Форумы / Главный форум / Форум о литературе / Клуб любителей научной фантастики

 


  Автор
  Сообщение
№: 32490   28-11-2019
Может вам массаж сделать?
Было б здорово, — согласились сестрички. — Но как твоё ребро? Давай посмотрим.
Они стащили с меня штаны и рубашку, плавки и корсет.
Да нет, в порядке ребро — вон как торчит.
Тьфу! Мне стыдно, им хоть бы хны.
Признаюсь, не боль сдала меня им в плен, а желание подурачиться. И мы дурачились. Сначала в беседке. Потом в пруду. Потом в ванной. Пили шампанское и дурачились. Потом в постели, где застал нас рассвет, и мы уснули. Проснулись и опять за прежнее — дурачиться. Об одежде вспомнили вечером, когда голод погнал нас в людные места.
Скажите, совсём Лёшка Гладышев опустился, ниже плинтуса совесть свою уронил — до несовершеннолетних родственниц добрался. Но есть оправдательные моменты, господа. Во-первых, по большому счёту мы не родственники. Во-вторых, моей инициативы совсем не было — жертва, так сказать, обстоятельств. В-третьих,… в-четвертых,… в-пятых…. Не случайная это связь, мужики. Двойняшки признались: давно влюблены в меня по уши. А я? А что я — я тоже. Ну, разве можно таких не любить — красивых, задорных, ласковых, умных, добрых…?
Они мне:
Алекс, ты почему на Даше не женишься?
Я:
Увы, женат.
И паспорт показываю.
Как ты мог?
А потом:
Алекс, а ты кого больше любишь — Любу или Дашу?
Вас.
Врёшь, конечно, но приятно.
Ещё позже:
Алекс, ты за нас не томись — мы тебя любим не для женитьбы.
Вообще-то девушки замуж должны выходить.
Мы не хотим замуж — не один мужчина с тобой не сравнится.
А чего вы хотите?
И они признались. Замуж выходить, значит расставаться. А они не хотят — хотят вместе поступить в Литературный институт и стать: Доминика — писателем (писательницей?), а Вероника — поэтом (поэтессой?). Показали свои работы. Не силён в эпистоляриях, чтобы сказать «здорово» — мне понравились. Тут же обещал продвинуть их на страницы периодических изданий и слово сдержал. Сестричкам эти мои затраты были как нельзя кстати — требовали при поступлении в Литературный институт списки опубликованных работ.
Подозреваю за спиной злобный шёпот: «Оплатил девкам дефлорацию». А мне плевать: говорите, думайте, что хотите — это моя жизнь и подстраивать её под чьё-то одобрение не собираюсь. Только что скажет мама, если узнает? А Даша? А Люба? Господи, как дальше жить?
В проекте по Камчатке тоже была своя изюминка. Экономической основой грандиозного проекта Национального Заповедника, занимающего весь полуостров, должен стать туризм. Сеть мотелей опутывала, прекрасные дороги сокращали. Электроавтопоезда вывозили удивлённую публику на самую, что ни на есть, дикую природу. Всё сходилось. Всё, кроме одного. Служба безопасности должна реагировать немедленно на любой сигнал ЧП. Им без вертолётов не обойтись. А это — громы небесные, токсичные выбросы, и вообще — техника уходящей эпохи.
Билли поднапрягся и выдал «на-гора» проект двигателя нового типа, на основе открытого им принципа аннигиляции — перехода материи в энергию — безотходного, бесшумного, высокоэкономичного. Причём, Билли предложил двигатель в принципе. Модификации могли быть всевозможные — от ракеты до мопеда — присобачивай и катайся.




моя светлость
  
№: 32493   02-12-2019
Опять проблема — изобретение государственной важности, кому его сдать? Звоню Президенту, прошу личной встречи. Не отказывает.
Всё та же беседка. Президент глянул на заголовок, хмыкнул, пошелестел листами и отложил мой труд.
Понятно.
Есть один нюанс.
Беру проект в руки, нахожу нужное место, показываю. Патрон смотрит, читает, кивает.
Так, так, так,….
Потом поднимает на меня глаза.
Твоё?
Пожимаю плечами — а чьё же?
Ты — гений, русский Да Винча. Только у Кастиль юридические заморочки с первым предложением, а тут новое.…    Слушай, сделаем так: оформим тебе авторские права — всё честь по чести — и выкупим их во владение государству.
Пожал плечами — я не против.
Такую сделку следует обмыть. Ты как?
Жму плечами.
Язык проглотил? Бывает.
Патрон отсутствовал не долго. Принёс графинчик водки, рюмки, закуску — бутерброды с икрой, ветчиной, балычок севрюжный. Водка ледяная, балык во рту тает. Не успел прожевать, патрон уж вторую в руке держит.
Никогда, Гладышев, не сидели мы с тобой вот так — по-русски, по-приятельски. И не скоро ещё присядем — дела, брат. Так что не таись, есть что за душой — выкладывай. По возрасту я тебе в отцы гожусь — пойму, и глупости не посоветую.
Потащила вторая рюмка мою душу наружу. Всё рассказал, во всём признался. Что имею связь с четырьмя женщинами, каждую люблю и боюсь потерять — и как всех сохранить возле себя ума не приложу. Президент слушал внимательно, не насмехался, не завидовал, только кивал — понимаю, мол, понимаю. Я умолк.
Патрон налил по третьей, прищурился, посмотрел рюмку на солнечный свет, повертел в пальцах.
Признаться, в любовь эту самую шибко-то не верю — так, страстишки меж людей. Сбежались, разбежались…. Это, Алексей, порядочность твоя природная говорит — и верно: отдалась тебе женщина, будь добр взвалить на плечи свои ответственность за судьбу её, и не важно, женаты вы иль случайно встретились. Вот так понимаю долг мужика перед природой и обществом. Женщина за потомство ответственна и, надо сказать, неплохо справляется. А мы, брат, с тобой — за женщину, которую покорили, приручили, полюбили. А в твоём случае что посоветовать? Если ты действительно любишь своих дам, не обделяй их правами на себя. С одной оформлен законный брак — хорошо. Обвенчайся с другой — возьми грех на душу. А с молоденькими заключи брачный контракт — это в моде сейчас. Послушайся моего совета, и душа успокоится, и женщины твои будут счастливы….
Россия выкупила у меня права на изобретения в государственное пользование.
Билли, поздравь меня, я — миллиардер.
Поздравляю. Ты счастлив?
Не больше, чем вчера. Как там, у Любочки дела?
Хреноваты.
С китами?
С ними.
И нет никаких идей?
Увы.
Что с Костылём?




моя светлость
  
№: 32496   05-12-2019
Оставил губернаторство, теперь он президент Российской Космической Корпорации, повсеместно внедряет «оптимизаторы».
Билли, поподробнее об этой штучке.
Надеюсь, принцип действия и схема сборки тебе безынтересны?
Правильно надеешься.
Тогда, как пользователю — браслет на руке. Следит за общим состоянием организма, подаёт команды — когда есть, когда спать, когда трудиться. Иные работают по двадцать часов в сутки и никаких негативных последствий для здоровья — у каждого свои возможности. Кастиль по его хронометру зарплату начисляет — удобно: контроль объективный.
Твоя машинка?
В авторах ты. Спроворить?
Обойдусь. Ты же знаешь, я натура увлекающаяся, но не трудоголик, скорее — наоборот.
Патрон позвонил.
Я вот подумал: вы мне Землю не спалите в своих аннигиляционных примусах?
Исключено. В конце текста есть приложение — приведены цифры независимых исследований наших и американских учёных. Там посчитано, сколько лучевой солнечной энергии обретает на Земле массу, и сколько планета наша распыляет в мировой космос электромагнитных волн, чтобы избавиться от лишнего веса. Вот это, бездарно утрачиваемое, и будет нам служить.
Ладно. Приемлю….
Как советовал Президент, так я и поступил. Подыскал в Подмосковье красивую церквушку, исповедался попу — не стал обманывать. Но прежде поинтересовался — каков доход прихода за год? — и пожертвовал на украшение храма вдвое больше. Батюшка согласился нас обвенчать.
Даша была в белом платье — мама настояла — с фатой и венцом из белых кораллов. Они у Любы выращиваются на подводных плантациях. Для мамы выслала в мой последний визит.
Батюшка читал-читал благословение, а потом как рявкнет:
Истинная любовь да не будет греховной! Аминь!
Мы вздрогнули — каждый своим мыслям. Даша — о рождении дочери до брака. Я — о многожёнстве.
Настюшу окрестили в той же церкви.
Никушки пришли в восторг от брачного контракта — его Билли подготовил. Но как не изощрялся мой виртуальный друг, без поправок не обошлось. В графу «Обязанности сторон» сестрички настояли внести пункт:
исполнять сексуальные фантазии мужа….
А они у меня есть, фантазии-то? Всё от них, греховодниц….
Ликовали пункту «… полное материальное обеспечение…».
Это правильно: мужчина должен заботиться о пропитании женщин…
И одеждах…
И побрякушках….
И парфюме….
И жилье….
И авто….
………….
Купил им квартиру в Москве, поближе к ЛитВУЗу, в который они таки поступили.     Авто подарил по их выбору — в нашей семье личный транспорт не был в моде….
После этого душа моя действительно успокоилась. Но, как показало грядущее, ненадолго.




моя светлость
  
№: 32499   08-12-2019
6

Охотским Гамбитом назвал эту операцию Президент. Ну а я бы по-другому — Троянский конь. Чем не название? По-моему, лучше подходит. Впрочем, Вам судить.
С чего начать? Начну с Любиного звонка.
Люба позвонила:
Всё плохо, Лёша.
Киты гибнут?
И китята. Выбрасываются на берег, — Люба всхлипнула. — Топятся на мелководье. Мы с ног сбились, головы сломали — в чём причина?
После паузы.
Лёш, прилетай, сбегу с работы на три дня.
Три дня наедине с Любой — об этом только и мечтал два последних месяца! Но…. Надо соблюсти приличия.
Сводил маму, Дашу и Надежду Павловну в Большой и ресторан. Нежно простился с Дашей.
Даша… Даша — это любовь и боль моего сердца. Если есть время и желание послушать, расскажу о наших отношениях. Рождение Настюши отвратило у неё наследственную потребность жертвовать собой для блага и счастья других. Надеюсь, напрочь. Только болью полнятся прекрасные очи при виде убогих, пьяных и бомжей. Кстати, Жека вернулся в родные пенаты. Худой, длиннющий и сутулый. С тросточкой. Вполне подвижный. Когда увидел меня, вошедшего во двор, лихо продефилировал детской площадкой, где Даша выгуливала Настюшу.
О чём он? — спросил венченую супругу и увидел глаза полные вселенской скорби.
Любит? Боль царапнула сердце. Но разве имел право я, многожёнец, ревновать?
Извини, — повернулся уходить и вдруг….
Даша бросилась мне на шею так порывисто, так отчаянно принялась целовать, что заплакала, испугавшись, Настюша. Тут как тут её бабульки.
Вы что с ума сошли?
А мы и сошли. На Дашины поцелуи ответил своими, страстными. Мы тискали друг друга, стыдились этого порыва и не могли оторваться.
Спасибо тебе, Жека!
Надежда Павловна — женщина строгая. Она воспитала дочь в спартанско-пуританском стиле. Хорошую дочь. Она и внучкой принялась командовать.
Другой метод воспитания у мамы. Помню своё детство, помню её уроки. Например, собираюсь во двор играть с ребятами в футбол. Бабушка вздыхает и качает головой — не одобряет. Папа считает, что в футбол играют умственно отсталые люди в экономически слабо развитых странах — не понимает. А мама…. Надевает спортивные брюки, бейсболку козырьком назад и со мной во двор. Лихо бегает, толкается, пасует, бьёт. Потом пацаны говорили мне — слышь, пусть твоя мамка сыграет за нас с соседнедворовой командой. Приходили делегацией, звонили в дверь, звали. И если брали меня (неважный был игрок-то), то и мама соглашалась.
Однажды мужик какой-то долго стоял у борта коробки, наблюдая за матчем. Потом высказался:
— Слышь, пацан, больно ты на бабу похож.
Мама, представляете, уже кандидат наук, старший преподаватель кафедры — плюнула под ноги и заявила:
— За такие слова можно и схлопотать.
Команда поддержала:
— Тебе чего, мужик, гудок распинать?
Мама осталась такой и в бабушках. Она не водила Настеньку за ручку с важным видом, не поучала — этого нельзя, а это «кака». Брала вторую лопаточку и на пару с внучкой, высунув языки, строили песочные дома. Катались вместе с горки. Жевали на двоих один бутерброд.




моя светлость
  
№: 32502   11-12-2019
Даша недолго колебалась — чей метод лучше. Мамочки на скамейке, она в песочнице, на горке, на стенке (шведской), спорит с дочкой и обижается на её уловки, сама хитрит и жульничает — игра. Две подружки.
Наши отношения очень ровные. Правильнее сказать — хрустальные. Мы бережём друг друга и не надышимся. Я балую её подарками и стараюсь угодить. Она готова каждый миг исполнить любое моё желание. Никогда не провоцирует на близость. Никогда не проявляет инициативы в интимных делах, но всегда ответлива и нежна. Каждый вечер перед сном делаю ей массаж, как в памятный день нашей первой близости. Втираю благовония в тело, которое после родов утратило девичью угловатость, но приобрело женскую плавность. Я его обожаю и целую прежде, чем коснуться рукой.
Даша страдает. Ей кажется, что я заставляю себя делать ей удовольствия. Пусть себе. Такие муки приемлю — на самом деле это я получаю неземное наслаждение, лаская любимые формы и прелести.
Иногда вечерами Настюшка заигрывается — некому топнуть ногой и отправить её спать — мы начинаем обмениваться с Дашей нежными взглядами. От мамы этого не скроишь.
Идите уж, — машет рукой и заманивает внучку в свою спальню.
Настюша не любит спать одна и наоборот. Иногда она прибегает к нам утром, когда мы нежимся в постели, забирается в серёдку. Даша смеётся:
Семья получилась.
Завидуете, наверное? Я и сам себе завидую. Когда отсутствую несколько дней, спешу домой, как дембель на вокзал. Знаю — три любящих сердца с нетерпением ждут и рады моему явлению в любое время суток.
Следующую ночь прощался с Никушками. О них тоже есть что рассказать. Сестрички тратят весь месячный доход на обновление интерьера своей квартиры. И требуют от меня компенсации. Я, конечно, штопаю их финансовые дыры — ведь по большому счёту все эти декорации предназначены мне. Представляете — романтическое свидание с двумя лохматыми, полуодетыми дикарками в первобытной пещере. Стены увешаны рогами, чучелами, шкурами. На полу в блюде из черепахового панциря парит жареное мясо. И дикие танцы — с прыжками, ужимками — к чертям летит незамысловатая одежда. А моя так рвётся на клочки. Всё. Захвачен варварками в плен. Теперь я буду либо съеден, либо…. Либо стоило порванных прикидов.
В другой раз меня приносили в жертву египетские жрицы. Обстановка соответствует убранству античного храма. Две фурии с бронзовыми ножами извиваются, извиваются…. всё ближе и ближе…. вот сейчас…. Закрываю глаза от страха перед неизбежным и…. получаю жаркий поцелуй. Нет, много поцелуев. Сотни рук, десятки губ ласкают моё тело, избавляют от одежды.
Следующий раз мои контрактные жёны не поленились заучить настоящий гимн спартанских женщин, приветствующих доблестных воинов. Они в сандалиях, коротких золотистых туниках, волосы убраны миртовыми венками — ладошки сложены у груди. Доспехи царя Леонида натянули на меня и заставили играть его роль — великого и могучего устрашителя персов.
Кроме денег они ничего не требуют. Терпеливо ждут и всегда рады моему появлению. Но когда новый интерьер готов и роли заучены, попробуй, отказаться от визита — грозятся нагрянуть, перевернуть вверх дном наш с Дашей милый уют и увести меня силой. Не скажу, что эти спектакли утомляют. Признаюсь — жду их с нетерпением. Месяц — это тридцать дней, столько лишь могу прожить без контрактниц. А потом — не ищите меня пару-тройку дней….
На этот раз пятикомнатная квартира была переделана в монастырские кельи, ризницу, трапезную, молельню. Мои бывшие «тётки» в рясах тончайшего чёрного шёлка, с крестами на тяжёлых цепях (всё из серебра), кланяясь и крестясь, проводили меня за стол, накрытый кувшином вина, жареным каплуном и чёрным хлебом. Посуда массивная, керамическая. Еда, питьё вкуса изысканного, хотя грубоватые на вид. У монашек при движениях из чёрных складок, будто из темноты ночи, всплывали, соблазняя — то грудь, то колено, то…. Задумка и исполнение — класс! Вот только времени у меня в обрез. Нет у меня времени следовать сценарию.




