ГлупаядевочкаАня: Транспорт то и дело постоянно застревает потому что на дороге полная каша
ГлупаядевочкаАня: У нас тут вообще ад, намело по пояс еще плюс горы снега с дорог и того выше моей головы стоит дети вечером играют радуются а мне еле на работу добраться
твои холодные нежные руки
и волосы, что пахнут никотином
и без тебя все те минуты — муки
бинт на костяшке лёгший ровным сатином
твои ни на чьи не похожие губы
для всех ты агрессивен и небрежен
твоих объятий я уж знаю, не забуду
и лишь со мною можешь ты быть нежен
я помню все что было между нами
как забирала из сизо посреди ночи
как мчалась с мокрыми из душа волосами
к тебе в больницу, в марте, между прочем
как после школы ты встречал меня с друзьями
неважно, что проехал километры
твои глаза светились огоньками
когда гуляли с ночи до рассвета
они, так к слову, были глубже все на свете
таких я глаз, по сей день, не ищу
таких воспоминаний как о том прекрасном лете
я в жизни никогда не получу
а ты любил подраться вечерами
и все терпел когда я вытирала кровь
в твоих ладонях что блестели синяками
хочу держать свои я вновь и вновь
сейчас такого, знаешь, не бывает
летят скорее дни, недели и года
сейчас уже никто наверное не знает
раз не любовь это была, то что тогда?
Вы можете себе представить сколько раз за жизнь, люди по-настоящему задумываются о её смысле? Сколько раз, приходя со школы, школьник ненавидит общество прогнивших людей, а работник, приходя с работы, костерит своего начальника, на чем белый свет стоит?
«В этом мире — каждый сам за себя. Убей или будешь убит. Выживают только наиболее приспособленные».
Таковы негласные правила этого мира. Все мы заперты в коробку огромной монохромной игры под названием — жизнь. Все мы ищем понимания. Кто-то находит, а кто-то продолжает бороться и играть в игру, в которой никогда не будет победителя. Но так ли все пессимистично? Разве нельзя скрасить свое существование, занимаясь любимым делом или, быть может, проводя время с теми людьми, которых мы считаем любимыми?
Первый день на данном портале и меня встретили довольно интересно.
Наверное, стоит заметить, что люди тут, в основном, замечательные, пишут неплохо, есть на кого равняться и к чему стремиться. Думаю, своими усилиями и чужими похвалами или замечаниями, получится выйти на новый уровень.
Назад тому сто тысяч лет меня потянуло на поэзию, хотя, правильнее это будет называть "стихотворство" или "стихописание". Я начал писать, а потом спустя годы, подумал, что моё творчество может быть кому-то интересно. Тогда я и наткнулся на этот замечательный сайт, толком я ещё с ним не познакомился, но я надеюсь, что люди здесь душевные и хорошие.
Привет, мир!
Спасибо пользователям Ося Лист и milena за поздравление с днём рождения, мне очень приятно, не ожидала!
P.S. Ещё не совсем разобралась в функциях сайта, поэтому отвечаю таким образом. Ещё раз благодарю!
Улица. Ночь. Звёзды. Лето.
Грусть. Отчаяние. Небо.
Тишина. Дорога. Свет.
Я увидел твой портрет...
Звон. Миганье. Хруст и Тьма.
Свет погас и тишина...
Грусти нет. Отчанья нет.
И исчезнул твой портрет...
Пустота. Тревога. Страх.
Что-то слышится в ушах.
"Я люблю тебя, ты знай,
Не хочу говорить прощай"
Звук затих. Раздался плачь.
Понял всё. Хочу сказать:
"Тоже я люблю тебя,
Так к чему же смерть моя?"
Вновь миганье. Свет и Звон...
Передо мной явился он.
Та же ночь, луна и Звёзды,
То же небо. Только ты
Появился под свет луны.
Тихий плачь. Грусть на глазах.
Всё лицо твоё в слезах.
Снова свет. Миганье, и...
Мимо проходишь ты.
Хруст. Волненье. Суета.
Не могу прийти в себя.
Иду по улице один,
И всё вокруг меня в глубокой тишине,
Так одиноко, так паршиво
И прежних я лешился сил.
Все радости в огне горели,
Не узнаю я свет,
Надежд своих лишен я прежней цели,
А новой цели нет.
Тебе скажу я пару строк,
Решительно печальных слов моих,
Что я очень одинок, но
Не тронулся ты нежным чувством их
Скажи, в сердечной глубине...
Ты не чувствителен ко мне?
Моему верить сердцу безрассудно,
Ты прав, но выслушай меня.
Иди со мной — жизнь коротка!
Чужбина скроет нас легко,
И там спокойно, далеко
Там солнце, там луна
Восходит и красоты полна.
“Скажи, — шептал я иногда,-
Скажи, любим ли я тобою?”
И слышал сладостное да,
И он поныне дышит мною.
И если так...
Явись тогда! Расскрой ты мне глаза,
Мой разум освети,
Избавь меня ты от тоски.
