой.
На мой взгляд, здесь как раз требуется уровень чтения "третий плюс", когда важно не только то, как ты читаешь, но и что ты читал до этого.
0
04-07-2019
Не сдержалась. Кафка — далеко не развлекательное чтение. Серия интеллектуальной литературы. Если Вы знаете, именно в "Процессе" автор предвосхитил построение тоталитарного общества. Полный контроль, подчинение власти и бесконечные судебные разбирательства — ничего не напоминает? Наш век, господа!
0
03-07-2019
Garpia
 
Тоталитарные общества предвосхищать в XX веке немного поздно
Я склоняюсь к популярной версии, что в основе "Процесса" лежит любовная история, а "предвосхищение" уже додумали. Не спорю, совпадения впечатляют.
Опять же не забывайте про роль критиков, которые подали Кафку и Ван Гога широкой публике. Ван Гогу приписали бедность (знаменитая одна картина — неправда). Можно с уверенностью сказать, что в случае с Кафкой Макс Брод выступал соавтором, тем более это он всё готовил к печати.
+1
03-07-2019
Именно любовная история в "Процессе" никоим образом не впечатлила. А тоталитаризм в нашем веке с его чипизацией и прочими милыми мелочами как-то не был популярен в 19 — 20 веках. Даже местами становится приятно сознавать, что твоя маленькая жизнь кому-то так интересна.
0
03-07-2019
Garpia
 
Что впечатлило другое, я хорошо понимаю. Более того, вряд ли Кафка сейчас читался бы, не будь Гитлера, Сталина, Пол Пота эт сетра.
Тоталитаризм не равен и не ограничивается чипизацией. Это внутренняя и внешняя идеологическая и внешняя территориальная экспансия. Мы даже не будем лезть сильно вниз по хронологической шкале. Сесил Родс, один из идеологов экспансии во благо, к 1914 году уже 12 лет как помер. Панславизм и пангерманизм цвели пышным цветом около полувека. Миру открылась Япония с ее своеобразными идеями верности. Мир давно пережил христианизацию, исламизацию — нет ничего более тоталитарного, чем религиозный тоталитаризм, пережил волны колонизаций.
Бессмысленные судебные процессы? Их есть у меня. Дело Дрейфуса. Опять же не полезу вниз, там всё еще круче, например, дискуссия (читай: суд), а есть ли у индейцев душа.
+1
03-07-2019
Кафка читался бы при любых условиях — отсутствии либо присутствии этих или оныхименно потому, что есть некая сила слова, втягивающая читателя иногда непонятно во что и зачем. Это своего рода магия, воздействующая на сознание человека, заставляющая испытывать катарсис, формирующая нравственные ценности и усиливающая их значимость. Ладно, это все пафос. Есть тексты, которые в прямом смысле пьют кровь и изматывают душу не только содержанием, но и неверным композиционным решением, стилистикой, орфографией и пунктуацией, наконец. Читатель не должен останавливать внимание на этих вещах. Текст должен поглощать его внимание и как пылесос всасывать в гущу событий и переживаний героев. Когда "Замок" того же, мир его духу, Кафки читала, то первая мысль была: "что за хрень". Но сила слова оказалась настолько велика, что , дойдя до последней страницы и увидев, что роман обрывается, у меня случилась истерика:" Как не дописал! Как он посмел умереть!" Потому ответственность на авторах колоссальная! Литература — сильное оружие массового поражения, если что. А про исторические события, к сожалению, добавить ничего не могу — не в теме
0
04-07-2019
Автор иной раз видит не ту картинку, которую можно описать, что человек с курносым носом встал с тахты и сказал. Мысли человека, который встал с тахты, важнее курносого носа.
Я не говорю, что произведение не требует доработки — я всё про портрет.
0
03-07-2019
Если настанет тот день, когда я не буду видеть картинку того, о чем пишу, пристрелите меня, пожалуйста.
+2
03-07-2019
Свою картину видеть — это одно, понимать психологию другого человека и сделать ее понятной читателю — совсем другое.
Здесь не место, но у вас на огромный абзац эмоции и обстановка вокруг человека, не сохранившего файл. Это исключительно важно для дальнейшего повествования?
0
03-07-2019
О, мои произведения подлежат ещё более жесткой критике, чем те, что критикую я сам! Там косяков масса, я вязну в описаниях похлеще Бальзака и порой вообще не могу остановиться, а когда останавливаюсь, две страницы уже заполнены текстом. И к себе я более требователен, чем к другим авторам. Вот тот абзац, о котором Вы говорите, он был гораздо больше, и сократил его я только после того, как один авторитетный в литературном мире человек указал мне на сей недостаток.
+1
03-07-2019
Да-да! Вам это было почему-то важно, но читателю совершенно лишнее. Этому автору может быть важно сделать именно так.
0
03-07-2019
Так а я про что! Я таким образом подвел читателя, не сказал так, чтобы ему было понятно и интересно, а сделал так, как важно мне. Кто выиграл от этого? Никто. Я потерял читателя, читатель потерял автора. Конечно, есть такое понятие, как авторский стиль, но всё же мы, писатели, должны вызывать чувства и эмоции у читателей, а не у самих себя.
0
03-07-2019
Простите, но зачастую детали делают произведение. Зачастую они рассказывают гораздо больше, чем те же самые переданные мысли человека. Прочтите Бунина "Легкое дыхание", где весьма красочно предстает портрет директрисы, вокруг которой столько говорящих деталей
0
03-07-2019
Garpia
 