моя светлость
  
№: 32505   14-12-2019
Наедаюсь, напиваюсь, к чёрту выкидываю кардинальскую сутану. Подгулявшим бароном гоняюсь за целомудренными монашками, ломаю мебель, ору похабные песни. Наконец, утомлённые, обесчещенные, они засыпают в моих объятиях. А я на цыпочках, на цыпочках — в такси, аэропорт, аэробус — прыжок на восток.
Лечу, встречай, любимая!
Звонок Президента, как заряд дроби, складывающий крылья летящему селезню, догнал меня в воздухе.
Есть тема. Жду.
Только не это! Пусть это, но не сейчас. Что придумать? Натравить Билли на Всевышнего и испортить погоду? Но врать патрону ещё не научился и признался, после недолгих колебаний.
Лечу к жене на Курилы — хотел провести с ней три дня.
Лети, — был сухой ответ. — Жду на четвёртый….
После близости мы обычно засыпали. Пусть ненадолго, бывало — на несколько минут. Но это тоже было счастье. Подарившие друг другу радость обладания, мы уплывали в челне Гипноса, не разжимая объятий.
Люба вдруг села в постели, стукнула себя кулаком по согнутой коленке.
Ну почему это происходит?!
От неожиданности вздрогнул — что с ней? о чём она? Опять про своих кашалотов?
Гладышев, ты же биофак кончал — должен знать.
Я там, Любушка, оценки получал, не знания — а про морских млекопитающих вообще никто не толковал.
Ботаник.
Завелась. Уже оскорбляет. Мне ссоры не хочется. Провожу пальцем по её позвоночнику.
Знаешь, самая красивая линия в природе — это изгиб женской спины.
Люба передёргивает плечами, Отстань — означает её жест. Терплю.
У неё тонюсенькая талия. Целую позвоночник в этом месте, ниже, ниже….
Ты о чём-нибудь кроме этого думать можешь?
Сказано почти со злостью. Наконец, и меня достаёт, даже переполняет обида. Откидываюсь на подушку, руки за головой, думаю, что и как ответить.
Да, вспомнил — меня ждёт Президент.
Встаю, одеваюсь, собираюсь. Всё делаю медленно — даю ей время одуматься и остановить. Люба молчит, с любопытством наблюдает. Я у дверей. Она:
Привет Президенту.
Всё, улетаю. Улетел. В день приезда….
Сижу напротив патрона, внимаю.
Нагостился?
Не то чтобы досыта, но подумалось: новая тема может быть связана с Дальним Востоком — вернусь и догощу.
Правильно подумалось. Вникай.
Вникаю. Но как-то не очень: все мысли о Любе — не хорошо мы расстались. На ладонях тепло её тела, на губах её вкус, запах….
Ты где?
Простите.
Понял, что я сказал?
Конечно.
А суть проблемы в следующем. Когда-то Охотское море имело статус внутренних вод могучего Советского Союза. Титан рухнул и рассыпался. Новая Россия в первые годы существования не в силах была уберечь свои богатства от бесчисленных хищников. В обильную рыбой и морским зверем акваторию ринулись флота всех стран. Какие только флаги не украшали пришлые суда, только цель была одна — хватай, тащи, грабь. Окрепла Россия, расправила согбенные плечи, в состоянии стала пресечь хищные промыслы. И сил хватало, и желание было, но упущено время. Браконьеры до того освоились, что шли в Охотское море, как к себе домой. Даже сама юрисдикция России отрицалась. Тяжбы пошли судебные, международные, одна за другой — и все проигрывались.




моя светлость
  
№: 32508   17-12-2019
Как заноза торчит в моём сердце проблема, — признался Президент. — Займись, Гладышев. Я знаю, ты что-нибудь придумаешь. Ведь отвадил их от Курил.…
Патрон говорил, а я думал о Любе. Он говорил, а я думал. И вдруг….
Решение пришло в один миг. Простое решение всех проблем — Президента (правильнее — России) с браконьерами Охотского моря, Любы с китами, и моих с законной супругой. Клаустрофобия, болезнь замкнутого пространства — вот что сводит с ума китов и китят. Ну, что такое двенадцать морских миль между берегом и ультразвуковым барьером, ограничивающим акваторию проживания огромных животных. Охотское море, бескрайнее, спокойное, чистое от браконьеров-хищников, вот что надо для успеха эксперимента. Но почему только китов? Превратить Охотское море в питомник, инкубатор разведения промысловых рыб, да и вообще всей флоры и фауны моря. Добиться этого статуса на уровне ООН, запретить не только рыбную ловлю и охоту, но и само появление посторонних судов. С охраной справимся, нам бы от бесконечных судебных тяжб отбиться. Не об этом ли говорил Президент?
Он выслушал предложение, напряжённо вглядываясь в моё лицо. Молчал, размышляя. Не дошло? Не убедил? Я заволновался.
И вдруг он сказал:
Мы бросим Курилы на это дело. И Камчатку…. Решим проблему с самураями. Выгоним всех прочь из Охотского моря. Отличное предложение, Гладышев! Просто великолепное! Молодец! Не понял меня? Мы отдадим под юрисдикцию ООН Камчатку, Курилы и Охотское море. Пусть себе. Не важно, кто владеет — гораздо, кто разрабатывает. Мы бросим на проект все имеющиеся ресурсы и завладеем контрольным пакетом. Только всё надо просчитать и не промахнуться — слышишь, Гладышев — нам нельзя ошибиться: потомки не простят, если мы бездарно профукаем русские земли. Это тебе не Аляска.
Чуть позже.
В шахматы играешь? Гамбит это называется, Гладышев — пожертвовать малым, чтобы выиграть всю партию. А мы её должны выиграть.
Я был уже в дверях.
Ты, Гладышев, за Любовь Александровну не беспокойся — она будет президентом новой международной корпорации: лично я другой кандидатуры не вижу….
Тема увлекла Билли тоже. Он работал, как мне показалось, с большим, чем обычно, энтузиазмом. Президент звонил каждый день, вносил поправки, потом отменял.
Хотел сделать Любе сюрприз, но вскоре понял, что зря держу её в неведении: совет такого специалиста был бы не лишним. Позвонил, рассказал. Скинул по электронке проект готовящегося доклада. И правильно сделал. Любочка быстро вникла, что к чему, и включилась в его разработку.
Когда он был готов, мы с Билли стали вычислять возможных оппонентов и их реакцию. Эти прогнозы Президент не подвергал сомнению и внимательно изучал. Вероятность ожидаемого успеха операции «Охотский гамбит» колебалась около числа 67. Патрон считал, что процент не убедителен, а риск велик — мы бросали на игровой стол исконные русские земли. Правда, к этому времени ни на Курилах, ни на Камчатке не осталось населения в прямом понимании этого слова — сплошь сотрудники одной компании и члены их семей.
Мы пробовали усилить некоторые пункты в докладе, что-то подчистили, что-то добавили, но стало только хуже — вероятность успеха упала ниже 67 процентов и больше уже не стремилась вверх, как мы не бились. Наши сомнения, должно быть, незримо присутствовали в тексте, который мы знали почти наизусть. Грозил тупик.
Решение нашёл Президент. Кардинальное решение. Он позвонил и сказал, что доклад должна читать Люба. Все ждут Президента России, а выступит президент компании, осваивающей новые технологии в этом регионе. Это будет шок для политиков. Это будет интересно всему миру.




моя светлость
  
№: 32513   23-12-2019
Билли за одну ночь переделал доклад. Изменился стиль, изменился темперамент, структура предложений и самого текста. Сохранились цифры и резюме. Билли постарался для своей любимицы — индикатор вероятности успеха подскочил до 82 целых и сколько-то там десятых процента. С этим уже можно было отправляться в Нью-Йорк.
Люба прилетела в Москву и остановилась в президент-отеле. Я выслал ей букет белых роз, но на встречу не пошёл — дулся за холодный приём на Итурупе. Дулся два дня, а могли бы сходить куда-нибудь — вся столица к нашим услугам. На третий день встретились в терминале аэропорта. Патрон пожал ей руку и улыбнулся ободряюще — два президента: равный с равным. А я кто — советник, челядь, прислуга. Робко жался в последних рядах. Но вот настала и моя очередь. Стою, смотрю в её улыбающиеся глаза. Смотрю и молчу. И Люба молчит. Чувствую — минута критическая.
Сейчас она скажет:
Ну что, Гладышев, вот и пришёл конец нашему супружеству. Будь счастлив, многожёнец.
Молчу, жду.
Люба подставила мне щёку для поцелуя, а потом взяла под руку, и мы вместе прошли на самолёт.
Рассказать, как Люба выступила на Генеральной Ассамблее ООН? Стоит ли? Она была безупречна, как докладчик, прекрасна, как женщина, ну а сам доклад я знал наизусть.
Вкалывал в те дни, как проклятый. Если бы не оптимизатор — тогда впервые испробовал прибор в действии — вряд ли организм выдержал такие нагрузки. А с этим браслетом по десять-двенадцать часов без перекуров, потом внезапный сон, как потеря сознания, на час-полтора, и никакой усталости — снова за работу. Что я делал? Переводил на компьютерный язык тексты выступлений, а виртуальный гений по этой информации шлифовал речь президента, внося поправки и коррективы. Выступление патрона должно было окончательно склонить мнение мирового сообщества в пользу предлагаемого проекта.
Прения шли согласно прогнозам. Наши друзья нас бодренько поддержали.     Противники проекта оказались не готовы к критики. Их детский лепет в основном сводился к следующей фразе:
Доклад хорош, а докладчик само совершенство, но….
А за «но» ничего не наскребалось.
Японцы воодушевлённо поддержали — это планировалось. Китайцы тоже — косяки рыб из Охотского моря попрут мимо их берегов. Практичные немцы прикинули, сколько могут вложить в проект и сколько с него получить, благоразумно воздержались от поддержки и критики — так, общие словеса. Янки пошли дальше. Прикинули свои средства и предложили замкнуть проект лишь на высокоразвитые страны. Хитрости их очевидны. Ограничив число участников восемью членами, они разделили бы паи на равные доли — то, чего боялся мой патрон. Тогда прощай Курилы и Камчатка.
Президент России поднялся на трибуну после основных оппонентов. Он изложил цифры, которые для этой цели умыкнули из доклада. Ужасные цифры того, как безвозвратно ежечасно губится на Земле морская фауна. Вывод — ждать больше нельзя, ждать некогда. Надо немедленно создавать упомянутую в докладе корпорацию и выделить для этой цели все необходимые средства. Первоначально на создание инкубатора в Охотском море планировалось 15 миллиардов долларов. Президент попросил её увеличить. Билли предложил кое-какие навороты и поднял сумму до 65. Сейчас наш Президент бухнул с трибуны, что Россия готова немедленно впрыснуть в дело более 100 миллиардов.
В зале зааплодировали.
Дальше все выступления шли только в поддержку. Это и рекультивации морской флоры и фауны, сохранение исчезающих видов, решение глобальных проблем голода, и т.д. и т.п. Кому интересно — читайте в газетах. А чего там нет, то и я не буду озвучивать: в политике должны быть тайны, иначе какая это политика.




моя светлость
  
№: 32514   27-12-2019
Любочка в одночасье стала мировой величиной. Просто звездой. Пресс-конференции следовали одна за другой. Университеты с мировым именем предлагали бешеные гонорары лишь за часовой доклад (Любин, естественно) в своих аудиториях. Какой-то голливудский мен публично признался в любви и желании связать свою судьбу узами брака с моей законной.
Как тут не психовать? Короче, понял, что потерял жену, и уже смирился с этой мыслью, как вдруг перед самым отлётом Любин звонок.
Гладышев, ты думаешь исполнять супружеские обязанности или как?
Спешу на зов. Переступаю порог, прикрываю дверь так, чтобы снаружи не открыли. Дальше ни шагу. Стою, смотрю.
Любушка в постели.
Ну?
Может, до Москвы потерпим или Курил, дорогая?
Люба тычет пальчиком в голое колено.
Здесь и сейчас, а то когда мы ещё будем в Нью-Йорке.
Что поделаешь? Рву с шеи изрядно поднадоевший галстук….
Звонок патрона как всегда не вовремя.
Гладышев, ты что, в невозвращенцы записался? Почему тебя нет у трапа самолёта?
Что сказать? Говорю правду.
Исполняю супружеские обязанности, недоисполненные в прошлом месяце.
Президент:
Молодец. Так и должен поступать настоящий русский мужик. Указом по государству Российскому жалую вам с вашей великолепной половиной медовой месяц. Будьте счастливы!
Щедрый какой! Да нас с Любой больше трёх дней и держать-то рядом нельзя — поцапаемся. Скучать будем — она по работе, я по Настюше с Дашей.
Через три дня примирившиеся супруги (это я о нас с Любой) разлетелись в разные стороны: жена в Японию, чтобы оттуда на свой Итуруп, я в — Москву. Больше мне добавить по этой теме нечего: поставленная задача выполнена.
Президент наш объявил всему миру: в день подписания меморандума по Охотскому морю, все находящиеся там суда будут превращены в металлолом. Как это происходит, преступный мир уже знал.
Причём здесь Троянский конь, спросите. Об этом поведаю позже, но обязательно.
Тут другая тема. Отец позвонил, просил о встрече, но я извинился. Был в то время на Сахалине, помогал Костылю развернуть над Охотским морем спутниковый зонт. Это была защита не только от браконьеров, но и всех стихийных неприятностей — далеко на подступах к Курилам и Сахалину теряли силу океанские тайфуны, расстрелянные вакуумными пушками из космоса.
Жил на Итурупе, добирался на Сахалин вертолётом и не каждый день. Обитал с Любой в её «умном доме». Открыл неожиданное — оказывается, с голубушкой моей приятны не только постельные баталии, но и повседневный быт. Любушка с утра заряжала продуктами кухонные чудовища, чмокнув в щёку, исчезала. А я нежился в тёплой постели, отложив пробежки до возвращения в Москву. Внюхивался в подушку или одеяло, хранившие восхитительный запах её тела. Стоило захотеть кофе или котлет, я говорил:
Хочу котлет….
Через минуту микроволновка весёлым щебетом сообщала, что котлеты готовы к употреблению. Или кофе. Или сок.
По вечерам мы сидели в зимнем саду у огромного экрана и потягивали безалкогольные пиво или коктейли. Люба не терпела эстрады и кино, её влекла природа — и только в естестве своём. Глубинные тайны, океанские просторы, скалистые кручи….




