Блоги

Яков Есепкин На смерть Цины Четыреста семьдесят пятый опус Чермных роз ароматы пьянят Бедных рыцарей, бледных апашей, Май вознесся и кущи манят Див и агнцев порфирною чашей. Обернитесь, Гиады, камней Мы черствее, из штофов меловых Яд цедим, соглядая теней, Буде пир во трапезных столовых. Как упьется аидская рать, Ханаан черепки отсчитает, И явимся тогда умирать В майском золоте, кое не тает. Четыреста семьдесят шестой опус Май волшебный, цвети и лелей Тень Венеции, злать Одеона, Мы любили небесность аллей, Изваянья — призрачней Сиона. Фей белили те гипсы и вот Мглой портальный лишь сад овевают, Вьют юдицы лозою кивот, Днесь однех нас, однех убивают. Хоть скорей, ангелочки, сюда Отлетайте, под сени пустые, Всё меж губ наших рдеет вода И точатся в ней тьмы золотые.

Слоник бегает по небу солнышко блестит, Это может быть наверное -Боженька шалит Вот зайченок проскакал И лисёнок пробежал, Вон у белой тучки Носик как у Жучки Вот такие вот дела-весело всегда

В С Ё    Б У Д Е Т    Х О Р О Ш О     Вы можете переспросить меня — а что именно будет хорошо? Всё, отвечу я, всё в стране будет хорошо. Даже погода, если никуда из дома не выходить. Если выходить, то конечно — ураган, цунами, ледяной дождь, смерч, смог, МЧС и другие ужасы, так что лучше дома сидеть, пока бытовой газ всё не разрушил. Поэтому сидеть лучше на лестничной площадке первого этажа с паспортом, страховым свидетельством и возле несущей стены. А так всё будет хорошо. Хотя иногда кажется, что ничего хорошего, кроме погоды, уже не будет. Но с другой стороны — а что плохого? Да, ситуация нестабильная, а обстановка накалённая. Да, некоторые страны нас не любят, а остальные недолюбливают. Да, выборы прошли, а осадок остался. Но какие люди в этом осадке! Перечислять не буду, их фамилии в фельетонах нельзя упоминать, можно вечером не дома оказаться. Жаль только, что денег нет, но это уже личное. Зато дети есть. Милые, непоседливые, в кудряшках, бегают, шалят, орут, бьют стёкла, матерятся и поют рекламу. И всё в моём подъезде. Так что радует пока только погода. Не знаю, как на улице, а в подъезде, спасибо коммунальщикам, сухо, чисто и тепло. Могло быть, конечно, и почище, но у них, у коммунальщиков, свои понятия о чистоте. Кто был в Таджикузбекистане, тот поймёт. А вне подъезда что творится? Полицейские лютуют, продавцы обманывают, автомобилисты давят, повара травят, доктора калечат… Нет, лучше здесь, в подъезде, всё переждать. Холодно станет, можно пальто надеть, если есть, и идти куда-нибудь. На второй этаж, например, подняться и полюбоваться на Москву. Видны, правда, только какие-то «Ашаны», «Меги» и «Рио», но, говорят, около Кремля скоро парк появится. Это ж как надо власть довести, что б она вместо строительства торгового центра деревья сажать начала! А всё эти, недовольные с Болотной площади. Захочет теперь москвич-пенсионер, проживающий в пентхаусе на Китай-городе, купить жене сумочку «Louis Vuitton» — куда ему идти? В ГУМ не пройдёшь, там то на коньках катаются, то концерты какие-то, ЦУМ — музей для приезжих, а вместо нового магазина деревьев понасажали. Лишь бы эти деревья там прижились, пока мэр не одумался. Хотя у нас в стране кто парк заложил, тот его и пилит потом…     А в остальном всё хорошо будет. Москва расширяется, скоро в Смоленск на метро ездить можно будет, за 40 рублей. А там и Брянск недалеко, и Воронеж. А если московские чиновники в новые территории не уместятся, то… «Осторожно, двери закрываются, следующая станция город Конотоп». Наш братский подарок братскому народу. Хотя чиновники на метро не ездят. Да и на месте мэра я б для них северные направления готовил, вплоть до Воркуты. Пусть привыкают. Президент же недавно спрашивал про посадки. Деревья посадили, теперь можно и чиновников. Но и на Рублёвку их переселить тоже идея неплохая. Во-первых, переселять никого не надо, они и так все на Рублёвке. Во-вторых, там, на отшибе, они никого раздражать не будут своими мигалками, крякалками и сытыми рожами. Там у всех мигалки, крякалки и сытые рожи. Да и вообще — слуги должны от народа отдельно жить. В идеале, конечно, народ в самой России, а его слуги — на различных особо охраняемых территориях Республики Коми, но это уж совсем из светлого будущего.     А пока уже хорошо и ещё лучше будет. Может, милые матерящиеся дети со своими кудряшками из подъезда наконец в школу уйдут. Сколько там для них бесплатных кружков и секций министр образования пооткрывал! Он и ЕГЭ придумал, что б коррупцию из школ изгнать, и платные занятия, и факультативы какие-то, тоже платные. Нет денег, например, на английский язык — иди бесплатно учись крестиком вышивать, в жизни пригодится. А если ты гений по физике, но денег тоже нет — туда же иди. Зато никакой коррупции. Непонятно, правда, откуда столько золотых медалистов с гор в МГУ обнаружилось. А сами они объяснить не могут, у них с русским языком плохо. Зато с деньгами хорошо.     И ещё насчёт коррупции — полностью её уничтожить можно только переименованием, это уже другой министр доказал, внутренних дел. Уже бывший, к счастью. Милицию переименовали — коррупция исчезла, он сам сказал. То есть с него взяток полицейские не берут. Осталось судебную систему переименовать, прокуратуру, здравоохранение, налоговую, пожарных, таможню, строительный сектор, военкоматы, санэпидемстанцию, ЖКХ, экологов, паспортные столы… Или всё-таки дешевле взять и целиком страну переименовать? Может, тогда вместе с коррупцией и всё остальное плохое исчезнет? Воровство, хамство, пьянство, «Дом-2» и Стас Михайлов?     И сразу станет хорошо.     Потому что хуже уже некуда.     А если страну переименовать в Рио-де-Жанейро, то и погода наладится. Можно будет из подъезда выйти. Правда, неизвестно, что с таким названием с коррупцией будет, но с футболом всё будет хорошо…                                                                                                            Илья Криштул

