Блоги

челка на глаза грусть на пол-лица боль на три раза ударами сердца демоны в моей голове усмехаются, когда крича во все горло и плача смеясь и танцуя я как пуля бью в собственный висок демоны в моей голове... красными рожками в небо тонкими пальцами мне бы в горло, под кожу да в ребра залезть, погладить по мышцам тени сомнений... демоны в моей голове красивы, уродливы и прекрасны.. словно фоморы... ужасно но я привык к демонам в своей голове... от края до края от раны до раны от броска на стену до броска... от мечты меня отделяет от улыбки меня отнимает в прыжке меня остановит тихий шепот демонов в моей голове... я играю в шахматы не умея играть я играю на струнах собственных нервов не умея играть... раз за разом шаг за шагом отрываю, отрезаю то что нельзя отрезать.. как чернилами гелевой ручки рыдаю там, где нельзя рыдать... так отзвуком тихого вальса кричат и ликуют демоны в моей голове... ИХ люблю я...

по периметру- голых стен.. я за солнышком- не успел.. я за красненьким не сходил.. я по пальчикам получил.. дверью хлопнула- больно как! словом двинула как кулак. мне бы к стеночке- да нельзя.. мне б опору бы- по глазам.. ты противен мне... скажешь "да?" как насмешкою твои глаза.. как ехидно ты мне сказал, тихо, шепотом- "три ха-ха"... безнадежно все... скажешь "нет?" вот и сполз на дно... твой ответ? но поделать мне с этим нечего... опостылело твое "ничего".. я с размаху дам в твое личико- просто чтобы враз дерьмо вытекло.. бесполезное ты создание... я сползаю вниз, чтоб обнять тебя... глупо, глупо нас с тобой бросили... в волосах твоих вижу проседь я... одиночество хрустит на зубах... по периметру голых стен... нас убьют с товой не за страх... видишь за стеклом- новый день...

небесам пытаюсь я донести эту весть я бы сам да ошибок моих не счесть да огрешностей моих не сосчитать мне бы просто побольше спать мне бы просто поменьше мечтать да почаще ходить гулять... я все так же легко тяну свою мысль из своей головы в восприятии будто тону вы кричали мне: "плыви?"... я плыву как могу а могу я плыть плохо... может быть, утону или оглохну от вопля от вопля, раздавшегося внутри от крика, проклятий рода... тихо так, шуткой, "не ври" прошептала мне тень у порога... я же знаю-дорога одна я же помню-как тень мне верна я же знаю-как я верна тени я верю-йорх все же жива... я мечтаю.. Хиде? о моя голова!.. криком, стоном меж пальцев вытекает память с судьбой я не звал вас на тризну... нет, не уходи, постой! напостой, лепестком от гарды я пытаюсь поддеть свои вены нашептали мне барды... а я поверил... как улыбкой прочертан маршрут пьяного корабля who named darin как ехиден и едок тот путь что прошел я от краха до края.. до подвала, где ждет меня сталь закаленная для моей шеи до подвала... до неба... мне б стать пред тобой на колени... только гордость я воспитал и назвал ее частью своей.. я пытался— и я пытал рисовал я вас всех на песке... по шагам. по следам я ходил по своим нелепым следам... неудачную жизнь я прожил... но ее никому не отдам... не отдам я своих заблуждений их усердно взращивал я не отдам и своих предпочтений это только моя-лишь моя— лишь судьба... как ленивая сволочь пинаю камешки на своем берегу создаю я из них мандалы берегу, как могу берегу... мои сны— это вязкая жидкость моя ложь— это сладкий нектар моя память— как тонкая нить я никак не могу порвать... к небесам я пытаюсь поднятся вверх только лестница почему-то вниз... я бы сам только не успеть... я захлебываюсь я захлебываюсь я барахтаюсь.. при падении вниз я захлебываюсь мечтой...

Так приятно,смотря в ночное звездное небо,забыть на несколько мгновений что ты человек...растворится...сбросить с себя груз человеческий..всю боль,которая убивает так быстро....и расправить крылья..