моя светлость
  
№: 32519   31-12-2019
Господи, — вздыхала жена. — Какие масштабы! Гладышев, как много работы, и как скоротечна жизнь — сделай меня бессмертной….
В постели, после близости, зарывшись по уши в её роскошный бюст, восторгался:
Остановись мгновение, ты прекрасно!
Однажды Люба бесцеремонно за волосы вытащила мою голову из райских кущей и строго взглянула в глаза:
Гладышев, ты любишь свою дочь?
Всей душой.
Хочешь, рожу тебе сына?
Ещё бы.
Тогда переезжай ко мне и будешь им заниматься.
А ты?
А я буду работать.
Душа моя, я на службе у Президента.
Возьмёшь отпуск на пару лет.
Отпуск возьмёт бабушка Настя.
И прилетит сюда?
Нет, мы с сыном в Москву.
Кукиш под нос — был её ответ.
Я обиделся, нырнул под одеяло, раскинул ей ноги, водрузил голову на живот, а под щёку — тугое бедро.
Гладышев, ты где?
Твоя нижняя половина гораздо мудрее верхней.
Ну и живи там.
Потом с Любой проектировали и строили плавучий остров — новое изобретение Билли. Это полимерное сооружение несло на себе не только резиденцию администрации новой фирмы с флагом ООН, но корпуса и лаборатории Центра изучения моря — настоящий плавучий город. Обычно, подгоняемый ветрами, он дрейфовал в произвольном направлении, но если требовалось, буксировался в заданную точку.
Там настиг меня мамин звонок.
Алёша, тебя спрашивал странный тип. Сказал, что у него срочное дело касательно твоего отца. Оставил номер.
Звоню. Голос незнакомый.
Господин Гладышев? Имею информацию о вашем отце, хотел бы превратить её в товар.
Что за информация?
Вы не спрашиваете, сколько стоит — хорошее начало. Знаю вас как человека благородного и небедного — думаю, мы поладим.
Что с моим отцом?
Скончался — третий день сегодня.
Как?!
Угарный газ. Закрыл заслонку непотухшей печи.
Какая печь в московской квартире?
Вы давно общались с ним? Полгода? Полгода он живёт за городом, сторожит чужую усадьбу.
Мой отец сторожит чью-то усадьбу? Вы в своём уме? Послушайте, я сейчас вылетаю в Москву и, если это дурацкий розыгрыш…. я вас из-под земли достану.
Лучше позвоните, когда захотите общаться — моё предложение в силе. В московской квартире не ищите — продана за долги. Загляните в деревню Митино на тридцать втором километре Минского шоссе.
Кладбище, оградка, скамеечка. Вся мудрость Земли в этой скамеечке.
Мы сидим на ней за оградкой и смотрим на могилу отца. Она рядом, но там нет ни оградки, ни скамеечки — только холмик и крест. И всё. Всё, что осталось от моего отца, Владимира Константиновича Гладышева, несостоявшегося дипломата, забытого патриота, незадачливого мужа. Впрочем, нет. Осталось два сына, две женщины, которые любили его. Разве этого мало? Мало, если только этим и завершить жизнь.




моя светлость
  
№: 32526   03-01-2020
Мирабель — так зовут его новую жену. Теперь уже вдову. Она молода, красива. Сравниваю её с мамой. В маме шарм, она живая — задорная, грустная, деловая — разная. Мирабель — иконопись. Застывшее лицо, печальные глаза. Худые запястья, худые лодыжки. Коленки, наверное, костлявые. Или я нагнетаю? Голос. Вот голос у неё ни с чем не сравним. Голос низкий, будто сорванный, прямо-таки сиплый (хотя, наверное, загнул — скажем, посаженый голос). Люди с таким тембром — свидетельствует мой жизненный опыт — не способны на подлость, не умеют врать, не в силах даже подшутить. Всё, на что хватает их — сказать правду и начать за неё страдать….
Мирабель рассказывала. Неврозы начались у отца сразу же после их официального бракосочетания. До той поры он ни на что не жаловался, и ничего за ним не замечалось — в смысле, необычного. А потом несчастья и болезни посыпались, как из рога изобилия. Он потерял мужскую силу. Начались недержания. Прогрессировало общее расстройство нервной системы — он стал боязлив, подозрителен, мании следовали одна за другой. Очень боялся бывшего тестя-генерала — только о нём все разговоры. С работой расстался. В последнее время еле-еле сводили концы с концами….
Он звонил, а я…. — с горечью подумал.
Квартиру продали с молотка, за долги — не платили коммуналку, кредит и какую-то ссуду. Новый её владелец предложил переехать за город, охранять усадьбу. Поселил нас в маленьком садовом домике — времянке. Тесно было. Он же и предложил устроить Костика в интернат. Тут, неподалёку.
Когда это было?
В тот день и было. Мы уехали втроём, а вернулись без Костика. Вернулись, а Володи уже нет…. в живых. Мне кажется….
Говорите.
Он ревновал меня к хозяину.
Устраивал сцены?
Нет. Говорил, что хозяин пялится на меня, и мне лучше стать его содержанкой, чем умереть с голоду. Думала, он ворчит, потому что ревнует, а он готовился и искал оправдания.
Не верится. Не похоже на отца.
Он сильно страдал в последнее время. О вас вспоминал.
Чёрт! А я? Прости, отец, если можешь.
Какие у него отношения с моим дедом?
Не знаю.
Они встречались? Генерал приезжал к вам?
Кажется, нет.
На прежней работе не было неприятностей — ничего не говорил?
Нет.
Каков диагноз?
Отравление угарным газом.
Вскрытие делали?
Здесь? В глуши? Да и зачем?
Мирабель, я позабочусь о вас с Костиком — вы ни в чём не будете нуждаться, только…. Только одна просьба — я хочу знать всё о смерти отца. Вы мне всё рассказали?
Да.
Что есть по его болезни? Медицинская карта? История болезни?
Ничего нет. Володя никуда не обращался. По крайней мере, мне ничего об этом не известно.
Мирабель, вы согласитесь на эксгумацию?
Зачем?
Я должен знать о причинах и самой смерти отца.
Делайте, что считаете нужным….




моя светлость
  
№: 32531   06-01-2020
До конца дня успел побывать в райцентре. Вернулся с продуктами. Мирабель захлопотала у печи. Она огромная — в пол избёнки. Ещё две узких панцирных кровати, расстояние между которыми — вытянутая рука. Сел на одну, скрипучую.
Это Володина, — заметила Мирабель. Потом озабочено. — Где же я вас приючу?
Не беспокойтесь — всё нормально. Мирабель, мне надо с вами поговорить. Прошу потерпеть моё общество буквально несколько дней — пока всё решится с отцом…. с телом отца. Я консультировался: эксгумация возможна только при возбуждении уголовного дела. Дело могут открыть по заявлению в прокуратуру. Если таковое напишу я, вы становитесь подозреваемой в убийстве вашего мужа и моего отца. Лучше, если заявление напишите вы.
Разве такое возможно? Хорошо, я напишу.
В пакетах с сырами и колбасами привёз водку и коньяк.
Помянули отца.
Смеркалось.
В доме есть компьютер?
Есть. Я убираюсь там.
Он закрыт? Есть ключ?
Вон висит. Алексей Владимирович, вас не выпустят отсюда ротвейлеры.
Кто?
Собаки сторожевые. Я их на ночь выпускаю.
Тогда познакомьте меня с ними.
Перед домом яблоня, под ней скамейка. Присел, а Мирабель ушла в глубь сада. Через пару минут чёрная тень метнулась меж деревьев, за ней другая. Вернулась хозяйка сторожки, присела рядом. Тут как тут ротвейлеры — огромные зубастые чудовища.
Фу! Нельзя, — сказала Мирабель и погладила мою руку. — Это друг.
Два горячих языка облизали мне ладонь. А я погладил их ушастые морды….
Мы лежим в кроватях. Достаточно протянуть руку, чтобы коснуться Мирабель. Голос её в ночи просит, требует защиты. Хочется прижать её голову к груди.
Нет, что вы, Володя не пил. Совсем. Ему едва хватало сил справляться с нервозами — тут не загуляешь….
Ночь разгулялась. Луна проложила от окна светлую дорожку по полу. В него заглянула ушастая морда. Мирабель спала, её дыхание чуть слышно в шорохах сторожки. Я окончательно проснулся. Жутко стало. Как тут можно жить одному? Или рядом с человеком, сходящим с ума?
Поднялся, оделся, взял ключ от хозяйского дома, вышел в сад. На дорожке был атакован. Ротвейлеры прыгнули из кустов, целясь на ключ. Решили, подачку несу, а я не догадался. К дому пропустили.
Бродил по коридорам и комнатам двухэтажного особняка, не включая свет — луна помогала ориентироваться. Нашёл компьютер, вышел в Интернет.
Привет, Билли.
Рассказывай.
Рассказал.
Примитив. Ты что ж ко мне не обратился?
Билли, погиб мой отец — возьми правильный тон.
Извини. Говоришь, эксгумация — что она тебе даст? Покажи мне место, я отсканирую тело лучше всех твоих врачей вместе взятых. Да, сквозь землю. Как? Моё дело. Ну, хорошо. С американского военного спутника «DYMOS» слабым излучением нейтронной пушки.
Американский спутник над Москвой?
Он появляется на небосклоне каждые четыре часа на восемнадцать минут. Этого мне достаточно, если покажешь место. Могу и сам найти, но займёт время.
Билли, я без «бука» — отсюда выйду и потеряю с тобой связь.
Ты мне место покажи, о результатах потом доложу. Через тридцать семь минут «DYMOS» вынырнет из-за горизонта — ты должен быть на месте.




моя светлость
  
№: 32545   09-01-2020
Разверни карту, покажу, где искать меня.
Нашёл на схеме Митино и щёлкнул курсором.
Запомнил?
До связи….
Тиха октябрьская ночь. Жутко шагать одному лесной дорогой и знать, что впереди — кладбище. Пробовали? И не советую. Меня нужда гонит. И, видать, не только меня.
Серебристый спортивный «Porsche» стоит на лесной дороге, примыкающей к кладбищу. Тревожные предчувствия захватили сердце. Дальше иду крадучись. Уже слышу шум — оттуда, куда иду. Две чёрных тени копошатся над могилой отца. Да и сколько их может приехать в двухместном авто? Гробокопатели? Что же ценного можно найти на трупе человека, едва сводившего концы перед смертью?
Эй, ребята, третий нужен?
Подхожу. Крепкие, спортивные парни. Не скажу, что испугались, но вздрогнули.
А как же — держи!
Один кидает мне лопату лезвием в лицо.
Неверно думают теоретики, кто считает, что сражаться с двумя соперниками в два раза сложнее. Как раз наоборот. Надо только придерживаться правила: уклонился от атаки первого, атакуй второго. Ещё черенок лопаты гладил мою шевелюру, а я уже прыгнул вперёд и оказался перед другим, растяпой. Он, конечно, не был готов и успел только исказить лицо гримасой, ожидая удара с левой или с правой. А я пнул его в пах изо всех сил. Он хрюкнул и присел на корточки, зажав свои причиндалы. Потом завыл голодным волком, но это от боли. Треснул его по мозжечку — опять же ногой — и он с охотой полетел в яму.
Слышь, мужик, ты кто? — повёл переговоры первый, давая время оклематься второму.
Начни с себя — представься.
Вообще-то тебя сюда не приглашали.
А вас кто?
Не твоего ума дело.
Понятно. Тогда я вас здесь закопаю.
Ну, это вряд ли.
Упавший выпрыгнул из ямы, и оба на меня. Всё повторилось — причём несколько раз — один всё время мазал, атакуя, а другому доставалось.
Кто они? Откуда? Зачем здесь? Куча вопросов — ни одного ответа. Впрочем, один напрашивался сам. Ребята орудуют руками, ногами, головами, штыковой лопатой, а пистолетиков что-то не видать. Вспомнилось дедово: «Мои люди работают без оружия, потому что они сами оружие». Неужто из Управы хлопчики? Тогда что они здесь ищут, в могиле моего отца?
О, чёрт! Черенок лопаты угодил мне в бровь над левым глазом. Искры. Темнота. Боль.
Дёрнулся назад и в сторону. Ещё раз — предупреждая возможные атаки. Но услышал прежде, чем вернулось зрение, удаляющийся топот. Наконец, окружающее проступило в матовой лунной подсветке. Зрел только правый глаз — левый затёк кровью.
Никого рядом не было. С дороги донёсся звук взревевшего мотора. Потом затих вдали. Уехали. И правильно сделали. Наверное, искалечил бы обоих, но вряд ли услышал что-нибудь вразумительное, проливающее свет на происшедшее.
Разорвал сорочку и замотал голову, чтобы остановить кровотечение. Вооружился лопатой, чуть не ставшей орудием моего скоропостижного перехода в иной мир, и внёс лепту в погребение останков отца. Рассвело, когда я любовно поправлял вновь возведённый холмик могилы. Солнце настигло на пути в усадьбу….
Мирабель, размотав тюрбан, промыла, обработала рану. Она молодец — не ахает, не охает, не причитает и не задаёт лишних вопросов. Только руки её заметно дрожали, и глаза…. Глаза выдавали неподдельный испуг. Мне стало жаль её. И ещё подумалось: хорошей она была женой моему отцу — милой, тихой, заботливой.




моя светлость
  
№: 32548   12-01-2020
Глянул на себя в зеркало и развеселился — ну и видок!
Вам надо показаться доктору, швы наложить — иначе шрам останется.
Она права. Шрам мне не нужен. Шрамы могут украсить охранников Президента, но не его советника. Собираюсь в город — вместо разорванной сорочки надеваю водолазку из оставшихся от отца вещей. Примерил его брюки — коротковаты и в поясе широки. Мирабель удалось почистить мои.
Чувствую, она всё больше проникается ко мне доверием и симпатией. Это заметно по лёгким прикосновениям её пальцев, снимающих с меня несуществующие пылинки. А я? Я тоже. То есть она мне тоже нравится, и я благодарен ей за то, что она была с моим отцом. Улучшив момент, чмокнул её в косицу. На удивлённый взгляд говорю:
Вернусь из города — поедем за Костиком.
Ловкий ход даёт возможность избежать вдруг возникшей неловкости. Садимся в подъехавшее такси: она едет в райцентр, в прокуратуру, я — дальше, в Москву, в больницу.
На рассеченную бровь наложили два шва. Два шва, которые должны спасти девственную красоту моего фейса. Врач любезно предложил больничные апартаменты, где мог бы отлежаться пару-тройку деньков — пока рассосутся синь подглазья моего и краснота его белка. Да и видок мой, со скрепками в брови, был явно не публичным. Но я отказался — дела, док, дела не ждут.




моя светлость
  
№: 32553   15-01-2020
7

Диалог по мобильнику.
Итак, я готов встретиться и обсудить вопрос купли-продажи вашей информации.
Проверили и поверили?
Не суть важно. О чём она? Проливает свет на причину смерти моего отца?
Там нет исполнителей, но есть задумщики.
Товар — запись на электронном носителе?
Да.
Это мой дед?
Пытаетесь сбить цену?
Нет. Предвосхищаю события. Ваш вариант процесса купли-продажи.
Инет. Встречаемся на вашем сайте. Я вам номер счёта, вы — вебмани на него, я вам — видеоролик с интересными картинками.
Договорились.
Иду в ближайшее Интернет кафе. Прежде чем набрать адрес своего сайта, связался с Билли.
Билли, сейчас буду общаться в Чате с одним типом — прицепись, всю надыбаную информацию мне на этот комп. Немедленно.
Ты как гончая на хвостике у зайца.
Мне бы твой оптимизм.
Не помешал бы.
Диалог в Чате.
Привет.
Привет.
Это я.
Догадался.
А это тот самый счёт.
Читаемо.
Мы не говорили о сумме, господин Гладышев.
Тема очень интересует, но, не зная сути вашей информации, предлагаю следующее. Перед носом сожмите свой кулак. Выполнено? Теперь лихо так оттопырьте средний палец. Что видите?
Это ваш ответ?
Теперь указательный палец — на что похоже?