Яков Есепкин На смерть Цины Пятьдесят первый опус Сколь весною урочно письмо, Аонид лишь брильянтами тешат, Вейтесь, звезды, Асии трюмо Нас явит и Цианы опешат. Хоть архангелы помнят ли сех Златоустов, терницы вознимем – Соглядайте еще в небесех Вишни, агнцев, мы золото имем. Вакх нестойкий астрал оцветил, Где порхали блеющие Евны, Их туда ль и со ядом впустил Падший ангел успенной царевны. Шестьдесят шестой опус Будет майский ли сад под луной Во холодной опале томиться, У Гиад воспируем весной, Аще некуда боле стремиться. Скоро вишни блаженный туман Перельют в золотые рубины, Стоил истин высокий обман, Златоуст — диодем из рябины. Выйдет Фрида младенцев искать, Лишь увидит пустые камеи, И начнут гости ядов алкать За столами, где веются змеи.

Настоящих войнов мало, их не видно по ТиВи, Но давно им не хватало такой песни о любви. О любви, в которой нету ангелочков, нежных слов, Где за Родину в атаку ходят танки из стихов. Точно меч букет сжимая, после громкого: — Банзай ! Всех цветами закидает настоящий самурай. И стихами как штыками, пробивая в хамстве брешь, Не владея языками доблесть мчится за рубеж. частье наших будущих рассветов, Эхом слышу в рифмах озорных. Так давайте дёрнем за поэтов Вискаря, как сто грамм боевых. Настоящие солдаты, это те кому закон — Сердцу памятные даты, не бравада, а поклон. Они верят что солдату нету смысла погибать И готовы как гранату демографию взорвать. В них живут мечты другие, генералом быть не в кайф, Их ведь в годы холостые взяли в плен ЧИЖы и ЧАЙФ. Рома спел им как молитву — нету истины в войне ! Проиграли в ЗАГСе битву, счастливы теперь вдвойне !!! Счастье наших будущих рассветов, Эхом слышу в рифмах озорных. Так давайте дёрнем за поэтов Вискаря, как сто грамм боевых. Настоящие солдаты всем за грубость морды бьют, Не нужны им автоматы, тумаками выдают. Их пленить давно пытались и пороки и нужда, Но они всё улыбались, говорили: — Ерунда ! Им всегда повсюду рады, они сеют благодать, С ними горе и преграды начинают пропадать. И когда всех настоящих будем знать и почитать, Толпы алчных и спешащих нас не смогут побеждать. Счастье наших будущих рассветов, Эхом слышу в рифмах озорных. Так давайте дёрнем за поэтов Вискаря, как сто грамм боевых. © Автор Саша Осинсян. http://osinsean.com

