Радуга — Летящим на северо-запад

Летящим на северо-запад, завидую. Оторвавшимся ОТ. Стремящимся К.

— Ты уходишь к ней?

— Я ухожу от тебя.

— Ты не можешь жить без нее?

— Я не могу жить с тобой.

— Без тебя пустота: в доме, в сердце. Воздушный шарик — сердечко, взлетит, не удержишь.

— Вот видишь, ты освободишься, станешь легче на целого меня.

— Ты не понимаешь.

— И ты не понимаешь.

— От любви не умирают.

— Без любви не умирают.

— Играешь предлогами.

— А ты — людьми.

Листьями, гонимыми северо-западным ветром. Стать рыжим листом, прилипшим носом к вашему окну. Попробовать на вкус, как это быть — брошенной. Маленькой девочкой, свернувшейся калачиком на диване. Кошкой, выставленной за порог. Розовой зефириной облака, плыть высоко, видеть ВАС.

— Я тебя люблю.

— Я тебя любил.

— Любил — убил.

— Не передергивай и не сгущай.

— «Любил» — лиловое, куда уж гуще. Прошедшее. А прошлого не существует, как и будущего.

Летящим в туче не пролитым дождем. Больнее не услышать, чем: «Я тебя любил». Как в душном автобусе, пощечиной: «Какой же вы в юности были красивой…»

— Нельзя быть такой зависимой.

Северо-западный ветер — самый коварный. Дует из прошлого в будущее, минуя настоящее. Метеозависимые, будьте осторожны! Сегодня ожидается магнитная буря. У любвезависимых — душевный крах.

— Ты бежишь от своих обязательств.

— Мы пересмотрим обязательства. Прости.

Слова листиками из блокнота падают, кружась. Словесное кружево.

Лиловые сумерки пустого дома — моего сердца. Зубная боль, захватившая, почему-то все, от макушки до кончика мизинца. Почему так тяжело жить? Ах да, я должна простить. А еще понять. И отпустить. От себя. Того, кто давно ушел.

Черно-белое

На пустынную крышу, мокрую от дождя. Где мир у моих ног, а я над ним. Подняться над заплаканными окнами, обремененными домами, суетными прохожими. Отстраненно. Смотреть сверху вниз на свою жизнь — ставшую черно-белым кино. Нет, это ретро пленка с эффектом «сепия». Там героиня, похожая на меня, живет, ходит на работу, занимается хозяйством. Зачем?

К бортику, теплому от летнего солнца. Свесившись НАД. Возвысившись. К облакам, озабоченно летящим на северо-запад. Завидуя их устремленности. Свободе. С ними, туда, где ждет любовь. С легкой душой. Вслед за птицами.

НЕ взлететь.

Чтобы не были брошенными маленькая девочка, свернувшаяся калачиком на диване, да рыжая кошка, урчащая рядом.

Я не смогла уйти ОТ них. Чтобы всесущий ветер не сделал их своими ангелами.

Возвращение

— Ты где?

— Дома, как ты узнал телефон, я же сменила все номера?

— Не важно, нашел. Я очень хочу тебя видеть. Сейчас подъеду.

— Зачем? Прошло столько лет. Как видишь, я в порядке.

— Только никуда не уходи!

Заменив замки и телефонные номера, я так давно ждала этого звонка, что не узнала голос. Просто поняла, чей он. Мир не рухнул. Не перевернулся с ног на голову, как был обязан. Меня не поразила молния. А посетили прозаические мысли о потерянном выходном. Вот так это бывает, совсем не похоже на мечты.

Когда-то родное лицо, постаревшее, но узнаваемое. Заискивающий взгляд. Волнуешься? Неловкие губы на щеке и выше, в районе уха.

— Можно? Я тебя искал. Звонил, но ты не брала трубку. Домой зайти не решался, думал, ты давно переехала.

— Да, я собиралась улететь.

— Самолетом?

— Почти, но это не важно.

— Ты еще красивее, чем раньше.

— А ты постарел. Хочешь чаю?

Разве мог этот человек владеть моей жизнью? В поисках его я была готова уподобиться птицам? Как такое могло произойти, и было ли это, со мной? И что есть то чувство, что привело меня тогда на крышу, мокрую от летнего дождя?

Пальцы на моих веках. Слепец познает мое лицо. Узнает. На кухне капает вода. Закипает чайник.

— Ты снилась мне. Я хотел вернуться. Давно хотел. Но боялся.

— Тебе с сахаром?

— Я скучал. Крепко скучал.

— Наливаю как всегда.

— Я тебя люблю.

— Я тебя любила.

Дежавю из словесных кружев. Игра времен. Несовпадение. Как все знакомо и узнаваемо. Кто-то любит. Кого-то любят. Все как всегда.

— Ты позволишь тебя любить?

— Зная, что я больше не люблю тебя?

— Ты мне нужна. Пусть будет, как будет.

Мир перевернулся. Мы поменялись ролями. Но эта пьеса с печальным концом. Сказка окончена, добро победило, принц вернулся к своей возлюбленной.

Теперь я знаю, что чувствуешь, когда покидает любимый.

И еще я знаю, как уходит любовь. Крадучись, постепенно, семенящими шажками, изо дня в день, незаметно. Мы думаем, что она, пересыпанная нафталином, спокойно почивает в потайном уголке памяти. Изредка ее проверяем, перетряхиваем пыльную перину воспоминаний. Протираем потускневшие переживания, как бабушкины серебряные ложки. А потом, вспомнишь, а ее уже нет. Сбежала. Бродит где-то, свободная, радуясь жизни.

Но я не знаю, что хуже. Или наоборот. Лучше. Спокойнее. Обыденнее.

Я завидую. Летящим на северо-запад. Оторвавшимся ОТ. Стремящимся К.

Postscriptum:

Памяти моей сбежавшей любви. Теперь уже бывшей.