Блоги

Не растягивай пращу С вечным камнем "не прощу". Мы порой сами не знаем, Куда швырнётся этот камень. Бывает мимо пролетит. Случится, может и убить. Не надо целится пращами — Учитесь говорить,-"прощаю"...

Сегодня завимость мне танцевала Под слезы павшего вниз аморала Он дрался с ветрами своими руками Которые были избиты годами Не плач аморал, я боюсь умирать! Убери нож от сердца, хватит орать! Мне больно смотреть, отпусти мою шею! Ты просто все понял, нас не пожалеют! Сейчас вспоминаешь как было в шестнадцать (лет) Твое отражение взывало влюблятся Сегодня ты труп ,вчера был живой А им наплевать что случилось с тобой И так будет дальше, я тоже пугаюсь Держу в руке лезвие и с ним напиваюсь Таблетки не в помощь, петля нам подруга Я слышу их голос хрипевший с испуга. С твоих глас идут слезы, тоска обнимает Мне страх лижет шею ,мой голос стихает Привет моя песня , жаль я не надолго Нас с ним полюбили лишь грязь и иголки. Привет читатель, я просто хотел что бы ты со мной познакомился Не клейми мое творчество. Моя мечта быть услышанным. Это стихотворение о том как человек может страдать из за не самодостаточности и быть настодько зависимым от общества. До встречи

Представь,мой читатель, большой океан. Представь как с похмелья я там погибал. Смотри ,мое тело уходит на дно Я душу с палитрой впитал в полотно Сегодня художник погибнет с холстами Сегодня писатель больше не встанет И тот музыкант, совершив раз измену Поломан и больше не выйдет на сцену. Планета чернеет от шага войны Сегодня все кончится, с нами и ты. Сегодня политика во власти абсента Смотрит на лезвие в груди президента. Смотри на детей нацепивших кастеты Рвут запись родителей с любимой кассеты Смотри на мой дождь что впитал героин Смотри и рыдай, ты сегодня один. В воде на коленях страдал человек Все тело впитало боль тысяч калек. любимый читатель ты станешь родным Когда ты поймешь вкус безвкусной еды Возьми мою подпись что чтишь сувениром Сорвись и возвысься над взорванным миром Пойми наконец, что не понял здесь я Объятием неба, спасай же меня.

вот почему всегда так: что-нибудь напишешь, смотришь — о, круто! потом через месяц, а может и меньше, — что за фигня здесь написана...?

Не сказать, чтобы было мне весело — Снова ехать куда — то пора. За окном не знакомые веси И огни полустанков горят. По стеклу дождь каракули пишет, Второпях сочиняет письмо. А в соседнем купе "рыба" вышла — Забивают опять домино... Ветер в тамбур лист мокрый заносит, Сигаретного дыма кольцо. А с пригорка рукой машет осень И платочком скрывает лицо. Пусть и так попрощались со мною. Я привык, мне уже не впервой. Я сойду и смешаюсь с толпою, И войду снова в город чужой...