Яков Есепкин Изоляция Цитадель февраля Скорбь, яко голый провод к Богу. Дотронулись, ан ток сильней Ударил, чем эфир —— дорогу, Чем изоляцию —— Орфей. Напрасно внемлют меццониты Сейчас гармонию музык, Они с божественностью слиты, Но чуден тристии язык. Моцарта реквием высокий Иль Брамса души холодит, Взирает ангел темноокий С небес и ауры следит. А что следить их, духовидцы Сирени розовые пьют, В шелка порфирные иль ситцы Огнь восхищения лиют. Когда певец времен заложник И разве серебро одно Считает нощно, как острожник Лета, грядущие темно. Иль пусто, эта аксиома Страшнее сказок на крови, Герою всякому знакома Цена взыскующей любви. Молчать возбранно псалмоносцам, Им речь бессмертие велит, Эдема персть милоголосцам Близка, но души не целит. Сердечки тлеют музыкантов, Богопомазанных певцов Лишить ли участи атлантов, Косых избавить ли венцов. Тоскуем, Дант, пием цикуту, Кого ты раем совлекал, Певец стремится к абсолюту, А несть чарованных лекал. Тоска царит и в книжных замках. Где тени роз пьют огнь зимы, И меловой в картинных рамках Мир волшебства грозней чумы. Здесь вторглись в злато и фаянсы Очей алмазны острия, Как в Царствии земные стансы, Лишившись тотчас бытия. Тебе и ангел не поможет Взлететь на миг теперь в зенит, И умереть зимой не может Кто был пред осенью убит.

Ненавижу, когда учащается мой пульс, когда расширяются мои зрачки и замедляются движения. Ненавижу все, что трогает и без того мое слабое сердце. При знакомстве, я старалась улыбаться и быть дружелюбной. У меня достаточно знакомых, подружек. Но, когда ты думаешь, что вот он, человек, который может стать мне другом, так сразу видишь в нем одно и то же. Девочки прогибаются под мальчиков, и готовы ради них бросить своих подруг. А мальчики тоже, бросают своих подруг, чтобы угодить тем же мальчикам. Каждый раз я вижу это, и стараюсь больше не надеяться и не рассказывать этому человеку о своей жизни. Может со мной что-то не так? Может я зациклилась на этом? Но ведь, каждой женщине нужен хоть один человек, о котором она сможет заботиться, думать. Я потеряла парня, которого любила. Я потеряла подругу, которую считала самой близкой. Каждый день я плачу из-за того, что возможно написала экзамен по моей математике на 4. Некоторые считают лето началом чего-то хорошего, но явно не я. В этом году мой июнь будет ассоциироваться с клубникой в сметане и постоянными паническими атаками. Мне одиноко, и все мои мечты рухнули. Мне плохо, и пора взрослеть. Никто не будет спасать тебя. Никто не любит жалких и слабых. После чего-то плохого будет что-то хорошее. Только сейчас я осознала, как тяжело женщинам в мире. Настоящей дружбы мы и не видели никогда. Любовь, растворившись, причиняет нам боль. А дети, повзрослев, уходят от нас. Все любят трепать языком. Не говорите ничего человеку, если вы ,конечно, его не любите.