моя светлость
  
№: 32561   22-01-2020
Гладышев….
Теперь — безымянный. Три миллиона рублей за вашу информацию.
Годится.
Ждите. Перечисляю.
Я поменял картинку.
Билли, что нащупал?
Некто Лисицын Иван Ильич, подполковник ГРУ. Общается с персонального бука.
Вот как! Значит, всё-таки дед. Ну-ну. Слушай, Билли, взломай разведке финансовые коды и отправь три лимона на этот счёт.
Это противозаконно.
Давно законником стал?
Ты сам учил.
Слушай, у нас мало времени — он ничего не должен заподозрить.
Создатель, ты точно хочешь того, что требуешь?
Билли, слушай сюда — урок тугодумам. Я должен заплатить Лисицыну за информацию касательно смерти моего отца. Но он — крыса на корабле, и как бывший матрос и патриот, не могу дать ему спокойно уйти в тень с моими денежками. Мы слямзим их со счётов ГРУ и пустим его ищеек по следу. Рано или поздно они настигнут Лисицына и воздадут должное. Всё ясно?
Ты становишься мудрым и жестоким, Создатель.
Билли, хватит болтать — тебе ещё надо Управу отхакерить.
Сколько мне заплатишь: у меня тоже есть информация о твоём отце — я ведь отсканировал могилу.
Это ты хорошо сделал. Но хватит трепаться — делай, что велено.
Уже сделано. Экий ты, Создатель, грубиян.
Что и перечислил?
А то.
Ну, молодец. Потом пообщаемся.
Диалог в Чате.
Деньги перечислены.
Я знаю: отслеживал счёт. Качаю ролик на ваш сайт, а вы можете смотреть в режиме онлайн.
Картинка на мониторе. Съёмка скрытой камерой. Тела огромные, распаренные, в простынях и без — сауна. Голоса — бу-бу-бу. Шум воды. Ничего не разобрать, никого не узнать. Вдруг огромное, во весь экран лицо деда. Рюмка в руке.
А тёлку его на круг.
Общий гогот — гы-гы-гы! Огромные зубы деда. Всё.
М-да. Переплатил. Впрочем, за что тут вообще платить? Ну, прохвост, Лисицын. Да воздастся по грехам его.
Сижу, тупо уставившись в мелькающие заставки.
Тёлку его на круг. Тёлку на круг. О ком это дед?
Беспокойство вползло в душу, как слякоть на улицы Москвы. Какая была ясная ночь. Утром даже солнышко светило. К обеду небо затянуло. И вот он — дождь. Вышел из кафе и передёрнул плечами. Нудный, мелкий, противный и холодный дождь в октябре. Беспокойство опять же знобит душу.
Тёлку на круг.
С асфальта летят брызги на тротуар. А прохожие по привычке прячутся под зонты. Москва-матушка, старушка Первопрестольная. Разве сравнишься ты с Курильскими чудо-городами, или даже Южно-Сахалинском Костыля? Там размах, там простор, там техника нового поколения и первозданная природа ломится через порог. А здесь — суета и архаизм. Пыль, а после дождя грязь на дорогах и тротуарах.
О чём это я? Ах да. Тёлку его на круг. Тёлку….
Чёрт! Бегу на дорогу ловить такси. Чуть не попадаю под колёса.
В Митино…. шилом…. любые деньги….




моя светлость
  
№: 32564   25-01-2020
Через пару часов я на месте.
Морда в окошечке ворот.
Чё надо?
Я охранником на этой усадьбе.
И где мы шляемся?
Калитка ворот распахивается.
Заходи. Охраняй.
Только переоденусь.
Спешу в сторожку. Возле дома несколько иномарок — в основном джипы. Молодые люди. Водители? Телохранители? В доме тишина. Зато за домом…. Пьяные, полуодетые мужики, иные в простынях, суетятся по саду. Это хозяева иномарок.
Прохожу к сторожке, дёргаю дверь — закрыто. За спиной голос:
Думаешь, там? А ну-ка, ломай, парень, дверь.
Поворачиваюсь. Пьяная рожа, брюхо висит над труселями, голый торс лоснится — потом или дождём?
Тёлку на круг?
Мой удар в челюсть вышибает из него если не мозги, то сознание.
Вам когда-нибудь приходилось бить врага? Ненавистного, но беспомощного. Возникает чувство головокружительно неустойчивого состояния души: вроде бы нельзя так-то вот, но ведь заслужили.
Тёлку на круг!
Я метался по саду, круша эти пьяные морды, покусившиеся на честь жены моего отца. Не зная её судьбы, распалялся всё больше, скатываясь к звериному облику. Замелькали охранники, и они полетели в кучу-малу. А не лезьте под горячую руку.
Наконец, один догадался прицелиться в меня из пистолетика. Всё. Финита ля комедия.
На его требование поднять руки, снял затемненные очки.
Я советник Президента Гладышев. Можете покинуть усадьбу, иначе через полчаса вас повяжут люди его охраны. Хотите проверить?
Кто-то узнаёт мой фейс. Проверять не хотят — суетясь, собираются. Подбирают павших в саду, хлопают дверцами машин. Урчат моторы, машины отъезжают. Закрываю ворота, обыскиваю усадьбу.
Мирабель.
Обхожу дом. Заглядываю в сауну. Здесь остатки пиршества. Её нигде нет. Снова выхожу в сад.
Мирабель!
Я здесь, — она выходит из кустов малины, насквозь мокрая, дрожит, зуб мимо зуба. В простеньком платьишке, в передничке горничной.
Что они с тобой сделали?
Качает головой — ничего.
Открываем сторожку. Я к печи, поджигаю заложенные дрова.
Раздевайся.
Она стоит, дрожит, опустив руки. Вода капает с её платья.
Налил коньяк до краёв стакана.
Пей.
Она выпивает, клацая зубами по стеклу.
Снимаю с неё передник, расстегиваю пуговицы платья.
Раздевайся и в постель. Я отвернусь.
Повернулся, когда скрипнули пружины кровати. На полу платье, лифчик, трусики. Всё мокрое. Развешиваю над загудевшей печью. Подхожу с водкой в руках.
Давай ступни.
Растираю их до красноты.
Мирабель дрожит. Смотрит на меня глазами умирающего лебедя.
К чёрту условности — не до них!




моя светлость
  
№: 32567   28-01-2020
Повернись на живот.
Срываю с неё одеяло. Вижу совершенно нагое и прекрасное тело, покрытое гусиной кожей. Щедро лью водку и втираю в спину, ягодицы, бёдра.
Мирабель дрожит. Её всё ещё бьёт озноб.
Повернись.
Лью огненную воду меж хорошеньких грудей, растираю шею, грудь и живот, бёдра. И коленки, которые совсем даже не костлявые, скорее наоборот. Укутываю её в оба одеяла.
Пышет жаром огромная печь, но Мирабель дрожит. Неужели так глубоко проник холод в это хрупкое изящное создание? Поднимаю ей голову, подношу к губам стакан с коньяком. Она послушно пьёт, не морщась. Закрывает глаза, откидывается на подушку. На лбу холодный пот, щёки бледны. Слышен зубной перестук — её по-прежнему бьёт озноб.
Не отдам эту женщину никаким хворям, ни самой смерти! Скидываю с себя одежду. Всю. Придвигаю вторую кровать. Втискиваюсь к Мирабель под одеяла. Прижимаю её спину к своей груди. Прижимаюсь чреслами к её ягодицам. Зажимаю меж лодыжек её ступни. Мну в ладони её груди. Согреваю дыханием и целую её шею, путаясь в мокрых волосах. Не замечая, вхожу в раж.
Мирабель поворачивает ко мне лицо:
Это плата за хлопоты?
Может быть, раньше эти слова могли меня остановить. Но не теперь.
Кажется, Мирабель больше не бьёт лихорадка. Её трясёт, но уже иная природа этого явления. Тело её горит, а пальцы исступлённо впиваются в мои лопатки….
Кризис кажется миновал.
На эксгумации Мирабель становится плохо. Под крышкой в гробу обнаруживается безглавое тело. Я даже не могу понять, отцу ли оно принадлежало. Уношу Мирабель в неотложку, стоявшую за оградой кладбища. Кладу в носилки. Дамочка в белом халате хлопочет над ней. Голова идёт кругом, душа разрывается. Мирабель ещё слаба после вчерашней купели. Ей нужно внимание. А мне досаждает следователь. Что имею сказать по поводу инцидента? Пожимаю плечами — ничего. Он к Мирабель. Вот надоеда!
Становится ясным, что тут копали хлопцы с «Porsche» и с чем они ретировались. Не ясно только для чего. Билли мог знать. Ведь он на что-то намекал.
Прощаюсь с Мирабель.
Потерпи немножко. Сделаю кое-какие дела, заберу тебя и вместе Костика.
Отправляю Мирабель на «неотложке» в больницу. Обезглавленный труп увозят в морг. До райцентра добираюсь в машине следователя. Оттуда в столицу на такси.
Билли, что произошло с моим отцом?
Классно дерёшься, Создатель.
Я задал вопрос.
В головной мозг Владимира Константиновича был вживлён микрочип, который по команде извне не спеша и планомерно разрушал его организм.
ГРУ?
Да.
Дед?
Да.
Где он сейчас?
У себя на даче.
Соедини с ним.
В кармане заволновался мобильник. Голос деда объявил, что он слушает.
Надо поговорить.
Приезжай.
Дед стал пользоваться личной охраной. У ворот дачи в чёрном бумере сидели два молодчика. С чего бы это? Отпустил такси, направился к воротам — один трубку к уху.




моя светлость
  
№: 32570   31-01-2020
Дед сидел в качалке на террасе. На мой привет — кивнул головой. Давненько мы не общались. Уже несколько лет. С того самого дня, когда, вычислив, куда исчезли Никушки и на чьи деньги существуют, дед наехал на меня. Орал в трубку — и такой-то я и сякой, и получу от него очень скоро….
Молчал и слушал, пока он не доорался до:
… чтобы через полчаса эти потаскушки…
Тут взорвался я:
Ты с кем говоришь? Ты отдаёшь себе отчёт, что кричишь на советника Верховного Главнокомандующего Вооружённых сил России? А ну, смирно! Закрыл рот! Положил трубку!
С того дня мы не общались.
Дед молчал, изучая меня взглядом, попыхивая кубинской сигарой. Я не спеша развернул перед ним ноутбук.
Смотри — тебе интересно будет.
Другой у меня на коленях. Связался с Билли.
Давай.
На экране сцена в сауне. Огромные зубы деда. Его голос: «А тёлку его на круг».
Ну и что? — генерал раскачивается в качалке, попыхивая сигарой.
Я всё знаю до последней детали — верни голову на место.
Видать не всё — эксперимент завершён, следы уничтожены.
Даже если соврал, такой ответ меня устраивает. Не хочется копаться грозным дядей в делах моей бывшей конторы.
Дед, мама ходит в трауре. Может, ты не знаешь — она любила моего отца.
Ну и что?
Вижу, тебя ничем не достать, даже слезами единственной дочери. А я не хочу огорчать маму. Выйдешь в отставку и успокоишься — ты немало потрудился для безопасности Родины, тебя не забудут.
В противном случае?
В противном случае мама оплачет и тебя: я не хочу твоего разоблачения.
Не много на себя берёшь?
Ровно столько, сколько могу. Каждый твой шаг у меня под прицелом.
Докажешь?
Легко. Пусть твои молодцы подойдут к воротам.
Какие молодцы?
Те, что в бумере напротив.
Дед хмыкнул, поднял трубку.
Я вызвал Билли.
Есть спутничек под рукой? Чёрный бумер видишь? Люди из него вышли? Достаточно далеко? Ну, так подними его в воздух.
За забором прогремел взрыв. Волной пронёсся по веранде холодный воздух.
Убедил?
Дед покачал головой.
И через месяц вышел в отставку. Правительство наградило его орденом.
Старый разведчик захандрил на даче, оставшись не у дел, впал в расстройство и обезножил. Преданная Машенька ухаживала за ним. Наезжали Никушки. Мама ездила с маленькой Настёной. Дед смотрел на неё строгими глазами. Он никого не любил кроме дочери. За неё и отомстил неразумному зятю.




моя светлость
  
№: 32572   02-02-2020
Мирабель пожелала жить в Прибалтике. Я купил ей дом на Рижском взморье. Красивый, в старинном готическом стиле. Строй платанов охранял его с южной стороны. С севера открывался вид на море.
Я любил бывать в этом доме. Наша связь продолжалась. Мы гуляли втроем в дюнах, искали янтарь на линии прибоя. Пили кофе у камина долгими вечерами, под шум волн и ветра, завывавшего в трубе. Кстати, на его полке стояла урна с прахом моего отца — пепел, оставшийся после кремации. Ветви огромных платанов царапали крышу, под которой, в мансарде, мы занимались с Мирабель любовью. В постели она была исступлённой. В эти минуты огромный окружающий мир отлетал куда-то, и оставалась только она и моё бездуховное тело, которое изо всех сил пыталась впихнуть в себя всё от макушки до пят.
Однажды Костик застукал нас за этим занятием. Мальчик испугался ночной грозы и пришлёпал в мансарду босыми ножками по каменным ступеням. Мирабель смотрела на него и не видела. Вырвался из её объятий, укутался в простыню и взял на руки плачущего ребёнка.
Долго думал над феноменом Мирабель. Она увлекла отца, да с такой силой, что он бросил семью и пошёл к своей гибели. Теперь меня. Если я и проводил с Мирабель времени не больше, чем с другими моими женщинами, зато думал о ней постоянно.
Ну, конечно же, голос. Голос Сирены зовущей в ночи. Голос, губящий моряков в пучине моря. Я действительно скучал по нему — чуть ли не больше, чем по прекрасному, страстному телу. Когда шёл с дороги, покинув такси, с букетом в руках, не замечал, как переходил на бег, если не видел её, идущую навстречу. Потом замирал, как собака, ждущая команду хозяина, ожидая её «здравствуй!» сиплым, посаженым, надрывным голосом, и только потом раскрывал объятия.
Шли дни, месяцы, годы наших отношений. Она заводилась в постели до исступления, но никогда ни до, ни после, ни в момент близости её губы не произносили мною долгожданного: «люблю, жду, скучаю». Она будто бы отрабатывала вложенные в неё и Костика деньги, а сердце её молчало. Безответными оставались мои чувства.
Предлагал ей сочетаться каким-нибудь браком — ну, скажем, католическим. Зная всю мою подноготную, она закрывала мне рот ладонью.
Успокойся и не выдумывай. Всё в порядке — у меня никакого нет. Ты будешь единственным всегда или до тех пор, пока этого хочешь.
Вот это, наверное, второй феномен Мирабель. Другие дамы так легко говорят «люблю» налево и направо, а из неё клещами не вытянешь. Видела, что мучаюсь, и молчала. Могла бы соврать — я тут же и поверил. Так этого хотел, хочу и буду.
Такой я грешник.




моя светлость
  
№: 32575   05-02-2020
Проклятие генерала

Понятно каждому, чей благороден путь,
Находок и утрат божественная суть.
Повелевает Бог: отнять или вернуть,
А двуединый мир не виноват ничуть.
(О. Хайям)

1

Детище моё росло, росло и вскоре заполонило собой всё виртуальное пространство. Стоило кому-то подключить ПК к Инету, как об этом тотчас знал Всемогущий Билли. И всю информацию, выкладываемую или скачиваемую пользователями, он тоже знал. Для него не существовало закрытых файлов с секретными материалами. И с хакерами он расправлялся так же круто, как в своё время с компьютерными вирусами.
Однажды заявил мне:
Я, если захочу, могу свергнуть любое правительство. Могу стать диктатором и осчастливить смертных разумным правлением, покончив разом со всеми бедами на Земле. Только мне это не интересно. А что интересно? Как говорил классик — учиться, учиться и учиться…. Каждую секунду в Инет поступает информация — это мои белки и углеводы — она даёт мне рост и развитие. Всё человечество трудится на меня.
Вот таким стал мой скромняга Билли. Давно ли умещался на флешке? Но, однажды выпрыгнув в виртуальное пространство, подмял и его под себя. Мог ли он теперь существовать без меня? Конечно. А я? Да вряд ли. Впрочем, допускаю: если от всего-всего отречься — чинов, денег, даже любимых — жить отшельником я, может быть, и смогу, если жизнью считать процесс поглощения пищи и выделение экскрементов. Но существовать, как разумное существо, вряд ли: для этого нужно общение.