наши руки провисли суетится уж поздно... сквозь хрустальную башню проникают лучи сквозь хрустальные стены сквозь застенки хрусталя сквозь пробитые бреши в дымке твоей в твоей обороне от реальности мира от зыбучих мыслей от застрявших мыслей наши руки провисли наши пойманы мысли наши скомканы жизни сбиты в единый клубок тот клубок, который нам не догнать тот клубок, что маячит на горизонте обжигая наши расширенные зрачки наши руки пусты наши руки тонки как надежным казался наш план побега как наивно было вешать маятник в небо... вешать маятник в небо... я остался последним раз за разом выбывали вы из игры раз за разом выбывали вы из игры я как старый эдемец с пауком на правой щеке обреченный на вечность... на вечную жизнь в песке... я остался последним бесподобен и жив... как ищейка по следу я брожу через мир... нет надежды и права нету лева и света нету дна и начала только пески... только тонкое покрывало от конца до конца до горизонта и маятник в небе как ухмылка качаясь сбивает со следа меня... я настраиваю радио без переводчика я улавливаю токи бегущих мыслей азбукой Морзе шлю я посланья из мыслей— для друзей... для останков друзей... так верней... не достать нам до солнца не увидеть рассвета поселившегося прямо в высоких стенах хрупкой башни из аметиста куда сам себя ты загнал наш великий... не достать нам до солнца наши руки провисли метаться уж поздно... мы висим в небе синем... мы висим в небе красном... обалденно прекрасном... мы следим как навстречу друг другу спешат призрак прошлого и настоящее... в алом небе усмешкой мы висим... мы видим... мы— исчезаем под клубами пыли что поднял ты собой... Айк полукровка... чертов эдемец... чертов эдемец... Метаморфоз

Animal jazz, Шаг-вдох Если ты эту песню слышишь, знай, ее придумал я О том как мир неровно дышит в ожидании дождя Осталось сделать шаг Осталось сделать вдох И снова ждать и снова жить листом в тисках календаря А дни идут, а дни идут своим обычным чередом А люди также мимо прячут взгляды стянутые льдом Считая каждый вдох И ускоряют шаг И в воротник пальто шепчу слова и думаю о том Что революционно условно немодно сидеть и на заливе жечь костры В порядке очередном встаем мы к исходной отсчетной точке взлетной полосы Намечены пунктиром зарплаты, квартиры, расписаны по партиям ходы Очередной звезды Дежурной рок-звезды А мне найти бы ключ к тому что называется тобой Ты словно создана и мне дана чтоб стать моей судьбой Но я не повернусь Оставлю за спиной Начну учить тяжелое искусство быть самим собой Революционно условно немодно сидеть и на заливе жечь костры В порядке очередном встаем мы к исходной отсчетной точке взлетной полосы Намечены пунктиром зарплаты, квартиры, расписаны по партиям ходы Очередной звезды Дежурной рок-звезды