Ну что ты смотришь на меня Своим «лукавым» взглядом И чувство, будто бы тебя На расстоянии опоили ядом Мне бы уехать первым рейсом И куда совсем неважно Положить любовь на рельсы А просыпаться уже страшно Не будите меня, прошу Лето, остановись на время Я хочу любить, я не шут Но осень открыла двери Разбудила, сон нарушив И всё перевернулось моментально Явь душу тащит наружу А сон закончился исходом летальным Я ей тут не нужен И нет смысла разбираться детально Остался безоружным Среди природных аномалий Начался сильный ливень И наши чувства водой уносит Плачет тихонько ива И нашу страсть как листья сносит Пришла зима, и стоим обнаженные С равнодушной маской И вырван хеппи энд, до дыр прожженный, Из нашей сказки Пришел долгожданный март месяц Но ты все так же холодна и неприступна Я пытался украсть сердце уже раз десять И теперь я для тебя опасный преступник Я хочу опять заснуть Что бы с тобой быть хоть какое-то время вместе Я поздно понял суть Что нельзя играть любовь на мотив чужой песни

...только из любви можно создавать и разрушать, бороться и плыть по течению. важна только она. из-за неё могу рождаться и умирать снова и снова, потому что знаю, что любовь есть ты. любовь есть я

Яков Есепкин На смерть Цины Четыреста тридцать первый опус Фавны оперы нас охранят, Веселяся, витийствуйте, хоры, Сводность ангели тусклые мнят, Режут цоколь мелки Терпсихоры. Белый царь ли, мышиный король, Всё б тиранить сиим винограды, Темных свечек заждался Тироль, Негой полны Моравии сады. И куда ж вы несетесь, куда, Италийские ангели требы, Нас одела иная Звезда Во гниющие мраморы Гебы. Четыреста тридцать второй опус Раскрошили юродские тьмы Гребни желтые наших полотен, А и золото сим для Чумы, С кистью Брейгель,Ероним бесплотен. Кто успенный еще, алавастр Виждь и в нем отражайся, каддиши Нам ли чаять во цветнике астр, Львы умерли и здравствуют мыши. Сколь начнут адострастно гореть За Эдемом белые цесарки, Мы явимся — камен отереть И сотлить перстной желтию арки. Четыреста сорок четвертый опус Тисов твердые хлебы черствей, Мак осыпем на мрамор сугатный, Где и тлеет безсмертие, вей Наших сводность жжет сумрак палатный. Шелк се, Флория, что ж тосковать, Лишь по смерти дарят агоние Из партера бутоны, взрывать Сех ли негу шелковой Рание. В Александровском саде чрез тьмы, Всекадящие сводные тени К вялым розам тянулися мы —- Днесь горят их путраментом сени. Четыреста сорок пятый опус С Ментой в мгле золотой предстоим, Лишь для цвета она и годится, Алым саваном Плутос таим, Гея тленною мятой гордится. Крысы выбегут хлебы терзать, Маки фивские чернию веять, Во столовых ли нощь осязать, Ханаан ли хлебами воссеять. Сем путраментом свечки тиснят В изголовьях царевен синильных, Яко гипсы кровавые мнят Всешелковость их лон ювенильных.

может конечно и я хожу — весь из себя такой зомбированный, как это утверждают Украинцы с которыми мне довелось по сети общаться. может имперские замашки мне жить мешают. а Крым мы к себе пустили правильно. и правильно пустим Восточную часть Украины (если сами решат) и Западной (но те точно не надумают) и никакая Европа и паче Америка а уж тем более Ангела Меркель нам в том не указ, не руководство к действию. как это не противоречиво звучит я на время вообще бы забыл о Украине — только реагировал бы на уже случившиеся события. — попросился Крым обратно — хорошо. восточная часть — замечательно. санкции — изумительно! железный занавес — а каких тонов желаете видеть? — мне почему то бордовый нравится. (НЕТ. красный у нас уже был. пусть будет насыщенный цвет переспелой малины, а двухглавый орел держит в каждой когтистой лапе по атрибуту рабочего и крестьянки (серпом так сказать по яблокам а молоточком сверху — кто возникать надумает))корабли НАТО в Черном море? — ядерные подлодки на северный полюс пусть отрабатывают учения по стихийным бедствиям. мастер кард с визой платежи не принимают — а мы доллар как единицу расчета за энергоносители принимать не хочем, давайте золото, юани, рубли, тугрики в конце концов. затеял бы непонятную движуху по углублению русел рек впадающих в карское море. какие я страшилки забыл упомянуть? америка выбросит стратегический запас нефти чтобы обанкротить наши нефтерубли за счет падения спроса на нефть? — замечательно — а мы наоборот на внутренний рынок нефтепродукты направим. пусть наш производитель и население доступными энергоресурсами побалуется.Арабская нефть — действительно основа для нефтедоллара. какого лешего мы поддерживаем эту международную единицу платежа своей нефтью? народы уже высказались, америка тоже, украина займы МВФ взяла. остался только наш голос! подумать только канцлер Германии — представитель народа который всерьез и на практике рассматривал пригодность живых людей в качестве энергоносителей и из человеческой кожи сумочки шил. будет что то втирать нам о правах человека, о международной этике и практики? вот не знаю как вам — по мне так лучше устроить мировой апокалипсис, пока мы можем. чем — ну его это будущее где нашими потомками альтернативные источники энергии заправлять будут. не хоцца чтой то долг Украины по отношению к МВФ и Японии простить (после того как радостно кинутся обратно и соответственно забыть о нем) какие долги когда вы гуманитарную помощь оказывали? кто подписывал — Тимошенко? вот вам сия гражданка евросоюза — можете её и все её потомство до 30 колена в рабстве держать. а мы с вами договоров не заключали денег не получали и вообще это вы нам по жизни должны и обязанны. хотели нас видеть злыми и коварными — получите, распишитесь — со многими мы из вас воевали, всех победили — платите контрибуцию за спокойное житьё, пока мы в гости не надумали