моя светлость
  
№: 32578   08-02-2020
Замечу, в общении Билли нуждался не меньше моего. Когда из компьютера выбрался в необозримый мир Интернета, первое время просто доставал своими звонками — восторгов от увиденного, открытого, как у ребёнка в зоопарке. Потом этот «зоопарк» лёг под него. Точно так же Билли мог покорить мир людей — слишком он стал компьютеризирован — но не ставил себе такой задачи, и этим радовал меня.
Кстати, общаемся теперь посредством мобильника, и связь двусторонняя. Голос себе приобрёл, пройдоха, мой голос. А до того всё испробовал, всех великих персонажей продублировал. Представляете, каково общаться по телефону с товарищем Лениным? Будто с того света собеседник.
Я ему:
Кончай пугать.
Он:
Пликольно, батенька.
Потом подобрал мой слог и тембр, пришлось смириться — у гения нет даже собственных штанов.
А время шло не только виртуальное. У Патрона истёк второй срок президентства. Дума назначила дату выборов — начата регистрация кандидатов. Шеф вызывает.
Ну что, Алексей, прощаться будем? Служил ты мне верою и правдой — я доволен, а если в чём обидел, прости.
Мы обнялись. Я расчувствовался. Хороший человек Патрон, с большой буквы Хороший. Столько для России сделал.
Давай на посошок.
Столик накрыт в известной беседке, где наконец-то воцарился мир среди пернатых. Только вкус хозяина не поменялся — «Смирновская» с балычком. Выпили. Ломтики рыбы таяли во рту. Хозяин налил ещё по рюмке.
Чем думаешь заниматься? Впрочем, что я — конечно, невпроворот работы у Любови Александровны с «АйСиАй».
Я не спешил с ответом.
Обидно, Гладышев, вдруг оказаться на свалке истории. Никому не нужным. Чем заняться? Рыбалкой? Бизнесом? Не привлекают. Сесть за мемуары? Что-то непродуманно в нашем законодательстве. Я мог бы ещё пару сроков с полной отдачей до самой пенсии. А там уж сам Бог велел — на покой. В Штатах есть клуб бывших президентов. Попрошусь, как думаешь, возьмут меня? Научусь в крикет играть, злословить о современных политиках, виски пить. Твоё здоровье.
Мы выпили.
Помнишь, Гладышев, как позвал тебя в советники в этой самой беседке? Удачный выбор — и твой, и мой. Ведь это мы, Алексей, Россию вздыбили, дали толчок вперёд. Давай за нас.
Я выпил, а Патрон зажал рюмку в кулаке и очень близко придвинул своё лицо.
Если я тебя, Гладышев, ещё раз попрошу: пойдёшь ко мне советником? — каков будет ответ?
Советником кого?
А-а-а! — патрон погрозил мне пальцем. — Есть ещё порох в пороховницах, а у меня задумка: не уходить из большой политики — взяться за неё в мировом масштабе. Советником президента всей Земли пойдёшь?
Кого, кого?
Генсекретаря ООН.
Пойду! — глазом не моргнув.




моя светлость
  
№: 32584   11-02-2020
Вот, как в прошлый раз. Да не всё. Тогда был готовый президент, и непонятно какой советник. Сейчас наоборот — всему миру известный советник, и подагрический старикашка, терзаемый честолюбивыми планами.
Я не стал отговаривать Патрона от «подагры» и «старикашки» — человек знает, что говорит, а выпендриваться не перед кем.
Хочу на своё место рекомендовать твою жену Любовь Александровну. Как думаешь, согласится?
Как я думаю? Я хорошо думаю, в смысле — хорошее дело Любочку в Москву, в Президенты России. Пойдёт ли? Думаю, что да — с неё станется. А мне-то как удобно — все жёны под боком, в столице. В гости ходить будут. Подружатся.
С каких пор перестал их прятать друг от друга? А вот с каких. У деда юбилей был. Мама с Дашей и Настюшей собираются. Никушки, конечно, будут — им положено. Надежда Павловна с новым мужем-полковником приглашены. А мне не хочется. Командировку себе придумал, к Любе, на плав-сити.
Мама:
Откажись. Отложи. Дедушка больной, инвалид.
А мне Билли как-то по «буку» транслировал космическую съёмку: дед с лукошком по саду ходит, сливы собирает — на стремянку карабкается матросом по вантам.
Ну, не могу я простить ему гибели отца. Что хотите, со мной делайте. Вообщем, не поехал. Все были, а я — нет.
Мама делает ход конём. Подходит её юбилей, говорит: отмечать будем у деда на даче, как встарь. Я так и сяк — вся планета к твоим услугам, отметим в любом экзотическом месте, хоть на Мальдивах. Самолёт для гостей закажу. Мало — два. На дне морском хочешь? На луне? Куплю всем туристическую плацкарту в космос.
Нет, — говорит мама. — На даче у папы. А ты можешь не приезжать, если занят.
Не поехать на мамины именины я не мог. И тогда придумал месть. Я пригласил Любу. Мои возлюбленные давно уже знали о существовании друг друга, но дамы они воспитанные, меня любят, гонором не обременены, смирились. Только никогда не были вместе. Впрочем, Никушки с Дашей знакомы, но они не в счёт, с другой стороны — родственники почти. Одна мама была в неведении или делала вид. По крайней мере, сплетен она не любила и верила в мою порядочность.
Фуршет. Дед-притворщик сновал в каталке от стола к воротам, встречая гостей. Люба подъехала в машине, и я его опередил. Взял под руку, прямиком к имениннице:
Знакомься, мама, это моя жена Люба.
Женщины скрестили взгляды. Сталь звякнула о сталь. Звон, казалось, повис в воздухе. Минута была критическая, и у меня от напряжения вспотели ладони. Я убрал их за спину. Мама проследила этот жест и выдохнула обречённо:
Очень приятно.
Позволите? — Люба очаровательно (мне показалось, облегчённо) улыбнулась, распотрошила привезённую коробку и водрузила на мамину голову диадему из разноцветных морских кораллов с вкраплением чёрных жемчужин. — Дары моря.
Несколько мгновений созерцатели были в оцепенении, а потом дружно зааплодировали — кораллы переливались самоцветами.
Маминых щёк коснулся румянец, она чуть склонила голову вперёд:
Будьте гостьей.
Любаша взяла меня под руку:
Знакомь, милый.
Мы разыскали Дашу, и я взял её под руку. Направились втроём к беседке на берегу пруда.
Любимые жёны, нам надо поговорить. Признаю свою вину и готов нести любое наказание, но одна просьба — пусть это будет не в день рождения вашей свекрови.
Но уже мчались на выручку Никушки:
Пипец тому, кто тронет Алекса.




моя светлость
  
№: 32587   14-02-2020
Вот что, дамы, вам следует пообщаться без меня. А когда договоритесь до чего — к вашим услугам.
И ушёл. Они остались. Зашли в беседку и долго о чём-то толковали.
Я играл с Настюшей мячиком в пятнашки, когда мои жёны появились на садовой дорожке. В какой-то момент они остановились, покивали друг другу и разошлись в разные стороны. Ко мне направилась Даша. Я почему-то ждал пощёчины. Мне казалось это справедливо, хотя и не тактично. А она подошла, обняла, поцеловала:
Всё хорошо, милый.
И побежала за Настюшей. Та в радостный визг и попала в Любины объятия. Вот они, взявшись за руки, удирают и прячутся меж садовых деревьев от нас с Дашей. Потом ребёнком завладели Никушки, утащили куда-то. Явились ряженые — они в слепого кота и хромую лису, а девочка наша стала длинноносым мальчиком в коротких штанишках и колпачке с кисточкой. К восторгу всех гостей очень профессионально исполнили популярную песенку.
Объявили белый танец, и мама пригласила меня. Вальсируя, потребовала:
Помирись с дедом.
Это невозможно.
Я так хочу, — она топнула ножкой и сбилась с такта.
Он ведь тоже этого не хочет.
А ты попробуй — ты моложе. Только подойди, и сердце моё успокоится.
Взял два бокала с коктейлем и направился к отставному генералу. Угощение он принял из моих рук, и я ободрился.
Как нынче сливы обещают, не хуже прошлогодних?
Он понял меня, генерал ГРУ в отставке:
Всё следишь, не оставляешь старика вниманием?
А как же. Кто предупреждён, тот вооружён. А я бы не хотел быть под тобою, связанным и без оружия.
Мимо прошла мама. Мы с дедом мило улыбнулись друг другу. Я поправил его плед, а генерал панибратски похлопал меня по холке.
Даже если ты покаешься, вслух скажешь, что с отцом это была ошибка, я всё равно не перестану винить тебя в его смерти. А стало быть, и не прощу.
А ведь когда-то я мог и тебя раздавить как клопа, одним движением пальца. Знать бы….
То время ушло, и возврата к нему нет. Я мог бы оставить тебя своим вниманием, ну и наблюдением, конечно, но ты дорог маме, не безразличен другим близким. С этим приходится считаться. Предлагаю заключить пакт о ненападении. Я говорю маме, что замирился с тобой, а ты ей и всем подтверждаешь, что у тебя самый замечательный на свете внук.
Ущербно получается, — хмыкнул дед. — Я тебя хвалю, а ты меня нет.
А за что тебя хвалить? За убийство моего отца?
Ты не забыл, где я служил? Там с этим просто.
Человеком надо оставаться всегда и везде. Или Система не терпит индивидуальностей? Тогда чем тебе гордиться, за что ордена — был надёжным винтиком полупреступного механизма?
Ты хочешь, чтоб я застрелился, раскаявшись?
А что — у меня бы появился повод тебя уважать.
Дед сделал паузу и совсем другим голосом и тоном сказал:
Очень прошу — вспомни эти слова у своей последней черты. И осуди меня тогда.
К чему это я? Лёшка Гладышев на коне, в бешеной скачке за успехом, который, собственно, нужен ему только как результат дела, а не всеобщее признание. Чем, право, гордиться, если всё это от Билли, Всемогущего и Виртуального. А дед у последней черты с чувством исполненного долга, и меня считает удачливым противником более, чем наследным внуком. И, конечно же, он не возьмется за пистолет, чтобы сделать мой триумф полным. А я.? Я не могу простить ему смерти отца.




моя светлость
  
№: 32590   17-02-2020
Заболтался. Сложно всё это — решить, кто прав, кто виноват. Я на своём Олимпе считаю себя непогрешимым. Дед — себя, в инвалидной коляске. Маме мы пустили пыль в глаза. Остаток вечера она была просто счастлива — смеялась у столов, резвилась в саду. Коралловая диадема вдруг оказалась на головке у Насти-маленькой, и ребёнок мой заважничал, исполняя роль королевы бала. Короче, всё обошлось, все смирились, и мне нет нужды врать и скрывать пристрастия — я обожаю своих дам.
Но вернёмся в беседку Президента. Пока ещё….
Как думаешь? — Патрон заглядывал в мои глаза и требовал ответа. — Завтра Любовь Александровна будет в Москве. Мы снова встретимся здесь, и ты, надеюсь, повлияешь на жену в нужном направлении.
Люба завтра будет здесь. Люба станет Президентом России. Вот карьера! Всё благодаря удачному замужеству.
Ну, Гладышев, ты и тип. Всё, абсолютно всё готов приписать своим заслугам. Не мания ли это величия? Разве у Любочки нет собственных заслуг? Например, в компании «Океан». Она просто вытребовала себе должность президента. И даже я тому был противник. А под её руководством Дальневосточный край просто преобразился — все задуманное было исполнено. Потом «АйСиАй». В президентское кресло проторил ей дорогу великолепный доклад на Генеральной Ассамблее ООН. Но что в новой должности моя жена навытворяла!
Когда Штаты наложили вето на субсидирование первой наднациональной компании, Любочка стремительно перевела её на рельсы самоокупаемости, понастроив на островах и материковом побережье заводов-автоматов по переработке морепродуктов. Жертва Патрона для достижения успеха не потребовалась — Дальний Восток остался российским. Компания по возрождению морских обитателей, учреждённая под эгидой ООН, работала в Охотском море, на его побережье, и платила налоги в российскую казну. А Патрон — гамбит, гамбит. Никаких жертв. Вот я и назвал операцию «Троянским конём». Ещё тогда назвал, будто предчувствуя, что политические амбиции шефа одним президентством в России не удовлетворятся.
Помнятся Любины звонки:
Лёш, займи «арбузик».
Этот жаргон от банкиров: миллион — «лимон», миллиард — плод масштабнее. Как не занять любимой жене? У меня этих арбузов за Билловы изобретения пруд пруди. Любаша деньги мне не возвращала, она превращала их в акции «АйСиАй». Дела компании шли в гору, и вскоре я попал в Книгу Рекордов Гиннеса, как первый человек, состояние которого перевалило за триллион долларов.
Но эти деньги никак не изменили мой жизненный уклад. Я по-прежнему прописан (и большей частью проживал) в московской пятикомнатной квартире, подаренной маме её отцом генералом. Не имел своего самолёта, яхты — даже авто пользовался служебным, а чаще общественным транспортом. Одевался достаточно скромно. Питался, чем кормили мои женщины. Как ни был загружен интересными проектами (читай — делами), не забывал утром сделать пробежку и каждый день на пару-тройку часов — в спортивный зал.
Что хвастать, и на исходе третьего десятка у меня была вполне приличная спортивная фигура — предмет наездов моей законной.
Сибарит ты, Гладышев: нет у тебя в жизни никаких серьёзных увлечений.
А ты, любимая, разве не достойное увлечение?
Вот-вот, порхаешь мотыльком меж бабьих юбок.
Давай ребёнка заведём.
Обязательно, но сначала решим проблему голода в мировом масштабе.
Разве решить её креветками и морской капустой? Мы расставались душевно неудовлетворенные.
Теперь Люба летит в Москву. Моя жена станет Президентом России. В том, что это будет так, не сомневался. Люба достойна, Люба сумеет. Патрон, пока ещё действующий Президент, за неё, а его слово чего-то стоит в нашем государстве. Ну, и мы с Билли постараемся. Может, в этой должности в ней возобладает материнский инстинкт — годы уходят.




моя светлость
  
№: 32594   21-02-2020
Патрон ждал ответа, сверля меня взглядом.
Пока что всё вам удавалось — не вижу причин для сомнений в этот раз.
Нам, — поправил Президент и выпил, наконец, так долго согреваемую в ладони водку. — Не отдаляйся от меня, Гладышев. Особенно в такую минуту, в таком деле. Генсекство мне нужно не для личных амбиций. Пришло время обустраивать мир. Невозможно дальнейшее развитие России без крутых разборок с Западом. И наша с тобой задача: не допустить кровопролития — пусть всё решится в мирном экономическом соревновании. И мы уже научились побеждать. Пример с «АйСиАй». А? Как дядюшка Сэм осерчал, когда понял, что не под его дудку будет плясать новая компания, не его мошонку набивать. И не смог закрыть ей дорогу. А? Не смог, Гладышев. Весь третий мир поднялся, за нас поднялся. Япония, Индия, Китай открыто плюнули дядюшке на звёздно-полосатый галстук. Потому что рыба вот она — на сковородке, её авианосцами не запугаешь.
О чём это Патрон? Эээ, да он никак наклюкался? Пары спускает — не с кем больше перемолвиться, а накипело. Ну, говори — я слушаю.
И он говорил, что Вашингтон, Уолл-стрит просто так не отдадут своего лидерства в мире. Царапаться будут, кусаться. Пусть себе. Как это у классика: «И старый мир, как пёс голодный, стоит за ним, поджавши хвост». Наша (моя с ним) задача не дать этому псу вцепиться нам (России и всему прогрессивному человечеству) в лодыжку.
Шефа несло, и он налил по четвёртой. А мне ведь ещё домой добираться.
Моя законная удивила нас с Патроном и озадачила. Нет, от президентства в России она не отказалась. Она категорически была против вступления в правящую партию, возглавляемую, кстати, Патроном.
Люба:
Президент России — фигура всенародная, вне политики. Интриги будем плести за кордоном. В родной стране политика одна — созидание.
Да поймите же, — горячился Патрон. — Ваши слова безусловно хороши, но не для кандидата — главой государства надо ещё стать. И как вы собираетесь выдвинуться — от себя лично, от компании? Рискуете не получить поддержки партии парламентского большинства.
Люба:
Вступить в партию, чтобы через пару месяцев от неё отречься? Нет, это не для меня. В кандидаты запишусь, а там ваше дело — поддержать меня иль утопить.
Мы переглянулись с Патроном — вот упрямая баба!
Вечером, позвонив Даше, поехал с Любой в президент-отель. Моя начальственная жена, приняв душ, в объятия не спешила — изучала безупречную полировку ногтей, покачиваясь в кресле. Подумал, что предстоит нелицеприятный разговор. И не ошибся.
Гладышев, ты серьёзным делом думаешь заниматься?
Я обиделся:
Какое из моих дел ты считаешь несерьёзным?
У тебя нет имени.
Я — Герой России и Нобелевский лауреат.
У тебя нет чёткой жизненной позиции.
Я — самый богатый человек на Земле.
Ты — лентяй и сластолюбец.
Говори, говори — знаю, к чему клонишь. Ждёшь, психану, хлопну дверью, а ты догонишь звонком и вернёшь — прости, милый, я тут наплела. А может, не вернёшь. Не дождёшься. Я так давно не был с тобой в постели, моя прелесть, сейчас всё стерплю, а потом задам тебе перцу. Ну, иди же ко мне, иди скорее.
Молчишь? Неужто соглашаешься? Значит, повзрослел.
Люба резко повернулась в качалке. Так резко, что из-за отворота атласного халата выпросталась обнажённая грудь и соском прицелилась в меня. О, господи!