О ком бы не писал,
О чём бы я не думал,
Тебя одного я в сердце обретал
В стихах моих, в словах любовных...
Вэтом мире я только прохожий.
И какого же вся ирония,
Когда исчезает гармония
И наступает страшная агония!
Я только лишь мечтатель
Покорный на всегда тебе,
Вечно счастья ищущий во мгле
Не видя смысла другого в мире.
Я навсегда заблудший странник,
Постоянно жаждущий любви,
Неискупивший свои грехи, и
Об этом пишущий стихи.
Сквозь грозовые тучи тянет свои руки
Над небесами тяжким покрывалом,
Ливневых потоков грешников всех муки
Смешались с кровью мирового океана.
Во тьме один, одна, одно и никого,
Лишь слышу я гнетущий стон,
Ночь затянулась, свет застыл давно,
В ушах кипит невыносимый звон.
И порожденья дьявола в людском обличье
Передо мной тайком из тени в свет крадутся,
Приближаясь, обнажая свои лица, кости,
Мы твои самые желанные и ожидаемые гости.
Услышьте дьявольские хрипы,
Что в темноте ночных кварталов
И тускло улиц освещенных
Вас воззывают в руки брать оружие
И против брата жечь до тла их души темные,
Казнить непосвященных.
Из пепла восставшие, но не обретшие сути,
Их механизмы инертны, безжизненны,
В стремленье познать обоснованность
необоснованно прерванных жизней
они подбираются ближе и ближе,
Узри их, услышь их.
И хотя смысл им остается не ясен,
В движенье приводит их жажда прозрения,
Быть может, лишение жизни раскроет глаза им,
Позволит понять, осознать на мгновение
Чувства и жажду охотника, и жертву, что следует с ним,
И Пепел стольких недогоревших жизней.
Эти создания взращены Вами, да, да, не удивляйтесь,
Из темноты выползают скелеты младенцев, бывших жен, матерей и мужей,
Они были людьми, пришедшими в этот мир, или их привели,
Что, по сути, не важно, их стоны и вопли важней,
Я вижу, как они выросли из людей.
Нет, я не могу поверить в то,
Что мною управляли вы, пусть бессознательно
Я шел к пути моральной деградации,
И слушал вас вполне внимательно,
Нееееет, не говорите мне, как чувствовать
И не учите тому, чему научен я сполна,
Когда слепыми были вы на все страдания
Столь долгих лет, от боли, пей до дна,
Ты пей, а мы добавим крови, подкинем ветоши в огонь,
Чтобы продлить твою агонию и боль.
Теперь, когда я вижу, ваша правда
Обращена не к вам лицом, а против вас,
И наблюдая, как сжигают ваши семьи,
Как вид, мы истребляем вас, а заодно и нас,
Я понимаю суть, я одурманен этой сутью,
И пламя с сожаленьем отражается в слезах,
Не осознали вы, что этот век окончен,
Что этот возраст одноразового тела,
Лишь временная оболочка
Злых языков и еще более животных фраз.
Стою смотрю в окно за стеклом ночь звезды холодно,темно.
Конец января,мозг закручен как рог, а мысля обрубается до „сука бля“
Паленая водка для того чтоб забыться не упасть бы с балкона, не разбиться
Без наркотиков счастлив врятли я буду смерть держит в руках мою куклу вуду.
Религия всякая наебалово редкое пью напиттки алкогольные мои любимые пенные
Карета сто двенадцать долго едет боюсь не дождаться мой организм начал в припадках задыхатся
Агония,смерть
Мне не откачатся.
Ве будет так.ты на другой исход мой друг и не надейся.
Умрешь, вдругом телесном облике начнешь с начала
И как обычно судьба нам ничего хорошего не обещала
Но все ж беды мне так же ничего не ...
Но я попал под проблядетское авто.
Погиб реинкарнация
Опять исход
И в тело пса голодного,больного меня закинул бог.
Я истощал,я обварился кипятком что брызгал из трубы рядом с моей едой рядом с моей железной миской где были кости курицы оставленные хорошими людьми
И вот сугроб где решил я прилечь рядом голубая церковь от которой исходил тошнотворный запах кадила и угасающих свеч
Смотрю на небо
Когда же весна? Кода станет тепло?
Ко-то насыпал рядом крысиный я я подумал что это ведь очень хорошо
Мне подвернулась удачача
Я его съел
И растворившись в пении церковного хора в другой телесны облик улетел.
Стараться жить в трезвом уме — над собою насилие внутри похож на жмура что лежит под осиной.
Мой взгляд убитый как обычно дымом из трубки связь с этим миром как лед и притом очень хрупкий
Я пронял что в своем лице я воплотил Евгения.О.
Когда разговаривал девушкой что любила меня давно
Меня мучает боль что я тогда так ничего и не принял хоть и принимаю сейчас
В основном это яд,яд никотиновый, тот состав что сжигает мне сердце,
я трус я сыкло но от себя никому ведь не деться.Время летит и с ним растет вариант что так и не исправлю ничего.