«Самое грозное — это разлука с друзьями. Жесток человек, и одни долгие испытания укрощают его; жесток в своём неведении ребёнок, жесток юноша, гордый своей чистотой, жесток поп, гордый своей святостью, и доктринёр, гордый своей наукой, — все мы беспощадны, и всего беспощаднее, когда вы правы. Сердце обыкновенно растворяется и становится мягким вслед за глубокими рубцами, за обожженными крыльями, за сознанными падениями, вслед за испугом, который обдаёт человека холодом, когда он один, без свидетелей начинает догадываться — какой он слабый и дрянной человек. Сердце становится кротче, обтирая пот ужаса, стыда, боясь свидетеля, оно ищет себе оправданий — и находит их другому. Роль судьи, палача с той минуты поселяет в нём отвращение. Сближение с женщиной — дело чисто личное, основанное на ином, тайно-физиологическом сродстве, безотчётном, страстном. Мы прежде близки, потом знакомимся. У людей , у которых жизнь не подтасована, не приведена к одной мысли, уровень устанавливается легко; у них всё случайно, вполовину уступает он, вполовину она; да если и не уступают — беды нет. С ужасом открывает, напротив, человек, преданный своей идее, что она чужда существу, так близко поставленному. Он принимается наскоро будить женщину, но большей частью только пугает или путает её. Оторванная от преданий, от которых она не освободилась, и переброшенная через какой-то овраг, ничем не наполненный, она верит в своё освобождение — заносчиво, самолюбиво, через пень колоду отвергает старое, без разбора принимает новое. В голове , в сердце — беспорядок , хаос… вожжи брошены, эгоизм разнуздан… А мы думаем , что сделали дело, и проповедуем ей, как в аудитории! Талант воспитания, талант терпеливой любви, полной преданности, преданности хронической, реже встречается, чем все другие. Его не может заменить ни одна страстная любовь матери, ни одна сильная доводами диалектика. Уж не оттого ли люди истязают детей, а иногда и больших, что их так трудно воспитывать — а сечь так легко? Не мстим ли мы за нашу неспособность? « Нет власти, как от Бога». Но если все власти от Бога и если существующий общественный порядок оправдывается разумом, то и борьба против него, если только существует оправдана. Формально принятые эти две сентенции — чистая таутология, но, таутология или нет, — она прямо вела к признанию придержащих властей, к тому, чтобы человек сложил руки. …в воздухе были слёзы, тут, очевидно, прошла смерть. Вообще женское развитие — это тайна. Вместо того, чтобы ненавидеть смерть, мать, лишившись своих малюток, возненавидела жизнь. — Вы никогда не дойдёте, говорила она, — ни до личного Бога, ни до бессмертия души никакой философией, а храбрости быть атеистом и отвергнуть жизнь за гробом у вас у всех нет. Вы слишком люди, чтобы не ужаснуться этих последствий, внутреннее отвращение отталкивает их, — вот вы и выдумываете ваши, чтобы отвести глаза, чтоб дойти до того , что просто и детски дано религией. …трусы заглушают страх своей совести. И.Тургенев советует человеку, когда он затешается в споре, что самому сделается страшно, провесть раз десять языком внутри рта, прежде чем вымолвить слово. Новая жизнь эта прозябла, как трава, пытающаяся расти на губах непростывшего кратера. Поэт и художник в истинных своих произведениях всегда народен. Чтобы он ни делал, какую бы он не имел цель и мысль в своём творчестве, он выражает, волею или неволею, какие-нибудь стихии народного характера и выражает их глубже и яснее, чем сама история народа. Протестация, отрицание, ненависть к родине, если хотите, имеют совсем иной смысл, чем равнодушная чуждость». Александр Иванович Герцен, Роман «Былое и думы», Библиотека Всемирной литературы. 8 марта 2018 год, Крайний Север, Нагорная. Фото автора.

В какой-то момент я посмотрела по телевизору такой сюжет, в котором с девушкой познакомился инопланетянин, в когда они поженились, инопланетянин занимался бытыовыми делами, вопросами, а жена качалась в гамаке. И с этого момента в моей душе зародилось чувство любви к инопланетянам. Я много говорила и спрашивала на эту тему, каждый раз смотрела программу НЛО. В моей душе до сих пор живут эти фантастические ощущения Я смотрела на небо каждый день. Мечтала, что ко мне прилетят инопланетяне. Это была настоящая любовь или настоящая влюбленность. Мир для меня в тот период стал фантастическим, загадочным. Я думала, что инопланетяне выглядят как железные роботы и трехметрового роста. Иногда представляла себе, что прилетит 1 инопланетянин, и что он подарит мне синий полу-прозрачный блестящий камень, каких не бывает, решит мои проблемы. Я воспринимала инопланетян не как людей, а как что-то неведомое, таинственное. Я постоянно мечтала об инопланетянах, каждый вечер ждала НЛО, не теряя надежды. В этой любви не было страданий, она дарила мне счастье и чувство таинственности.

Ещё весь мир весной наполнен, Ещё капели не унять, А мне до запаха антоновки — Сады сажать, сады сажать... И в золоте октябрьской осени, Где целовались в первый раз, Мы вновь антоновку попросим Священным запахом пропасть. И снова чисто растворится, В том, где заварку ладит чай. И.обжигаясь, насладиться Весною в осень невзначай...

Заплети косички летней ночи. Летней ночи — звёздочки в глазах. Как девчонке, платье покороче Разреши надеть всё в васильках. Пусть июнь курносый и несмелый Ожидает под сиреневым кустом. Он влюблён, кому какое дело, Что он ночью этой опоён. Летние свиданья всё короче. Треплет платье ветер в васильках. Заплети косички летней ночи, Летней ночи — звёздочки в глазах...

По петельке, по петельке Ты вяжешь свитерок. Вот нити все отметились, Кончается клубок. Кому твой свитер вяжется, Кому его носить? И кажется, ах, кажется: Тепло любимым быть!

Всем привет заболела я больше не могу это терпеть Всё достало Bicose милена, Злейший комментатор Слишком недоразвитая.