nbsp;  (изображение) Меняются вкусы, толкая к безумству, Уже вместо пива нас тянет к искусству. Зачем-то сильнее нас солнце лелеет И юноша робкий всё чаще краснеет. Возможно случилось, о чём так мечтали, Шептали, вкушали и книги читали. Размашисто смайлик рисую в тетрадке, Да нет я не болен, со мной всё порядке. Нам стесняться уже надоело, На асфальте выводим мы мелом: "Все проблемы, идите вы на ... Ворвалась в сердце наше весна !" Цветы покупает гопник девчонке, В наглаженных бриджах, в красивой кепчонке. Сержантик ему улыбнулся открыто, А всё что плохое, уже позабыто. Нам радио песню вещает в мажоре, О том как стрижам хорошо на просторе. I love my life в висках барабанит, Всё это весна... она хулиганит. Нам стесняться уже надоело, На асфальте выводим мы мелом: "Все проблемы, идите вы на ... Ворвалась в сердце наше весна !" Ручьи нам грозят, половодьем пугают, Но этим всё больше к себе привлекают. Мы в детстве ещё свой кораблик пустили, Его сквозь все вёсны мы не позабыли. Причёсаны дни, отутюжена вечность, Но трон с юных лет занимает — беспечность. Она как ярлык, как погоня по встречной, Ведь наша мечта, чтоб весна была вечной ! Нам стесняться уже надоело, На асфальте выводим мы мелом: "Все проблемы, идите вы на ... Ворвалась в сердце наше весна !" ** I love my life (англ.) — Я люблю свою жизнь. © Автор Саша Осинсян. http://osinsean.com