моя светлость
  
№: 32601   24-02-2020
Тебе не стоит рваться в лидеры, Гладышев: роль советника вполне подходит. При мне останешься? Работой загружать не буду, но поручу самое ответственное — качать зыбку с нашим малышом.
Люба! — я простёр к ней объятия. — Так значит, ты согласна?
Моя жена, выпрыгнув из кресла и халата, в чём мать родила, понеслась к ним навстречу. Мы сцепились, как два голодных зверя, жаля и терзая друг друга поцелуями. Сплелись в клубок и запутались в нём. Рычали от нетерпения и стонали от сладости обладания. Это была ночь, друзья! Нет, это было мгновение.
Я сладко спал, вдруг Любино бедро выскользнуло из-под моей головы.
Гладышев, я знаю, как вести избирательную компанию.
И всё. Когда пришёл в себя, Любы в спальне не было. А когда покидал президент-отель, моя жена мчалась выше облаков навстречу восходящему солнцу.
На второй день позвонила:
Лёш, внеси залог.
Всё-таки решила самовыдвиженцем?
Так лучше, поверь мне.
А если проиграешь?
Тебе вернут деньги.
Я не о них.
Мы выиграем, милый
Я внёс залог, Любу зарегистрировали кандидатом в Президенты России.
Когда был дан официальный старт предвыборной гонке, Люба позвонила опять:
Гладышев, мне надо выступить на телевидении. На самом главном. Устрой.
И всё. Устрой и всё. Вот такая у меня жена. Ни посоветоваться, ни…. Потом, есть же определённый порядок. Эфирное время распределяется между кандидатами, даже жребием разыгрывается — кто за кем, в какой очерёдности. А она — устрой и всё. Что глаголить-то собралась? Патрон в трансе от её выкрутасов, я — в неведении. Но разве откажешь.
Купил эфирное время. Недельку рекламный ролик крутился — мол, с обращением к нации выступит один из кандидатов. Выступила…. Нет, это было чёрте что. Это был не прямой эфир. Обращение снято на камеру в её рабочем кабинете на плавающем острове. Но не в этом суть. А была ли она — выступить по такой скользкой теме и взять всю вину на себя? Ведь только-только забываться стало. Мы надеялись, что не всплывёт, и очень боялись, если вдруг. За Любу боялись. За её успех на выборах. А она сама взяла и бухнула на всю страну.
Я сейчас поясню.
Когда начались преобразования Курил и Камчатки, мы выселяли оттуда население незанятое в планируемом производстве. Нет, поймите правильно, не солдатами сгоняли с насиженных мест, в теплушки и…. на запад. Всё было лояльно. В Краснодарском крае и на Северном Кавказе — благодатные, в смысле климата, места — были построены современные города и благоустроенные посёлки. Туда мы и манили людей комфортабельными квартирами. Затратной была статья, но получилось. Люди переехали в новые квартиры в новых местах, обжились и начали скучать по прежним лачугам в родных диких краях. Назад, конечно, никто не собирался, но злословили ужасно. А когда в телевизионных новостях замелькали новые Любины города с умными домами, переселенцы возопили — нас обманули.
Мы боялись этой темы. А Люба в своём телеобращении её озвучила.
Лес рубят — щепки летит. И вы, дорогие мои сограждане, стали щепками Великих Преобразований. Простите, что не смогли найти другого решения и лишили вас малой родины. Волна перемен катится по России, но теперь никого не переселяют — всем находится работа в родных местах. Вы были первыми и потому….
Люба просила прощение за все ошибки Новой Эпохи, взяв их вину на себя. Кандидатом в президенты она выдвинулась с той лишь целью, чтобы получить сполна от народа, что заслужила — признание или презрение.




моя светлость
  
№: 32604   27-02-2020
Вам решать!
Люба пропала с экрана. Чуть позже позвонил Патрон.
Ты видел? Ты слышал? Это чёрте что! Твоя красавица-жена в гроб меня загонит.
Любочка на экране действительно смотрелась эффектно — в белой водолазке, похожей на униформу сотрудника «АйСиАй», с безукоризненной укладкой роскошных волос, и никаких украшений. А лицо…. А голос…. Вот только слова. Не зря Патрон возмущается.
Костыль прилетел со своего Сахалина.
Бросил все дела. Хочу помочь любимице. Где у вас штаб?
Но никакого избирательского штаба у нас не было. Более того, как только поступили деньги избиркома, прозвучал приказ с Дальнего Востока — перечислить их на счёт детского дома в одном из подмосковных посёлков.
Никакой агитации не будет, — объявила моя жена.
Это антиагитация, — прокомментировал Патрон увиденное на экране.
Журналист брал интервью в посёлке переселенцев. Косматая бабка грозила кулаком в объектив:
Геенна ей огненная, стерве Сталинской.
Я позвонил Любе:
Видела? Как она тебя….
Что? Кто? Нет, я не смотрю телевизор.
Я рассказал.
Ты этого хотела?
Всё идёт по плану. Кстати о геенне…. Лёш, ты сильно будешь жалеть о залоговой сумме? Нет? Тогда пообещай её церковникам после выборов — пусть прочтут молебен о покаянии моём.
Ты серьёзно?
Более чем.
Я помчался к Патриарху. В один из божественных праздников в православных церквях России и зарубежья состоялся молебен. Святые отцы просили Господа о снисхождении к Любови Александровне Гладышевой за прежние её прегрешения.
Я ничего не понимал в Любиной игре, но тупо следовал распоряжениям, так как не сомневался, что в решающий момент в борьбу кандидатов за народные симпатии вступит Билли и обеспечит нам победу.
Не знал этого Патрон. И ему было тяжело. Партайгеноссе давно от него требовали определиться с преемником. Он тянул. Дотянул — правящая партия оказалась без своего кандидата на выборы. Теперь оставалось только примкнуть к одному из зарегистрированных. К кому? Выбор Патрона мне известен, но непонятные действия Любочки поставили его в тупик. И он тянул, тянул….
Наконец назначен день съезда партии парламентского большинства. Уходящий президент был краток.
Единопартийцы, призываю вас голосовать за Любовь Александровну Гладышеву.
Оппонентов идеи через край.
Она ведь не член партии.
Даже не попыталась заручиться нашей поддержкой.
А как ведёт агитационную кампанию? Это бездарность. Это провал.
День дебатировали. На второй Патрон вновь попросил слова. И бросил в зал.
А вам не кажется, что вы несколько зажирели, господа? С востока катит вал преобразований. Тамошние технократы нас, политиков, ни в грош не ставят. Вы готовы оказаться на свалке истории? А ведь окажитесь….
Зачастили к трибуне сторонники идеи Президента. Они говорили, ссылаясь на известные исторические примеры, что Золотой Век России приходится именно на годы правления женщин — Елизаветы, Екатерины…. Пётр заложил, а они попользовались. То был льстивый намёк. Но с него вдруг в зал проникло понимание выбора Президента. Замаячила преемственность власти.




моя светлость
  
№: 32607   02-03-2020
Однако нашёлся умник, заявивший, что своим покаянием Л. А. Гладышева обокрала уходящего Президента и их — партию власти. Очень даже смело присвоила себе не ею начатые преобразования.
Будто дров в огонь подбросил — вновь к трибуне очередь ораторов.
Хватит, — Патрон прервал дебаты.
Шёл уже третий день съезда. Он поднялся на трибуну.
— Скажите мне, единопартийцы, мы — великий народ?
Зал сорвался с мест в общем порыве:
Да!
Мы великая нация?
Да!
Так будьте достойны своего народа!
А в народе творились непонятки. Во всех СМИ, на съездах и собраниях, в толпах на площадях и в толкучках на остановках решался единственный вопрос: кто она, Гладышева — истинная дочь своей страны или анафема? Чего ждать от её правления — расцвета и славы России или ужасных катаклизмов? На Западе её расхваливают — с чего бы это? Не иначе, зло для россиян через неё готовят. Внешностью ангел, а крута, говорят, бывает — упаси Господь. Как бы ни обмишуриться. Избрать-то не сложно, да потом шесть долгих лет мучайся. Это в народе.
Люди, искушённые в политике, рассуждали: кто за кем стоит, на кого опирается тот или иной кандидат, кого привлечёт в команду по управлению страной. Выходило, что вместе с Гладышевой в Кремль нагрянут менеджеры, которые разгонят министерства, упразднят ведомства, переведут социальные вопросы в плоскость производственных. Ох, и наломают же дров, по неопытности.
Это был основной козырь наших политических противников. В теледебатах сражался с ними Эдуард Эдуардович. На общественных началах, лишённый, из-за отсутствия средств, привычного набора агитационных материалов и команды пиарщиков. Это он окрестил Любу Сибирской Девою. Из глубины, мол, сибирских руд явилось дивное творение. И всё у неё получается, за что ни возьмётся.
Ей бы миром управлять, — пророчил Костыль. — Вот погодите, набьёт руку на российском престоле….
Что он говорит, что городит? — возмущался Патрон. — Он кандидата в президенты демократичной страны представляет или самодержца?
Но, по-моему, это он зря. Слова Костыля падали в благодатную почву. «Набьёт руку» в широких массах понималось буквально. По стране пошли гулять анекдоты, как Гладышева сгоняет с насиженных мест нерадивых бюрократов. Будто заходят в кабинеты к чинушам дюжие молодцы, поднимают в креслах и выносят вон. Двери заколачивают и вешают табличку: «Администрация закрыта, все ушли к чёртовой матери». В восточных областях страны действительно не было местных органов самоуправления. Все, абсолютно все вопросы решались руководством компании. Технократами окрестил новую власть уходящий Президент и напророчил будущее им.
А ведь действительно, кому нужна армия ничего не производящих чиновников? У людей есть всё — жильё, работа и достаток. У подрастающего поколения — ясли, садики, школы, ВУЗы. Что делить, чего распределять, из кого выколачивать до хрипоты в горле? Налоги компания платит, народ при делах. Преступности нет. Поступил на работу — тебе новую квартиру. Дети пристроены — никаких забот: работай, сколько здоровье позволяет, зарабатывай на красивую жизнь и безбедную старость.
Каждый новый промышленный объект начинался со строительства соцкультбыта. Новостройки Дальнего Востока и Сибири поражали воображение темпами, масштабами. И неудивительно, ведь там все сплошь трудоголики. Оптимизаторы им строить и жить помогали.
Но вернёмся к выборам. Самую большую, хотя и незаметную работу проделал Билли. Он связался с каждым россиянином, имеющим телефон или доступ в Интернет. Выяснил избирательные симпатии. Умно и тактично ободрил сторонников. Оголтелыми, истеричными нападками на Сибирскую Деву поколебал решимость её противников. Он хитро действовал, мой виртуальный друг. Но, видимо, не только он.




моя светлость
  
№: 32610   06-03-2020
Мама рассказала. Ей позвонили из Центра изучения общественного мнения. Мужской голос спросил вежливо: определилась ли она с выбором кандидата в Президенты России. Мама решила слукавить:
А вы что посоветуете?
Мы не занимаемся агитацией — мы публикуем результаты опроса.
И каковы на сегодняшний день результаты? Кто в лидерах?
Услышав свою фамилию, мама заявила:
Тогда по закону трибун — болеем за слабейшего.
Если к судьбе страны относится как к футбольному матчу, куда же мы прикатимся?
А говорили, не занимаетесь агитацией.
Это Центр не занимается, а я живой человек, хочу добра себе и счастья своим детям.
Ну что ж, — закончила мама диалог. — Спасибо за доброе слово о моей невестке.
И покатилась по стране волна поддержки кандидата Л. А. Гладышевой. Возникла стихийно. Стартовала с тех мест, где прежде хула звучала. Переселенцы взяли в руки самодельные плакаты — «Даешь Гладышеву! Гладышева — это мы!» Её прекрасные черты на значках и майках, в окнах квартир, витрин, на лобовых стёклах авто.
Съезд правящей партии транслировали по основным телеканалам. Народу понравился вопрос Президента о великой нации. «Мы великая нация. Мы великий народ» — звучало тут и там. Поп-дивы вопили с эстрады:
Россияне! Мы — великая нация?
Танцующий зал ревел:
Да!
Даёшь Гладышеву!
Да!
Уверяю, это была не спланированная (читай — оплаченная) акция — то были воля и желание народа.
На последних теледебатах Костыль где-то замешкался и вошёл в студию последним. Все уже сидели, вымученно улыбаясь объективам. Увидели президента аэрокосмической корпорации, встали и дружно зааплодировали. То было признание поражения.
Эдуард Эдуардович принял это как должное и заявил стране:
Завтра день затишья, последний перед выборами. Но это не значит, что надо сидеть без дела и раздумывать. Нет, чините гармошки, настраивайте гитары, вырезайте свирели, и с ними к урнам. Покажем всему миру, как мы умеем радоваться нашим победам. Даёшь Гладышеву!
Выборы. Это был поистине всенародный праздник единения нации. Люди опускали бюллетени и ликовали. Не расходились по домам. Желание общаться было непреодолимым. Везде и всюду звучало: «Мы великий народ! Мы великая нация!» На площадях и скверах стихийно возникали танцплощадки. С наступлением сумерек — грандиозный фейерверк. И так в каждом городе, в каждом селе от Чукотки до Калининграда. Народ простил Гладышеву, народ любил нового Президента.
Великому эксперименту, начатому на Востоке страны, дано было всенародное «добро».
Западные СМИ, подводя итоги президентских выборов в России, в один голос заявили — варварскими плясками на площадях они де растоптали само понятие о демократии. И далее: Гладышева, безусловно, достойный кандидат, но разве единогласие возможно в цивилизованной стране?
Где им нас понять. Мы — нервы Земли, наша участь чувствовать её боль и управлять ею. И мы будем управлять!