Сейчас я расскажу свою историю...Не важно как меня зовут,я обычная девочка.У каждого человека есть свои таланты,они могут быть скрытыми,а могут вырываться наружу и показывать всё прекрасное,что может их хозяин.Я раскрыла свой талант в 4ом классе(сейчас я в 9ом).Я ооочень люблю играть на сцене,писать стихи,рассказы ,рисовать и играть на гитаре.Естественно мой любимый предмет в школе-литература(ну ещё английский).Моя учительница по русскому/литературе всегда зачитывает мои сочинения как образец,и конечно же мне всегда это было приятно.В моих планах поступить на журналиста,а потом если всё пойдёт как надо,то возможно буду писать свои книги и т.п. Мне нужна ваша помощь,ведь мнение других всегда полезно и помогает работать над недочётами,что для меня очень важно. Заранее благодарю за вашу отзывчивость и за комментарии. Всем добра,ваша радость поэта.

Глаза не врут, и очевидно, Влюбился ты и это видно. Но почему же ты молчишь? Ты мною, что не дорожишь? Ты смотришь на меня тогда, Когда не вижу это я. К чему же это ты скажи? Запуталась я в этой лжи. Ты вроде бы влюблен в меня, Но в тоже время избегаешь. Наивно я люблю тебя, И ты это прекрасно знаешь. Я помню лишь один момент, Хоть нам всего 16 лет, Когда твой взгляд завис на мне, А мой тогда был на тебе. Ты быстро перевел глаза, С тех пор в душе моей слеза.

Життя, як танець, швидкоплинне, У когось туманне, у когось мрійливе, У когось хіп-хоп, у когось контемп, Тільки треба зловити момент. Але є річ, яка об’єднує всіх. Цю річ не можна відібрати, Не можна навіть дарувати. Вона існує для того, Хто щиро любить своє діло, Хто насправді жити вміє, Ця річ є мрія！

Когда в душе не виноват я, но больно сделал каждому из нас. Прошу меня — я очень вы меня простите, ведь я живу и буду все я исправлять.

Небо вздумало гневаться. Зонты раскрыли десятки прохожих. Я не вижу их лиц. На мне самом нет лица. Но я хочу, чтобы завтрашний день был хорошим. Мой внутренний бог на меня в обиде. Я истерзал себя мыслями о плохом. Я вижу сны, которые хотел бы развидеть. Хочу, чтобы уютом был окутан мой дом. Близких людей я вижу лишь на фото. И если фотографий много, то вот людей, не очень. Не надо путать одиночество и свободу. Вокруг меня ни души, сколько голову по сторонам не ворочай. Где-то на побережье Сан-Себастьяна, Загорелые дети собирают ракушки. Я в своей жизни пытаюсь что-то поменять, разложить, переставить, Но становится только хуже. Мня не нужны подарки, не нужен яркий салют. Я просто хочу найти каплю света во тьме. Хочу, чтобы люди перестали обесценивать слово "люблю". Хочу, чтобы кусочек любви, достался и мне. Под кожей мороз, меж ребер колит депрессия. Потерять самое дорогое так дёшево. Я своим амбициям, позитиву и улыбке устроил репрессию. У меня есть лишь мое ничего. Ничего хорошего.

Она сидела у окна так одиноко, Она была такой же, как и все. И верила в судьбу так неохотно, Как не поверил б ты своей судьбе. Ей было грустно, но все же, улыбаясь, Она с надеждою смотрела в пустоту. И взгляд её, пока не опускаясь, Таил в себе лютую глубину. Ей было трудно, но боль она не знала, Она не знала, что такое боль. Она и плакала, и вместе с тем смеялась, Не замечая на ране своей соль. И так красиво она тогда молчала, И взгляд её к себе тогда манил. Она жила в своих мечтах и понимала, Что кто-то в её жизни мечты все погасил. Она сидела у окна так одиноко, Она была холодной и живой. И рядом с ней стояла свечка только, Чтобы хоть кто-то согрел её зимой…

Может это весело, а может это грустно Но моя душа повесилась от того что пусто … Пусто стало в комнате, пусто изнутри, Палач стоит над выбором, выбором внутри Он занес топорик свой над моей душой, Той что уж повесилась в комнате пустой… Глупый изверг думает, что вынес приговор И сейчас казнит меня и вонзит топор… Почему не думает он, что уже мертва, Ту что он казнит сейчас — бедная душа Ей бы на могилку цветочков принести, Ей бы бездыханной, покою обрести….

Хрупко, по — балериньи, Кружит пушинками снег. Спускается на рябины И вот его уже нет. Морозных рябин помада. Кони Большого в узде. Ветер у главной парадной Кружит своё фуэте...

Эти старые дворы Благодатной той поры, На гитаре где бренчали И мальчишками мечтали, Как вернёмся мы сюда, Эдак двадцать лет спустя... Мушкетёры вы наивные, Мои други юных дней. Вот уже полвека минуло И дворов родимых нет... И давно все вышли сроки Повстречаться нам опять. Песнь гитары где — то бродит, Жаль, что слов не разобрать...