Изабелла — Сон снега.

Среди высоких горных вершин, где облака низко нависают большими ватными фигурами, среди вечных снегов, где нет ни утра, ни дня, а белая ненасытная вьюга в сговоре с непроходимой пургой успокаиваются лишь на ночь, растворяясь в свежем морозном воздухе, и мирным белым покрывалом ложатся на горы. Где луна серебрится в бесконечных снегах, и от ослепительного блеска, из сливочно-желтой становится белой-белой, словно большой снежок, запущенный кем-то умело далеко на небо и каким-то неведомым способом повисший среди звезд и млечного пути…

Там, на самом краю земли, куда никогда не заглядывает солнце, и где тишина настолько звенящая, что хочется разбить ее громогласное молчание звонким детским криком, там, живут люди. Да, да. Живут. Раньше, когда они только пришли сюда, их было много. Они выбрали себе большие и теплые пещеры, которые находились в недрах самой высокой горы и там и поселились…

У маленькой Иды была любимая игрушка. Ее папа Антар сделал ей олененка из горного хрусталя, который вдоволь валялся то здесь, то там, под ногами жителей этого странного мирка. Хрустальный олененок разговаривал с Идой по ночам, когда она теплыми вязаными варежками согревала его в своих маленьких ручонках. Он пел ей песенки, рассказывал сказки про замечательные миры, где было много детей и не было холода, где можно было босыми бегать по зеленой траве и запускать в воздух бумажного змея…

Ида многое не понимала из того, что рассказывал ей олененок, она не знала даже таких слов как «бумажный змей или трава» , но она зачарованно слушала его каждую ночь и отправлялась с ним в далекое путешествие, туда, где все по-другому.

Мама Иды — Кти, пыталась сама ей что-то рассказывать на ночь, но Ида, решительно отворачивалась, позволяя лишь дотронутся до своего теплого личика холодным безжизненным поцелуем.

Изредка, Антар, Кти и маленькая Ида выходили из своих пещер, посмотреть, не изменилось ли что наверху. Но снег продолжал безмолвно лежать, словно большой спящий белый медведь — не шелохнувшись, гордый и бесполезно-красивый в своей сверкающей мантии. Снег спал, и казалось, он хотел, чтобы уснули и последние обитатели этого забытого уголка.

Олененок научил Иду писать. Сначала это были маленькие неуверенные закорючки на доске изо льда. А потом Ида нашла льдинку, похожую на длинный остренький треугольник, и дело пошло на лад. Больше всего маленькая Ида обожала писать слова, где было много букв «О» — ей особенно нравилось рисовать кружочки на прозрачной доске.

Однажды ночью мама и папа Иды услышали странный шорох. Они вскочили и побежали к месту, где спала Ида. Ее кроватка оказалась пуста. Они стали искать ее, звать, полезли наверх, но темнота и стужа заставили их немедленно спуститься. Они искали ее в соседних пещерах. Но тщетно. Ида исчезла.

Вернувшись к ее кроватке, папа Иды случайно кинул взгляд на ледяную досочку, на которой Ида училась писать.

В левом углу было нарисовано СОЛНЦЕ. Его лучи, сотнями прожилок, будто веером распределились на гладкой льдинке… а снизу было написано три слова: АНТАР КТИ ИДА…

В эту ночь не спал даже снег. Он скучал по маленькой девочке — единственному живому существу, которое любило снег и играло с ним. Он мечтал уснуть, чтобы еще раз увидеть … Иду.