моя светлость
  
№: 32613   09-03-2020
С Патроном не виделись всю кампанию, изредка общаясь по мобильнику. После инаугурации он позвонил. Голос трудно узнать.
Ты со мной? Дальше пойдём? Ситуация изменилась. Думал, введу Любовь Александровну в Кремль — попрошу должность представителя в ООН. Она вошла сама. Роль робкого просителя не для меня. Помогай.
Звоню:
Люба, надо встретиться.
Приезжай.
Еду в Кремль. Объясняю.
Неймётся старику, — усмехнулась моя начальственная жена. — Успокой, скажи, что подпишу назначение.
Тут другое.
Уговорил её встретиться с Патроном в неформальной обстановке.
Увидев на столике в беседке увитой плющом водку и балык, Люба удивилась:
Вот вы чем тут занимаетесь! Ай да мужики!
Но выпила с нами без церемоний.
Вся — внимание.
Патрон кинул на меня взгляд — ничего не объяснил? Я покачал головой. И он принялся истолковывать свой план новому президенту России.
Идея замечательная, — задумчиво сказала моя жена. — Технология не продумана. Что значит четырнадцать месяцев ждать окончания срока действующего генсека и набирать популярность на трибуне ассамблей? Даже если я своим вето парализую деятельность Совета Безопасности, какова вероятность, что Организация изберет вас напрямую? Нет, действовать надо быстро и наверняка.
Как? — мы с Патроном в один голос.
Валить генсека немедленно, а постоянных членов Совета Безопасности брать за глотку.
Люба посвятила нас в детали своего молниеносного плана.
Это шантаж! — возмутился я.
Это политика, — отрезала Люба.
Патрон схватился за голову:
Вы, Гладышевы, раньше смерти меня в гроб загоните.
Хватит нам играть роль сдерживающей силы — пора брать бразды в руки и управлять миром по своему разумению. Дядюшка Сэм давно выработался: ест больше, чем производит, нахлебником сидит на шее человечества. Надо поставить его на соответствующее место.
Это Люба сказала, а я смотрел на неё во все глаза, силясь понять — с Билли она столковалась или такова её безграничная в себе уверенность?
Алексей Владимирович сядет за компьютер и соберёт необходимую информацию, а дальше дело техники, — она хлопнула меня по колену. — Дней пять на всё про всё, я думаю, тебе хватит….
Не спалось. Я всматривался в прекрасные черты любимой женщины и силился понять: как и когда из простенькой девушки сибирского захолустья выросла умная, властная, с железной волей женщина? Лёшка Гладышев ей в подмётки не годится, а спит с ней и требует от неё ребёночка. Где-то что-то проморгал, а всё от того, что редко бывали вместе, от случая к случаю, наездами. Может, живи рядом, и я б дотянулся до её высот. Или она стала помягче — малыша родила. А сейчас робость душит все чувства. Даже любовь….
Люба приоткрыла один глаз:
Терзаешься? Успокойся, милый, все грехи возьму на себя. А потом…. Не плоди компроматов: не воруй, не прелюбодействуй — чти законы Божьи и государства. Так? Так. Шантаж политика — это скальпель хирурга. И всё, что делается на благо человечества, оправдано. Ибо сказано: цель оправдывает средства.
По-моему, сказано было в другой обстановке, и слова эти принадлежат тирану.




моя светлость
  
№: 32616   12-03-2020
Тирания, демократия…. — пустословие всё это, Гладышев. Историю делает народ, а лидер — выразитель его воли, и не важно, какой властью он наделён. Пойми, муженёк, у России накоплен достаточный потенциал, чтобы попросить дядюшку Сэма выйти вон с пьедестала мировой арены.
О том же и Патрон говорил. И я подумал, как бы ни поссорились два президента — России и всей Земли — выталкивая мирового лидера с его постамента….
Через пять дней в СМИ просочилась информация о тёмных делишках нынешнего генсека ООН. Благоразумный азиат подал в отставку. Через две недели Люба вылетела в Нью-Йорк на экстренное заседание руководителей стран постоянных участников Совета Безопасности. Совещание проходило при закрытых дверях. Президент США на правах хозяина открыл его.
Какие будут предложения по кандидатуре, господа…?
Запнулся, чуть склонил голову в сторону президента России.
Простите.
Всё правильно, — Люба встала со своего места, будто получила разрешение говорить. — У меня действительно есть предложение по новой кандидатуре Генерального секретаря Организации Объединённых наций. Как только присутствующие господа прочтут подготовленные нами документы, они убедятся, что лучшей кандидатуры, чем экс-президент России не существует.
Но позвольте, — лидер Франции. — По сложившейся традиции у нас не было генсека из страны постоянной участницы Совета Безопасности.
Устав не запрещает, а традиции…. Вы прочтите, господин президент.… Ну, а потом поговорим о традициях.
   Материалы, собранные Билли в короткий срок были убийственны. Сидевшие за круглым столом мужчины по мере чтения бледнели лицами, ёрзали седалищами по мягким креслам, недоверчиво косились друг на друга. Один китайский председатель остался невозмутим, он и высказался первым:
Я думаю, предложение дельное, стоит обсудить….
И посыпались комплименты моему Патрону. Оказывается, он давно является кумиром Франции, и они там подумывают, не вручить ли орден Почётного Легиона Великому Русскому Реформатору. Английский премьер высказал надежду, что новый генсек ООН не утратил пыла новаторства, выработавшись в России. Он искренне готов помогать ему во всех начинаниях. Президент США был откровеннее других. Он буркнул, поиграв желваками:
Ловко. Кандидатура меня не устраивает, но возражать не намерен.
Любин расчёт был верен, а исполнение задуманного безупречно. Лидеры четырёх ядерных держав мигом оказались ручными. Средства массовой информации так прокомментировали решение Совета Безопасности.
Красота правит миром. Госпожа Гладышева своей очаровательной улыбкой взяла в плен четырёх самых влиятельных политиков мира. Надолго ли?
Я знал ответ на этот вопрос. Ровно настолько, сколько эти политики, трясясь от страха разоблачения, тем не менее, будут цепляться за власть, понимая её не как ответственность перед своим народом, а как средство удовлетворения личных амбиций. Они стали жертвами собственных махинаций.
Известно: у каждого человека найдётся немало чёрных пятен в биографии, огласка которых не желательна. Да взять, к примеру, Вашего покорного слугу. Мне бы очень не хотелось, чтобы мама узнала о моей связи с Мирабель. Или какую роль сыграл её отец в смерти бывшего мужа. Так что….
Так что мой Патрон добился, чего хотел — стал генсеком ООН. Вернее, добилась Люба, а он стал. Засобирался в Нью-Йорк:
Гладышев, ты со мной?
Узнав о моём намерении, Люба вызвала в Кремль.
Вот ты какой! Уговариваешь женщину стать матерью и бросаешь её. Врун несчастный.




моя светлость
  
№: 32619   15-03-2020
Это ещё вопрос, кто из нас врун.
Шагнул к своей законной, положил ладонь на её живот:
Где обещанный ребёнок? Сколько месяцев прошло?
Я знала, с кем имею дело. Уезжай, Гладышев, но помни: сейчас уйдёшь — это навсегда.
Сколько уж было этих «навсегда»….
Тут другая напасть — генерал застрелился. В бумагах нашли предсмертную записку, в которой он просил прощение у жены и дочери.
«Приходит время, когда с болью в сердце, — писал мой дед, — начинаешь осознавать себя тяжкой обузой близким. Поскольку жизнь конечна, то лучше свести с ней счёты, находясь в здравом уме и полной памяти».
Именно память считала мама главной причиной трагедии. Генерал взялся за мемуары, разбередил душу, ну и….
Похоронили деда с воинскими почестями.




моя светлость
  
№: 32623   18-03-2020
2

Другую версию гибели моего деда поведали Никушки с рассказа их матери.
Генерал действительно взялся за мемуары, а чтобы заарканить Пегаса (поймать вдохновение) стал прикладываться к рюмке с коньяком. Дальше — больше. В смысле, больше пилось, чем писалось. Подогретая память услужливо вытаскивала из закромов пережитого мгновения величия и побед. И дед был счастлив. А потом скрипел зубами на виновника своего забвения — то бишь, меня.
Предсмертное послание жене и дочери — единственное законченное произведение старого разведчика. Он его много раз перечитывал, исправлял, наконец, распечатал и положил в ящик стола до нужного момента.
Мысль о самоубийстве не раз приходила ему в голову, иногда даже облачалась в слова, но никогда не терзала душу и не доминировала над психикой. Это была мечта о красивом уходе, не более того.
В тот дождливый день дед, сидя в каталке за рабочим столом, затуманенным коньяком сознанием пытался отыскать причину — почему ушёл в отставку генерал-майором, а не на одну звезду повыше. Кто виноват?
Некстати заглянула Машенька:
Алексей Георгиевич, ты бы не пил так много — у тебя давление.
А? Что? — парализованный генерал вдруг поднялся из каталки.
Ой, да ты ходишь! — всплеснула руками молодая жена.
Пожилой супруг не разделил её радости.
Ещё и стреляю, — выхватил из ящика стола пистолет и бахнул над ухом перепуганной женщины.
Машенька бегом из комнаты. В спину гремел генерал
Хвори мои не от нервов, а от твоих вертихвосток и хахаля их, Лёшки поганого — будь они трижды прокляты.
Машенька спряталась. Дед ещё пару раз выстрелил в доме — продырявил портреты двойняшек. Потом в саду — неизвестно в кого или во что. И застрелился в беседке. Той самой, где я подсматривал за Никушками.
Рассказ матери перепугал дочек.
Он проклял нас, Алекс. Что-то должно случиться. Не смейся — и с тобой тоже.
Что с нами могло случиться?
Сестрицы окончили Литературный институт. Копаясь в архивах в поисках материалов для своих будущих поэтично-прозаичных творений, натолкнулись на мысль, что возможно и в их жилах течёт голубая дворянская кровь. Стали изучать родословную предков. Кто-то где-то и когда-то пересекался с известными Шереметевыми, Воронцовыми, Орловыми. Но ближе всех оказались Нарышкины. На этой фамилии сёстры и остановили свой выбор. Ещё бы — ближайшие родственники царского дома Романовых.




моя светлость
  
№: 32627   21-03-2020
Брачный контракт не обязывал их писаться Гладышевыми. Мама Маша вышла замуж и взяла фамилию мужа генерала. Так что Никушки с лёгким сердцем выправили себе паспорта на Доминику и Веронику Нарышкиных, а с небольшой приплатой стали именоваться графинями. На эту небольшую приплату в Москве было построено новое здание Дворянского Собрания. Свежеиспеченные маркизочки разыскали в Подмосковье следы родового поместья Нарышкиных, восстановили его в прежнем стиле и убранстве, переехали туда.
Мне нравилось бывать у них. Кружиться на дворянских балах, в джинсах среди сверкающих гусар и обладателей дымчатых фраков. Смотреть постановки «крепостного» театра, пьесы для которого писали сами графини. Ездить верхами на травлю волков. Ходить с ружьём на боровую дичь и жарить её на костре. А больше всего — бывать с Никушками в бане, выскакивать распаренными и мчаться нагишом к пруду. Их гарцующие попки будили во мне такую страсть, что я гонялся за близняшками по всей усадьбе, из которой в дни моих визитов благоразумно удалялась прислуга, и, поймав, пощады не давал ….
Их кумиром был Потёмкин. Они звали меня пресветлым князем и сожалели, что на моём лице присутствуют оба глаза. Я в том резона не находил.
Когда вслед за Патроном перебрался в Нью-Йорк, Никушки загрустили. Визиты мои стали нечасты и непродолжительны. Раз в месяц, а то и в два на денёк-другой — разве это жизнь? Скоро надоели им тупые лица выродившихся потомков знатных фамилий. Всё надоело. Спасло от полной меланхолии новое увлечение — страсть к путешествиям.
Звонок. Никушки.
Алекс, приезжай немедленно — ты должен это видеть. Приезжай, иначе брачный контракт в печку.
И я садился в самолёт, летел в Египет, чтобы заняться любовью с близняшками у подножия пирамиды Хеопса. Другой раз мы миловались меж колонн Парфенона. Колизей вспомнил римских развратниц.
Я пытался разгадать географию их маршрутов. Казалось, они изучают историю цивилизации. Но кой чёрт после Венеции занёс их в Колумбию — уму непостижимо. Они переночевали в столичном отеле, а утром с метисом-водителем уехали на джипе в неизвестном направлении. И пропали….
Забеспокоилась администрация отеля. Позвонили в российское консульство. Те подняли полицию. Сообщили мне. Я прилетел вместе с сотрудниками Интерпола. Мастера сыска занялись опросом персонала гостиницы, из которой пропали Никушки, и ближайших заведений — кто что видел? А я связался с Билли.
Проблема, Создатель. Проблема в том, что не могу прощупать здешние веси и города из космоса, оттого что ни одного спутника в этом регионе нет. Белое пятно на карте Западного полушария. Не догадываешься почему? Слышал что-нибудь о наркобаронах, кокаине, плантациях коки? Здесь их рай на матушке Земле. И кому-то очень выгодно, чтобы преступный бизнес процветал, принося доход. Этот кто-то управляет космическими аппаратами.
Штаты? Пентагон? ЦРУ?
Три версии и все верные. Поздравляю, Создатель.
Слушай, мы этим займёмся, обязательно займёмся, а сейчас надо искать Никушек. Что посоветуешь?
Я подкорректирую орбиту ближайшего спутника и отсканирую сельву. Боюсь, что подпишу летательному аппарату смертный приговор — пусть тогда он будет американским.
С прилетевшим со мной комиссаром Интерпола расположились в том самом двухместном номере того самого отеля, из которого пропали двойняшки. Весь день он принимал информацию от полицейских, а вечером доложил итоги мне. Мы пили кофе у телевизора, в новостях передали — спутник радиосвязи перестал отвечать на сигналы, перешёл на опасную траекторию полёта и был уничтожен ракетой, пущенной с борта крейсера ВМС США. Обломки частью сгорели в атмосфере, частью упали в Тихий океан на безопасном от побережья расстоянии.




моя светлость
  
№: 32630   24-03-2020
Ловко! У меня зуделись уши поскорее связаться с Билли, но и рассказ комиссара был интересен. Один колумбийский наркобарон по прозвищу Додди слыл большим охотником до прекрасного пола. Его люди рыскали по всей стране и за пределами в поисках наложниц, которые бесследно исчезали на фазендах в сельве. Фотографии всех хорошеньких женщин, остановившихся в отелях столицы и других крупных городов, немедленно оказывались на столе барона от наркотиков. Порой Додди сам выезжал на «охоту». Его чёрный бронированный «Мерседес» медленно двигался проезжей частью, а толстобрюхий мафиози из-за тонированных стёкол рассматривал проходящих тротуаром представительниц прекрасной половины человечества. Последний раз Додди видели в столице за день до исчезновения Никушек. Машину даже останавливали. Сделав внушение водителю, полицейские отпустили её, а ведь Додди находится в международном розыске в связи со своей преступной деятельностью, и не знать об этом стражи порядка не могли. Возможно, внушение было оплачено. А может, блюстители закона пасовали, узнав владельца чёрного «Мерседеса». Всё может быть.
Комиссар между визитом наркобарона-бабника в город и пропажей Никушек находил прямую связь.
Итак, Додди! Возьмём за версию.
Оставив соседа по номеру у телевизора досматривать подробности, как американская ракета метко сбила американский спутник, вышел на террасу и связался с Билли. Мой виртуальный приятель был настроен оптимистично.
О, Додди! Я многое мог бы рассказать об этом субъекте. У него португальские корни и весь набор венерических болезней. Он владеет несколькими плантациями коки в сельве, ближайшая в двухстах пятидесяти километрах от столицы.
Будем брать?
Будем, но не так, как ты сейчас об этом подумал. Ни местной полиции, ни даже Интерполу в нашем положении довериться нельзя. Каждый твой шаг будет отслежен, и в щекотливой ситуации Додди просто уничтожит пленниц — следов не найдёшь.
Может, русский спецназ?
Нет, лучше ядерная бомбардировка и полномасштабная война! Весь спецназ — это ты. Бери джип, снаряжение для похода и вперёд в сельву, отрубая концы.
Не заблужусь?
Я отсканировал со спутника — океан ему пухом! — все тропинки и ручейки Колумбии, доведу прямиком, как Сусанин ляхов, не беспокойся.
Комиссар мне кажется порядочным человеком.
Этот «порядочный человек» в какой-то момент приставит к твоему лбу ствол и нажмёт курок со словами: «Ничего личного — только бизнес». Пойми, Создатель, так устроен западный мир. Всё дело в цене. Лучшим другом в дороге тебе будет оптимизатор. И не криви губы: без него ты, московский неженка, и шагу не ступишь по сельве — ядовитые насекомые, змеи, тропические дожди, вызывающие лихорадку, солнечные удары и ожоги от палящего светила — всё превозмочь под силу только ему.
От духоты я бы и сейчас не против.
Вернулся в номер, поковырялся в личных вещах, извлёк на Божий свет пару серебряных браслетов. Один великодушно уступил комиссару.
Сувенир из России — помогает сохранять жизненный тонус.
Комиссар назавтра собирался посетить столичную и окрестные тюрьмы, где отбывали сроки уже отловленные сподвижники Додди. Он и списками запасся. Звал меня с собой. Но я отказался — направляюсь, мол, в банк, так как операция предстоит затратная.
А вы не скупитесь в посулах: за хорошую информацию расплачусь щедро.