Скажите, почему так получается, что многие мои знакомые девушки да и я сама стремимся к свободе, независимости от мужского пола, к карьере, славе? Про таких говорят «мужик в юбке», «пацанка» или «стерва». Может здесь виновато воспитание? Или например, эволюция? Может мужчины — это как атавизм, как орган утративший свое значение в процессе развития общества? )) Но если обратиться к древним мифам, а точнее к одному иудейскому приданию, взятого из свитков Мертвого моря, то и там первая женщина, которая было создана Богом, боролась за равноправие. Странно, не правда ли? Тысячи лет назад женщина тоже хотела равноправия, хотела быть сильной и была ей. По преданию поспорив с Адамом, Лилит (имя первой) улетела из райского сада, назвав тайное имя Бога и никто не смог её вернуть. Она была упрямой, целеустремленной дамой, за что и была отвергнутой самим Богом и Адамом. Ну, конечно вы все слышали про Еву, которая была сотворена из ребра первого мужчины. Ева была противоположностью Лилит. Пресловутая домохозяйка, хранительница семейного очага, мягкая, нежная, покорная воле мужа. По— моему, Ева слишком проигрывала бунтарской, страстной натуре Лилит. А несчастный Адам метался между этими двумя дамами. Первый любовный треугольник. Но хватит истории, в реальности тоже много таких «Лилит» и «Ев», как и любовных треугольников. Самое интересное, что я в своей жизни ненавижу роль милой домохозяйки, мне хочется в бой, за равноправие, материальные блага, карьеру! мне хочется иметь «свое слово» и быть услышанной. И если быть совсем честной, то желаю, чтобы мужчины раскрывались полностью передо мной, были жалкими, ничтожными, падали штабелями у моих ног…мерзко, конечно, видеть униженного, но в глубине души, в самом потаённом уголке моего подсознания, я искренне торжествую, смотря на порабощенного мужичка. И как прекрасно, когда он боготворит, целует мои ножки и в любом моем состоянии говорит, что я — Богиня. Но реальность диктует свое! И у меня нет такого мужичка, у меня есть Мужчина…Перед которым я сама готова ползать на коленях, если это потребуется. Из-за которого я стою на кухне, хожу по салонам красоты, покупаю, то что ему нравится и безумно Его люблю. Как это получилось? Я сейчас вспоминаю то время как одно из тяжелых в моей жизни. Я его не любила и была в гражданском браке ради денег и социальных благ, он— изменял. Мне стало страшно, вспомнила, что НАДО быть прилежной женой, начала готовить, без охоты и изысков, чтоб потом его упрекнуть. Случился кризис, я стояла за перилами лоджии и думала прыгнуть с седьмого этажа или испугать его. И он испугался, уехал насовсем, оставил меня одну в чужом городе. Мы к тому моменту переехали в Сочи из Красноярска. Я уехала в родной город, но это мало помогло… по –моему здесь много слов. Если быть краткой, то приехав из чужого города, встретив подруг, я видела только свою униженность… и так несколько лет. Ну и много страдая, делая из себя жертву обстоятельств, я встречалась с разными странными мужчинами. То они меня били, то были алкоголиками, а иногда все вместе. Пока, сама не поняла, что ИДИОТКА. Я не решалась, хоть разок преклониться перед мужчиной. Пусть не наяву, а в своей душе. Немного посчитаться с его желаниями, услышать и начать уважать чужие слова, возможности, цели. И только после этого я восполнила потребность в любви. Здесь нет унижений или отвержения, есть лишь проявления себя в отношениях. Но все это, конечно, слова… А как у Вас?

Надо многое в жизни понять, пережить и стерпеть, Отрешиться душой от нечистого, плотского, злого, Чтоб иметь дерзновенье при дьявольской власти воспеть Непорочную Деву, родившую Вечное Слово. Мир погряз во грехе, отверзая для ада врата, И не чаяли люди уже для себя воскресенья. Во спасение миру явилась Твоя чистота, По закону Небес непорочность рождает спасенье. Жизнь святых во миру непрестанных гонений полна, Злобный Ирод царил над землёй измождённой и пленной, И в пещере пастушеской юная Дева одна Родила во плоти Созидателя целой вселенной. Век для Девы Марии жестокую долю припас — Быть при казни Сыновней и видеть Его оплеванье. Даже если ты слышишь Архангела Божьего глас, Это вовсе не значит, что ты не потерпишь страданья. Со спесивой душой не войдёшь на Божественный пир И Голгофскую боль не постигнешь, любуясь собою. И Царицей Небесной прославил очнувшийся мир Во смиреньи Себя называвшую Божьей Рабою. Я, как всякий художник, надменен, тщеславен и дик Во стремленьи привлечь целый мир к сотворённому мною. Только взгляд на икону, на царственной кротости лик, Усмиряет мой пыл покаянной живою волною. Надо многое в жизни понять, пережить и стерпеть, Отрешиться душой от нечистого, плотского, злого, Чтоб иметь дерзновенье при дьявольской власти воспеть Непорочную Деву, родившую Вечное Слово. О деяньях моих неуместна лукавая речь, Преступленьям моим не укрыться от Божьего света. И, в подножье Твоё полагая свой огненный меч, Я молю лишь о том, чтоб Ты помнила скорби поэта.

