Never Land

— Ты мне доверяешь? — спросил он тоном ребенка, который просит рассказать сказку на ночь. И она поняла, что этот человек вовсе не собирается завести ее в самую чащу леса, а потом изнасиловать или даже убить. А ведь в ее голове возникала такая мысль.

Не говоря ни слова, она опустила руки и позволила Андреасу вести себя дальше.

Еще через четверть часа они остановились, и Джейн буквально ощутила сопротивление воздуха впереди и вокруг себя.

— Теперь сними обувь.

Она не стала спрашивать, зачем. Его голос обещал головокружительное приключение, словно яркая афиша премьерного сеанса какого-нибудь блокбастера. Джейн послушно сняла ботинки.

Он позволил ей сделать еще один шаг, и тогда мозг Уитти закричал: «Да!»

Перемена, которая произошла в течение этого шага, была невероятна. Словно изменился состав воздуха и почвы под ее ногами.

Андреас встал за ее спиной и развязал ленточку. Еще мгновение Джейн ничего не видела, но потом водоворот красок и запахов ворвался в сознание. То, что она увидела, не могло принадлежать реальности. Таких мест просто не существует на Земле!

— Где мы? — вымолвила Уитти, часто моргая и наслаждаясь пряными ароматами, кружащими в воздухе.

— Это кусочек моего мира, Never Land — страна, которой не существует.

— Ты придумал это место? — Джейн с трудом оторвалась от созерцания невероятной красоты, чтобы взглянуть на Андреаса.

— Думаю, да.

Джейн сделала еще несколько шагов вперед, раскинув руки, будто боясь, что потеряет равновесие. Трава под ее босыми ступнями казалась мягче пуха, отчего возникало ощущение полета.

— Но мы ведь в обычном лесу, мы не можем находиться здесь.

Только ее неверие испарялось с каждой секундой, проведенной в этом райском краю. Вместе со сладкими запахами, оседающими на кончике языка.

Поляну перед ними заливал теплый лунный свет, а дальше все тонуло во мраке.

— Я всегда думал о месте, где бы мы могли оставаться вдвоем, — Андреас взял ее за руку, потому что Джейн все еще колебалась, стоит ли идти дальше. — Посмотри на траву.

Джейн опустила голову и увидела, что трава имеет вовсе не тот привычный оттенок, о котором говорят люди, когда заходит речь о траве.

— Боже, Андреас, она голубая!

— Это потому, что здесь всегда ночь и всегда светит луна. А еще… — он взмахнул руками, будто что-то подбрасывая в воздух, и от земли стали подниматься крупные капли росы, в которых переливались перевернутые радуги.

Джейн ахнула. Ее сердце трепыхалось в груди все сильнее.

— Идем. — Андреас повлек девушку за собой. В какой-то момент он опустился на колени, она присела рядом. — Смотри внимательно.

Андреас поводил пальцами над проклюнувшимся не более чем на одну десятую дюйма росточком, и тот потянулся к его ладони. Стали появляться листья. Стебель, скручиваясь, рос вверх. Потом образовался бутон. А когда он раскрылся, Джейн едва не лишилась чувств от небывалой красоты и грациозности цветка. Он был розово-фиолетовый, но, возможно, это лунный свет делал его таким.

— Понюхай.

Джейн медленно наклонилась и вдохнула нежный аромат экзотического цветка. Он пах карамелью и апельсинами, клубничным вареньем и мятной жевательной резинкой одновременно. Девушка откинула голову, завороженная и зачарованная этим миром, где на бархатно-черном небе всегда висит сырная голова луны, покрытая неизведанными кратерами, где трава цвета морской синевы, где роса поднимается вверх, где цветы вырастают и распускаются за одно мгновение. Но когда губы Андреаса коснулись ее собственных, это ощущение затмило все то, что она когда-либо переживала. Она готова была разрыдаться от осознания того, насколько сильную любовь она способна испытывать, и сколько лет прошло даром без этого чувства.