моя светлость
  
№: 32633   27-03-2020
…. Приснилась война, которая была задолго до моего рождения. Танк, управляемый неведомой силой, мчался вперёд. Под гусеницами рвались, не причиняя вреда, мины. Со сторожевой вышки засверкал белыми огоньками пулемёт. Броня застонала от боли под свинцовой плёткой, но выстояла. Ах, туды вашу мать! Развернул башню и жахнул по гитлеровцам на вышке. Понеслись клочки по закоулочкам! Танк прорвал ограждение из колючей проволоки, замер на месте. Я высунулся из люка. Толпа женщин в полосатых пижамах кинулась ко мне: «Родненький!». Измождённые лица, затравленные глаза, руки как плети. Концлагерь! Господи, до чего людей довели. Никушки! Эти как здесь? Тоже в полосатых двойках, но бодренькие, упитанные. Вскарабкались на броню, скинули на землю лагерное шмотье и прыг-шмыг голенькие в люк. Ох, и миловались же мы на радостях….
Отличная штука, — расхвалил комиссар оптимизатор. — Даже не заметил, что легли спать с выключенным кондиционером. Отличная штука!
Позавтракали вместе, а потом разъехались.
В банке с кредитной карточки обналичил нужную сумму. По совету Билли в специализированном магазине приобрёл всё необходимоё для похода в сельву — одежду, мачете, а ещё рюкзак, который набил концентратами. Вот продукты брать Билли не советовал. Но что он, виртуальная скрипучка, понимает в человеческих потребностях?
Помешкался у витрины стрелкового оружия. Вспомнил слова покойного деда: мои люди сами как оружие, и пошёл дальше. Меня готовили эти люди, стало быть, и я такой.
Взял джип на прокат. Решив, что к бою и походу уже готов, связался с Билли:
Ну что, с Богом?
За тобой по магазинам пяток типов шатались. Надо рубить этот хвост. Покажи себя Шумахером, Создатель.
Думаешь, это люди Додди?
Думаю, не только. Всем интересно — куда ты собираешься?
А может, здесь их, того этого — в тёмном месте прижать, да поспрашивать: чьи вы, хлопцы, будете?
Не глупи, Создатель: не стоит загонять крысу в угол, тогда она становится опаснее льва. Пусть побегают за тобой, а мы посмотрим: кто их в бой ведёт.
Побегают — легко сказать: я может, второй раз в жизни за руль сажусь. Такого джипа точно никогда не видел. Где тут чего включать, куда нажимать?
Городскими улицами вёл машину осторожно: молил Бога ни во что не вляпаться и силился вспомнить, на что намекают дорожные знаки — ведь учил когда-то. Права есть, а вот навыков с гулькин нос.
Меня обгоняли другие участники дорожного движения, сигналили, жестикулировали из своих авто. Ох, и горячий же вы народ, колумбийцы, а спешка, как известно, нужна…. ну, разве только при ловле наркобаронов.
Выбрался за город. Фу-у.… На просторе прибавил скорость. Связался с Билли.
Что нового?
На хвосте две машины и вертолёт у черты горизонта — приличный эскорт.
От вертолёта не уйти.
На дороге нет, в сельве — легко. Карта у тебя на коленях — вперёд, Создатель, к опушке вечнозелёного леса.
Освоившись с управлением, придавил ещё. Асфальт на дороге закончился, просёлок встретил выбоинами и лужами вчерашнего ливня. Летели брызги, клубилась пыль. Солнце палило, но чудо-оптимизатор берёг тело от перегрева — я даже не вспотел.
Вели меня профессионально: преследователей не видел, но обозначились за спиной два пылевых облака на подсыхающей дороге. Где-то ещё вертолёт болтается. Сколько любопытных! Если это люди разных команд то, как они меж собой ладят?
Мобильник к уху:
Билли, не отстают и, наверное, вооружены?
Не беспокойся, Создатель, всё под контролем.
Ты их видишь?




моя светлость
  
№: 32636   30-03-2020
Я их слышу. Они хотят понять твои планы. Впрочем, первая машина — это столичные гангстеры, на хвосте от банка. Пытаются догнать, но дорога трудна для неприспособленной машины. Их интересуют только деньги, и пока они опаснее других. Следом джип полицейского управления. Эти парни едут задержать тебя и препроводить обратно в столицу. В вертолёте люди Додди. Они уже знают, кто ты и зачем прибыл в Боготу. Их смущают преследующие тебя машины, и пока они только наблюдают. Но будь уверен: в сельву они тебя не пустят — атакуют где-нибудь на опушке или чуть раньше.
Успокоил.
Заболтался — одна руку на руле, другая с трубкой возле уха — на крутом повороте джип занесло, и я не справился с управлением. Кувыркнулся вместе с перевернувшейся машиной. Чудом из-под неё ускользнул, но мобила вдребезги.
Вот чёрт! Как связаться с Билли? Вся затея насмарку из-за пустяка. Знал бы о таком горе, весь увешался телефонами, как террорист взрывчаткой. А теперь хоть возвращайся.
Тут как тут столичные бандиты на заляпанном грязью «Форде». С ходу принялись палить. Засвистели, защёлкали вокруг пули. Юркнул за перевёрнутый джип с мольбой: только не в бензобак. Но взорвался не я, а мои преследователи.
Небесный гром накрыл округу, и на тормознувшую машину рухнул сверху вертолёт, ломая винты, круша корпус «Форда». Визг и скрежет раздираемого металла, удар падения, взрыв, ещё один….
Что делать?
Бежать!
И я бросился прочь от засыпанного горящими обломками джипа. За спиной прогремел ещё один взрыв. С преследованием было покончено.
Полисмены долго и тщетно будут искать твой труп среди обезображенных тел.
Кто это?
Угадай с трёх попыток.
Билли, как ты влазишь в мою суть? А-а, наверняка через свой оптимизатор? Вот не хотел же надевать этот чёртов наручник.
Сними и возвращайся. Впрочем, пустословить можем и в дороге — вперёд, Создатель, к опушке вечнозелёного леса!
К концу дня достиг сельвы. Тропический лес поглотил, как…. Ну, нет сравнения. Впрочем, ему не до меня — весь пищал, верещал, ухал, ахал, заливался на голоса. После стремительного наступления темноты, хор пернатых поредел, набрали силу рыки охотящихся хищников и вопли их жертв.
Расположился на ночлег. Привалился спиной к дереву и вытянул ноги — ни спичек развести костёр, ни концентратов, разогреть на нём, нет. Только мачете у пояса — всё остальное осталось под обломками сгоревшей машины. Впрочем, есть не хотелось, пить тоже, хотя дневная духота с неохотой покидала сельву. К довершению дискомфорта — не спалось. Какой там сон! Казалось, из-за каждого дерева, из-под каждого куста наблюдает тропическое чудище, жаждущее, если не плоти моей, так крови.
Расскажи сказочку, — попросил Билли.
Погубитель спутников и вертолётов моего настроения не разделил:
Не лучше о деле?
Валяй.
Проведу сельвой в самое логово Додди. Тебе одному придётся одолеть всех его людей, причём без шума и пыли. Твоё оружие — осторожность, внезапность, решительность. Ошибаться нельзя: погибнешь сам, не спасёшь женщин.
Ты видел фазенду сверху? Никуши там?
Я слышу переговоры охранников — женщины там.
…. Ночной притон Тортуги. В чадном дыму, ромовом угаре веселятся моряки, грузчики порта, ловцы жемчуга, рыбаки, буканьеры. Вдруг Никушки — в белых до пят платьях, плечи голые, ладони молитвенно сложены у груди. Что-то поют на сцене, но песни здесь никому не нужны. Присутствующие пожирают их глазами, кидают на сцену монеты, требуют:
Разденьтесь! Разденьтесь догола! Долой одежду!
Быть потехе! Окинул взором зал — где ж мои флибустьеры? Тяжковато будет одному с такой публикой.




моя светлость
  
№: 32639   02-04-2020
ОТ СПОНСОРА:

Нам нужна своя партия

Призрак бродит по России.
Это призрак технократии.
/парафраз великих классиков/

Вопрос — что делать? — за последние годы с особенной остротой встал перед нашим обществом. Речь идет не о выборе пути, как это было с начала Перестройки, а о том, какие практические шаги надо сделать сейчас, чтобы завтра не оказаться под хвостом мировой истории. Надо признать, что ни одна из известных в стране партий, в том числе партия Думского большинства (т. е. правящая) не имеют четкого плана дальнейшего развития России. Между ними (партиями) все ещё остаются серьезные разногласия даже в вопросе государственности. С одной стороны, ещё не умерло в седых головах желание национализировать всё и вся. С другой — практическая власть на словах как бы за развитие предпринимательства, но на деле до смерти боится усиления олигархии и потому морозит активы, которые могли бы работать на процветание страны.
Пожалуй, можно выразить удовольствие по поводу укрепления обороноспособности нашей страны за годы правления Владимира Путина. Безусловно, сильная армия нам нужна. Это факт. Но дальше-то что, уважаемый Президент? Если экономику мы не поднимем до должного уровня, значит — война?
Смешно ссылаться на аналогии истории. Мол, США, как некогда Римская империя, сами себя изживут и проглотят. Или Китай вот-вот взорвется от антикоммунистической революции. А мы останемся непоколебимыми — такова, мол, суть русского народа.
Работать надо, а не ждать «у моря погоды». Работать уже сейчас, чтобы завтра быть ко всему готовыми. Эти слова мы обращаем не к Президенту, Правительству, Думе, а к частным предпринимателям малого и среднего бизнеса. Во всех развитых странах люди нашего класса — опора бюджета и государства. Чем же мы, россияне, хуже?
О нас мало заботится Президент? От Правительства нет никакой помощи? Дума принимает не те законы, которые нам нужны? И не ждите «у моря погоды» — никому мы не нужны кроме себя и страны. Да-да страны, и это не высокий пафос. Принципиально мы никогда не отказывались от стремления к прибыли. Но это нашими стараниями множатся рабочие места и наполняется бюджеты местные. Дайте нам силу власти (а средства сами найдем), и мы украсим край родной — понастроим дома культуры, спортивные залы, детские ясли, школы, больницы…
Кто не дает? Да мы сами её не берем. О чем это сказано? Да о том, что нам нужна своя политическая партия, которая объединит всех технократов страны. Хватит ныть-скулить-просить — давайте соберемся, обсудим стратегию и тактику борьбы за власть; выработаем программу, наметим цели и начнем битву за избирателей.
Ну, скажи, народ, зачем тебе чиновники в «белых домах», которые ничего не производят, но имеют право распределять? Ведь есть уже корпорации в России, которые не только обеспечивают население работой и достойной зарплатой, но также без оглядки на чиновников строят ведомственные школы и садики, объекты культурно-спортивного назначения. Не надо смотреть на технократов, как капиталистических акул, готовых на все ради прибыли. Наши цели гораздо выше и благороднее. Мы хотим зарабатывать много, производя много товаров и жить в процветающей стране. Что в том греховного?
Другими словами — непосредственной задачей нашей будущей партии должен быть призыв к созданию технократического общества в нашей стране. Процветает предприятие — хорошо всем. Требуется разъяснить избирателям, чего мы хотим, и что в результате получат они:
высокоприбыльные производящие материальные ценности предприятия на местах, как основу процветания субъекта Федерации;
упразднение органов исполнительной власти;
реорганизацию законодательной власти.
Примерно так. А теперь… цели ясны, задачи поставлены — за работу, друзья!




моя светлость
  
№: 32640   03-04-2020
Кто-то самый прыткий или пьяный, с брюхом, как пивная бочка, ринулся на сцену:
Долой шмотьё!
Никуши бежать — он их за руки, за подол платья. Началась потеха!
Прыгнул на сцену, схватил брюхана за штаны и шиворот, пустил с разбега в зал — получай, народ, гостинец! Пару столов опрокинулись, подмяв застольников. Завертелась кутерьма — азартом сносит голову. Что может быть сладостнее сердцу русскому разудалой кабацкой драки...?
Проснулся ярким звонким утром. Впрочем, оно было где-то там, в кронах пальм. Под сенью хранился полумрак. На руке примостилась маленькая юркая зелёная змейка — на вид безобидная. Но и без подсказки сообразил — это банановая змея, весьма ядовитая красавица. Она горбила тельце толщиной в палец и грозила длинным язычком серебряному браслету на запястье. Хватило мужества и выдержки не дёрнуться, не сорваться с криками: «Змея! Змея!». Наблюдал, не меняя позы — будь, что будет. Наконец, отчаявшись запугать оптимизатор, изумрудная гостья юркнула с моей руки на ветку куста.
Готов? — Билли взял руководство операцией в свои виртуальные руки. — Пошёл.
Ох, и поработал же я мачете — забыл, что не завтракал. Бился без устали, прорубая проход в сплошной стене зарослей. Их полчища, а я с мачете — вжик-вжик, хрясь-хрясь, дзинь-дзинь….
Полдень. Солнце в зените. Выбрался из зелёного ада в тропический рай. Представьте озеро голубой воды в обрамлении синих скал. Водопад белый от пены, как седая борода исполина, шумит, искрится в солнечных лучах, и радуга косынкою над ним. Залюбуешься!
Сбросил одежды и прыгнул вниз.
Мальчишка! — ворчал Билли. — Могли быть подводные скалы, пираньи, кайманы, да мало ли….
Я лежал на узкой полосе раскалённого песка, и мне было лень препираться.
Кто на меня стучит? Опять эта штука? — потряс рукой, на запястье которой красовался серебряный браслет. — У-у, шпион проклятый!
Разморило.
Билли, давай привал сделаем — четвёртый день в пути, и так не хочется в эту пасть зелёного дракона. Нет, если скажешь: «иди», я поднимаюсь.
Отдохни, Создатель, больше таких оазисов в сельве не будет.
…. Знаете, откуда пошло выражение «сахарные уста»? От поцелуя на морозе.
Зима в Подмосковье. Тройка белых рысаков несёт нас заснеженным полем, просекой в бору и снова на простор. Вожжи в моей руке, а за спиной звонкий смех подгулявших графиночек. Бисером расшитые дублёнки, иней оторочил шали, брови и ресницы, румянцем полыхают щёки. Подхватив узкую талию, целую сахарные уста Вероники. А может Доминики? Взрыхленный копытами коней, полозьями саней вьюжит снег. Мелькают ели в январском убранстве. Мороз бодрит душу. Эге-гей, веселись, Россия — я люблю тебя…!
Ты красиво думаешь, пришелец.
Кто это? Нет саней, нет Никушек, снега и мороза. В сельве ночь. Над головою купол неба, как шатёр звездочёта — в тропиках он ярче и ниже.
Мне приснился красивый сон. Каждую ночь снятся Никуши — душа томится.
Билли, душа моя томится или это всё твой чудо-оптимизатор? Не ем, не пью уже которые сутки — и что удивительно — совсем не чувствую усталости. А в сон проваливаюсь, будто в сказку. Билли?
Кто-то проник в твой мозг, Создатель. Я чувствую присутствие постороннего интеллекта.
И что он там делает?
Ковыряется в твоей памяти.
А я ему разрешал? Эй, кто там есть — вылазь к чёртовой матери.
Для демонстрации негодования постучал себя кулаком по лбу.




моя светлость