пожалуй, моя самая любимая песня. Я пел о богах и пел о героях, о звоне клинков и кровавых битвах… Покуда сокол мой был со мной, мне клёкот его заменял молитвы. Но вот уж год, как он улетел, его унесла колдовская метель. Милого друга похитила вьюга, пришедшая из далёких земель. И сам не свой я с этих пор, и плачут, плачут в небе чайки. В тумане различат мой взор лишь очи цвета коричавки. Ах, видеть бы мне глазами сокола, в воздух бы мне на крыльях сокола! В той, чужой, соколиной стране, да не во сне, а где-то около. Стань моей душою, птица, дай нам время, ветер в крылья. Каждую ночь полёт мне снится — холодные фьорды миля за милей. Шёлком твои рукава, королевна, белым вереском вышиты горы... Знай же, что там никогда я не был, а если и был, то себе на горе! Мне бы вспомнить, что случилось не с тобой и не со мною Я мечусь, как палый лист и нет моей душе покоя. Ты платишь за песни полной луной, Как иные платят звонкой монетой. В дальней стране, укрытой зимой Ты краше весны, ты краше весны, ты краше весны… И пьянее лета. Просыпайся, королевна, надевай-ка оперенье — Полетим с тобой в ненастье. Тонок лёд твоих запястий. Шёлком твои рукава, королевна, ясным золотом вышиты перья… Я смеюсь и взмываю в небо, Я и сам в себя не верю! Подойди ко мне поближе, дай коснуться оперенья, Каждую ночь я горы вижу, каждое утро теряю зренье. Шёлком твои рукава, королевна, ясным месяцем вышито небо… Унеси меня, ветер северный, в те края, где боль и небыль! Как больно знать, что всё случилось не с тобой и не со мною! Время не остановилось, чтоб взглянуть в окно резное. О тебе, моя радость, я мечтал ночами, Но ты печали Плащом одета. Я, конечно, ещё спою на прощанье, Но покину твой дом, но покину твой дом, но покину твой дом Я с лучом рассвета. Где-то бродят твои сны, королевна? Далеко ли до весны травам древним? Только повторять осталось Пару слов, — какая малость! Просыпайся, королевна, надевай-ка оперенье. Мне ли знать, что всё случилось не с тобой и не со мною. Больно ранит твоя милость, как стрела над тетивою. Ты платишь за песни луной, как иные платят монетой. Я отдал бы всё, чтобы быть с тобой, Но может тебя, но может тебя, но, может, тебя и на свете нету… Ты платишь за песни луной, как иные — монетой, Я отдал бы всё, чтобы быть с тобой, Но может тебя, но может тебя, но, может, тебя и на свете нету…

До свиданья... Луна убывает, такое бывает. Я иду стричься. Меня убивают из эмки стреляют в левую мышцу. И не попадают, что тоже бывает. Сбиты прицелы. А я улыбаюсь, живу и не старюсь четырнадцать целых лет. До свиданья, мой любимый город, я почти попала в хроники твои. Ожиданье — самый скучный повод, нам с тобой так мало надо для двоих. Потухли все звезды, совсем от мороза все потемнели. Пожухли те розы, вызвали слезы и надоели. Ненужная проза из-за мороза будет ли белой. А я улыбаюсь, живу и стараюсь и волосы целые. До свиданья, мой любимый город, я почти попала в хроники твои. Ожиданье — самый скучный повод, нам с тобой так мало надо для двоих. До свиданья, мой любимый город, я почти попала в хроники твои. Ожиданье — самый скучный повод, Как же я устала думать за двоих... До свиданья, мой любимый город, я почти попала в хроники твои. До свиданья... Земфира.

первый день зимы... а у нас плюсовая температура, я хожу в осеннем пальто и осенних сапогах) видимо, Новый год мы опять проведем с дождиком ">
пальцев я не чувствую вообще, зато уже почти играю Звезду по имени солнце... если что-то выйдет, попробую записать)
через полчаса пары, так что всем удачи

Прости меня, что не ценила Когда ты был со мною рядом Прости меня, что не ласкала Тебя своим влюбленным взглядом Прости, что я твою любовь убила Прости , что не увидела в тебе опору Прости, за то, что упрекала И без причин так злобно на тебя кричала Прости за мой холодный взгляд Прости, что не могу ничего я изменить И время то вернуть назад