Яков Есепкин Черная белизна на портрете Напрасно плел небесный свет Узор надмирного соцветья. Нахлынул день из бездны лет И нет старинного бессмертья. Одна серебряная ось Сияет в мороке вселенной, Держа все то, что взорвалось, Перегорело в жизни бренной. Сырое зеркало весны Еще хранит отображенье Сугробов талой целины, Но в прошлом каждое движенье. Деревьев тусклый фейерверк. Зенит окрасил и округу. Рвануло с пенным слитком вверх Диск Ра —— по золотому кругу. Все так, он зрим земным торгам Да пилигримам инфантильным, Но циклос помрачился там, Где и горел огнем субтильным. Лег рыхлый снег. Под ним листвы Кровавая помада в цвете. Размыты блеск и хлябь канвы На вытекающем портрете. Свечою млечною горит Фантом пространства и деннице Пересылает вечный хит Богоявленья в психбольнице. А там царит амбрэ «Clema» И аромат амонтильядо Свергает избранных с ума, Респект сему, коль так и надо. Искрится, рея тяжело, Над нами траурное знамя, Но все, что мраком обожгло, Не покоробит смерти пламя. На лики блеклый снег налип, Фигуры полые запали. Подъяты на колонны лип Полуразрушенные дали. В грезеток бьют наверняка Своими стрелами амуры, Ах, страсть весенняя мелка, Оне унылы и понуры. Днесь прямо в цоколи гробниц Смерть залетает и румяна Опять кладет на мрамор лиц, Днесь рану сокрывает рана. Взвиваясь, падают назад Тройные небеса в разводах, И сквозь листву мерцает ад В слоистых черно-белых водах. Мы долго Тартар юровой Лукаво с Дантом воспевали, Сейчас откликнись, кто живой, Кому цетрары даровали. Высок притроновый удел, Ярки небесные чертоги, Сапфирный князь их соглядел И свил розницами пороги. Лежат в левкониях они, Их розным флером застилают Косые адские огни И суе ангели пылают. Зачем о мраморниках тлеть, Когда сие давно пустые, Нельзя одесным уцелеть, Хотя пусть гибнут, как святые. А были праведники мы, Адских садовников корили, Гореть нельзя в гравирах тьмы, Созвездно всех миротворили. И что успенным горевать, Жечь вспоминанием пенаты, Хоть будем венчики сбивать С елинок, чары тлить из ваты. Подарят жемчуги светил Снегам бескровное блистанье, И полночь крепом тяжких крыл Покроет наше угасанье.

Такое ощущение, что нахожусь в какой-то компьютерной программе с заданным местом расположения,набором ощущений,правилами действий,заданными мысленными образами,но это не я,уверенность твёрдая.

В 1901 году в Америке доктор Дункан МакДугалл, проводя опыты, на специальных весах измерил вес души человека в момент смерти. Он утверждал, что вес души составляет        21 грамм. Как вероломно пахнут дикие цветы! Так искренность вселяет страх ошибки. И безразличие в натянутой улыбке Обезображивает нежные черты. И заставляет ночь нервозно вспоминать: Тяжёлый вздох, совет отца, объятья близких. А потолок и без того бетонно — низкий Старается заставить застонать. До сумасшествия внедрённый в ДНК Простой вопрос о пониманьи жизни В тупик приводит, к бичеванью, к укоризне, А логики цепочка так тонка. Не хочется ни лгать, ни предовать, Хоть идеалы хромоноги и размыты. Между могу и должен что — то скрыто, И чем — то жизнь так нужно оправдать. Так вероломно пахнут дикие цветы, Что я уверовал и в силу, и в бессилье, Как будто откопал в фальшивой жиле Двуличие тепла и доброты. Но столько лет невольно вспоминать Участие беззубой бабки в детстве, Как основному исцеленья средству. Лишь ей интуитивно доверять. А было только понимание беды: «Ну, что случилось, мальчик мой хороший?» — Как заговор с мурашками по коже, Основа колдовской живой воды. И ни струна, ни камертон, ни тишина Не подберут ту частоту, чем правит совесть. И с эфемерным, и с реальным миром сорясь, В причинах путаясь, живёт вина. Всему виной двадцать один искомый грамм, В межрёберном пространстве светлый сгусток, Ответственный за мысли, веру, чувства – Душа, в которой место есть стихам.

Раскрыли бабочкой каштаны коконы, Рассвет разгладился за зиму скомканный. Ты слышишь — музыка в смычках черёмухи? Ей бредят в сумерках мальцы подсолнухи. Шмели по случаю предельно вежливы С подростком яблоней, с её надеждами. Вуаль подобранна её мечтаниям, Но до рапсодии ещё,ещё дыхание...