Уважаемая Яна, есть Бунин, а есть условный Паланик, есть военная проза, а есть баллада. Разве можно описывать условную атаку от лица атакующего с подробностями окружающей природы и внешности участников?
Любое выразительное средство призвано обслуживать з а м ы с е л.
0
03-07-2019
Не спорю. Все зависит от жанра и соответственно фабулы произведения, вокруг которой автор строит текст. Почему данное произведение сложно читать? Какое выразительное средство не так "обслужило" повествование?
0
03-07-2019
Garpia
 
Во-первых, почему читать обязательно должно быть легко?
Здесь проблема в неверном выборе выразительных средств.
Например, возьмем отсюда:
"Не перебивай, пожалуйста, — произнеся укоризненно, но добро..."
Роль "укоризненно, но добро" с успехом сыграли знаки препинания, но мы получаем лишнюю фразу, и так на протяжении всего текста.
Причем автор, судя по всему, понимает, что это за выразительные средства такие и зачем они нужны.
Например, "обыгрывая каждую ноту цвета дрожащей капли весеннего дождя на только что вновь родившихся листьях. В комнате пахло триумфом лета".
0
03-07-2019
Garpia
 
Рано отправила. В приведенном примере всё выбранное полностью уместно и сыграло свою роль как надо.
Спало напряжение — "отгрохотала штукатурка", наступил покой и возможность с о з е р ц а н и я, что автор с успехом показал.
0
03-07-2019
Похоже, мне придется накатать рецензию
0
03-07-2019
Garpia
 
Это замечательно! Я с удовольствием прочту.
0
03-07-2019
Вы могли бы написать свою. Сравним мнения. Тоже интересно
0
03-07-2019
Прошу простить, что не смогла дочитать. Тяжеловатый текст
0
03-07-2019
А вот мне невероятно понравилось, не знаю, не очень бросились в глаза какие-то несостыковки или недочеты, просто работа с самого начала расположила к себе. Хотелось бы поскорей узнать автора) 0
0
03-07-2019
судя по диалогам, отец и сын — примерно одного возраста.
+2
03-07-2019
 
milena: комментарий удалён пользователем milena 04-07-2019
Благодарю всех за мнения!
0
09-07-2019






Расскажите друзьям:


Цифры
В избранном у: 1 (Алиса Могам)
Открытий: 756
Проголосовавших: 4 (Глупая девочка Аня10 Бред Питт и Джонни Депп6 Роман Крит5 Остывший кофе10)
Рейтинг: 7.75  

Пожаловаться