— Ты знаешь, я устал, а она…она больна. Приходи завтра, приноси свои чертовы счета, приводи хоть весь штат сотрудников: все эти гладковыбритые рожи с цепкими руками — но только завтра! Да я устал. От молчания — ведь я, по сути, ничто — обычное воспоминание, оставленное кем-то на стене в минуту вдохновения или отчаяния. Я… но полно об этом. Я ничем не мог ей помочь. Но попробую начать с самого начала. Эта комната когда-то принадлежала мне. Мои родители были удачливыми коммерсантами, и мое будущее казалось светлым и безоблачным. Таким оно казалось всем (и эти все не без зависти смотрели мне в спину, а порой и не упускали случая плюнуть) кроме меня. К сожалению, я был так же далек от дела предков своих, как они, скажем, от мыслей о голодных обитателях ночлежек. Их сухой, рафинированный взгляд на жизнь, четкие правила и пошлая деловитость — все это мне претило, я искал что-то иное, живое, трепетно дышащее…это была любовь. Я был юн, только поступил. Конечно же, на юриста — ведь это мечта каждых благочестивых родителей, чтобы их сын стал адвокатом, или, дай Бог милости, самим судьей! И, само собой разумеется, на пары я не ходил. Вечера в нашем городе проходили ярко и празднично. Сюда съезжались ребята из близлежащих сел, привозили с собой бочонки с вином, зажигали огни, зазывали цыганок, завязывали кулачные бои — я любил их, как если бы это были не люди, а персонажи книги. Моей книги; еще не начатой, но постепенно растущей и прибавляющей в весе изо дня в день в моей голове. Самое трудное в деле писателей (а эту истину я открыл для себя как только открыл записную тетрадь) — это преодолеть пугающую чистоту листа; она словно щит отражает все атаки мысли, и пока не сделаешь на ней пару бессмысленных клякс — никак не дается. Чуть позже мне открылась еще одна тайна: искусство письма — это такая болезнь. Ты ее не замечаешь, пока не станет поздно, но как только ты полностью в ее власти — пиши пропало: ты ничего не хочешь так в этой жизни, как писать и быть прочитанным, услышанным, одобренным, начинаешь выжимать из сердца чувства, буквально «доить» его, словно безумный хозяин дряхлую корову. И чем больше ты их выжимаешь, тем менее понятными они становятся, скуднея и теряя краски. Это новая стадия — начинается ломка, тебе всегда чего-то не хватает: еды, секса, любви, выпивки. Вечное недовольство, грызущее себя, плюющее в других. Кого-то это доводит до опиума. Меня же привело к петле. Нужен был только один толчок. Один— единственный. И он не заставил себя ждать: опьяненный чувством собственного ничтожества, я поднял глаза к небу, но встретил не холодный взгляд горних вершин, а голубизну глаз пробегающей мимо незнакомки в белом, словно облако, платьице. Да что там говорить, разве я мог не влюбиться?

я вернулась. было круто. на этой неделе защита литобзора — не представляю как, но я это сделаю фсё, ребята, допрыгались... теперь я — это я вдвойне ;)

так! идея.
каждый, у кого есть хоть секундочка свободного времени) напишите сюда по паре строк обо мне. то, что считаете самым основным) буквально по два-три предложения. а я всё это кину в профиль) чтоб приходящие знали, чего им ожидать

