Divena — ***

— Я говорю по-русски, мсье, думаю, Вам так будет удобней.

— Как пожелаете, — вот, ожидаемая кривоватая усмешка. И полное отсутствие узнавания в оценивающем взгляде Шада, как ритуальный кинжал под рёбра, — Так вы сделаете копии? Венсан хорошо заплатит, ему очень важны эти документы.

— Да, мсье, — заплатят... Боги, да я что угодно сделаю, лишь бы он просто узнал меня, — Позвольте узнать, как Вас зовут?

... — Отныне и навсегда имя тебе Шадар. Отныне и навсегда я — госпожа твоя, Шайренн. Как тебя зовут, Изменённый?

— Шадар.

— Кому ты принадлежишь?

— Госпоже Шайренн.

— Всецело?

— Все мои души, моя плоть, моя кровь, моя воля принадлежат моей Госпоже, имя ей Шайренн.

Резкая боль в запястье, на чёрные гранитные плиты упало несколько алых капель. Глухой рычащий голос изменённого до сих пор эхом гулял среди мрачных сводов.

— Испей моей крови, слуга, — коленнопреклоненный гигант почти с нежностью, как мне показалось, приник губами к раненому запястью, жадно слизывая кровь. Язык у изменённого был по-звериному мягкий, влажный и горячий. У священных кошек жёсткий, словно тёрка.

— Хватит. Прочь! — послушание идеально, Шадар уже покинул зал, а я всё ещё сидела, не силах справиться с жаром, охватившим низ живота лишь от одного прикосновения этого зверя. Это не-пра-виль-но. Так нельзя...

— Александр, — я с трудом заставила себя сконцентрироваться на ответе. Александр. Защитник. Разве у него могло быть иное имя?