И эта боязнь, она проедает меня,как лютая кислота,вышибая мне мозг подобно пуле с кольта.
Моя жизнь печальная юдоль,через чур произвольна,тонка как фольга,и к тому без глагольна.
Вышел на улицу с светофоры глаза,
Он просит пройти в отделение спросить что я юзал и что за дела.
Я смотрю как над Айдахо летит, грозный орел,однажды от дозы мое тело остынет и я пойму что всетаки я был влюблен, но теперь я на воле,на воле свободный как...
Во мне проснулся демон ему надо покушать тушу сигарету боюсь дым меня скоро задушит руки замерзли ведь на дворе стужа. Колотит и
Сильно тошнит от того пью минералку мне осталось так мало, и за что снова я выжил попав в сучий ад меня жизнь заматала лечение надоело и мораль меня до боли в костях доканала.
По грязным больницам где ищу таблетки для того чтоб забыться, ползу.
А за окном снег
Ну а я одичал, стал как дриопитек
Когда же иссякнет мой век.
-Что со связью?
-Понятия не имею...
Брат ,передоз.
Чувствую как от мескалина в конечностях немею.
Зря стараюсь дотянуться до ножа или до револьвера с целью перебить вены,если повезет то шею.
Жду нового дня,новой наркотической плети.
Минус сердце,печень и почки. Как плохо... Наркотики яд.
Подумал про себя я
Обидно за то что такие они,
Двадцатые годы двадцать первого столетия.
Лежу на диване в бэд трипе летаю,хочу стать человеком.
-А как...
-Я не знаю...
В комнате срач. В белых кристаллах мой врач.
От всего в этой жизни в свои я восемнадцать устал очень сильно уже. Пойду покурю в коридор ну а после спать.
Морально подготовлюсь к завтра,на меня орет мать,надежды нет , но похуй уже.
Ведь завтра все равно не станет лучше...
Вечерней романтике поезда не сбыться без тебя.
И даже свет заката догорающего дня
Не сможет так искриться, как сердце в поездах.
И быть нам снова вместе только в моих снах...
Отдаться эйфории и чувствовать твой страх.
Что он про нас узнает, но ваши чувства— крах!
Я вижу будущее часто, там только мы с тобой,
Окутаны сейчас мы любовной пеленой.
И снова скорый поезд меня примчит к тебе,
К прекрасной,милой даме, и видится судьбе:
Мы будем улыбаться, любить и танцевать,
Днём будем просыпаться, по вечерам сгорать.
Но чуточку нам нужно с тобою подождать,
И на краю кровати подушке полежать,
Представь что это я, да и прижмись щекой...
Не долго ждать тебе, скоро буду твой.
Скоро будем просыпаться под яркий солнца свет,
И каждый раз влюбляться в прекрасный очей цвет,
Так целый день валяться, смеяться и не ждать,
Когда разлука вновь сыграет шутку вспять...
И жизнь нас раскидает по рифам моря мглы,
Но выберемся снова на общий берег мы,
Там и останемся с тобою счастливыми вдвоём,
И я не пожалею в выборе моем.
nbsp; (изображение)
Василий Алибабаевич и кот-футболист Черныш. Первый тоже из семейства хвостатых, но в любви к настольному футболу пока не замечен. Второй замечен и не раз попадался самозабвенно скачущим по полю и забивающим голы. Ничего добавлять не хочется, однако... Может лучше в следующий раз Куклачёв со своей командой поедет? .фацепалм.
(изображение)
В который раз собираюсь окунуться в кучу своих недоделок и недописок, чтоб доделать и дописать, но как гляну на них — мамадарагая! И чот впадлу становится. Ну легче ж новое соорудить, чем 11-ю главу сказки про Егорку ваять. Эхехе. А какая задумка была! Бац!и попал парень-скульптор (или гончар, я всё никак не определюсь) в сказку. Тутумц! А он оказывается любую хрень слепить может из любой хрени (короче, фишка в том, что любая материя от камня до … деревянной стенки сарая под его руками мнётся, гнётся итд). Не, он не сразу допёр до осознания своих возможностей. Гг вообще какой-то получился недотёпа что ли. А когда Егорий осознал шо могёт … ну я его в болото отправила, точнее он сам туда через портал провалился. И сюжет завис… Самый писец в том, что я примерно представляю к чему должна вывернуть эту самую фабулу (тьфу, будь она неладна), с кем сразить гг, кто кем окажется, кого он спасёт, ну и финал фрагментарно. Но оно всё такое кусками, эпизодами шопиздец.
Есть, есть у меня на примете два моих любимых соавтора (а других и не надо), но первый каких-нибудь каманчей привлечёт на помощь Егорке, или, не дай Ктулху, самого Чингачгука (хотя, это было б прикольно — представила вдруг, как из ближайших камышей навстречу гг выходит лысый дядька с пером и топором, типо проводник…)
А вторая напишет, что не пишет прозу давным давно и вообще муза нету вокруг.
Жаль, что их тута нету, пойду поищу, где они е