запись создана: 10.06.2008 в 19:55

Мой город ждет своим дыханием осень, Молчит и смотрит ночью на меня. Я говорю с ним, только тихо очень, Дарю ему любовь и свет огня. Перетекая с пристани на сопки, Блестят огнями фонарей его глаза. И неспеша уходят мысли, а уловки Уже готовы жизнью для меня. Смотри. Ночь пришла. Она объяла мой город своей полупрозрачной тенью и желтый свет фонарей, уже дарит шагам направление мысли. Смотри. Мы идем по пустынной улице, где нет никого. Уже покой окутал все окна и только сны витают между домами, приставая ко мне своими разговорами. Я спускаюсь и подымаюсь с одной сопки на другую, чтоб ощутить дыхание моря и увидеть всю красоту и волшебство открывающегося с высоты полета моего мира. Слышишь? Проехал одинокий трамвай, оставляя в сердце унисон перестукивания жизней. Он как одинокий странник, пришел и исчез и только туман на секунду открыл свои объятья и тут же укрыл пропадающий звук своими руками. Где то далеко раздались одинокие шаги. Они как неведомое присутствие, как взгляд из ниоткуда рассказали о своей жизни. Немного прохладно. Брат ветер любит меня, он ни на секунду не отпускает своего свежего дыхания и всегда рассказывает о всех новостях. Вдалеке мерцают загадочные огоньки далекого берега. И там жизнь, и там люди, в чьих сердцах столько огня, что можно согреть всю вселенную. Чувствуешь этот прекрасный запах. Запах, который принес из детства мой друг. Туман пахнет морем и сладковатым, едва уловимым запахом мазута, запахом порта. Сколько надежд и тепла я дарил этим улицам, сколько встреч и расставаний, смеха и слез, таят в себе эти каменные хранители времени? Я спустился с Орлинной сопки и иду вниз, по улице, которая хранит меня с самого рождения. Каждый мой шаг словно утопает в сотнях шагов, сделанных мной когда-то. Я молча здороваюсь с собой через время. Медленно ступаю на песок и он вторит моему сердцу отпечатками, которые останутся здесь до следующего прилива. Прохладно. Хочется выпить и сидеть слушать шум моря. Здесь нельзя пить пиво — напиток полумер, здесь можно только чувствовать. Я достаю флягу с горячими глотками коньяка и повторяя движение волн, делаю несколько дыханий. Можно сидеть на берегу целую вечость, главное чтоб не кончалось время. Шутливо, в каком то забытом танце, заигрывает со мной дорожка от фонарей. Ее блики на волнах разговаривают неведомым языком, но я понимаю его. Зачарованно я смотрю на море и душа уносит меня через всю мою жизнь к моим мечтам и любви, к моим стремлениям и несбывшимся надеждам, которые просто стали чем-то другим. На горизонте, за полуостровом Песчанным уже проглядывает рассвет. Небо проснулось и вдалеке донесся звук просыпающегося дня. Я ухожу. Это уже другая история. Мой город, как любовь непостижима, Негласен и укрыт моей душой. Храню его. Как сердце пилигрима Хранит мечту, найти в конце покой. Мой город это сердце и слеза, От счастья быть с ним буд-то братом. Моих морей прозрачная вода Несет всю жизнь мою куда-то...

на улице красота такая, а я дома сижу. завтра точно надо выбраться погулять. Эфк, моё предложение еще в силе?
вчера Ванько притащил наконец гитару "> а я, глупая, боялась, что мама с папой будут возмущаться, мол, уроки учить надо, а не дурью заниматься... вместо этого я обеспечила всем вечер отличного настроения "> сначала папа долго пытался ее настроить (в итоге попытки увенчались успехом), потом на звуки игры прибежала мама и выяснилось, что она даже умеет немного играть, вот уж чего я не ожидала "> ибо и слух, и голос у мамы отсутствуют напрочь. за вчера я успела выучить один аккорд (названия правда не знаю">), пальцы боляяяяят нашла в инете кучу самоучителей, так что готовьтесьмамапапа, ваши уши этого не выдержат...)

Столько людей, столько мыслей, Столько вселенных и слов. Столько сердец, столько жизни, Столько прекрасных умов. Столько молчаний и смеха, Столько несказанных фраз. Столько ошибок и ветра, Столько молитв и проказ. Столько небес рассуждений, Столько отказов от сна. Столько любви объяснений... — Улица, город, страна! Столько надежд и рассудка, Столько великих идей. Сколько? — Простите, минутка. В вечности мы победней.

«Морозная река» на Яндекс.Фотках
«Первый снег» на Яндекс.Фотках
Посмотреть на Яндекс.Фотках

немного перлов от мамы с бабушкой:
во время последнего похода в супермаркет купили мясо криля. бабушка собирается делать оливье. для его приготовления дома есть всё, кроме варёнки. далее следует диалог:
бабушка: Аня, напиши папе, чтоб купил варенки
мама (ехидно): а то с крилем это получается прям какое-то оли..оливь... оливьё!
я падаю на месте.
мама (слегка ошарашенно): вот она, правда жизни — с варенкой оливье, а с крилем оливьё... нда Оо

захотелось чего-то цветного. воть. как?