selena-che — Моряк

Так вышло, что день его рождения не был ничем примечателен, да и сам Генри был вполне обычным младенцем, однако. чтобы добавить величия этому красному орущему существу, мать назвала его Генрихом в честь легендарного короля-многоженца.

Генри вполне воспринял это стремление и с детства мечтал стать пиратом или, на худой конец, капитаном военного линкора. Правда, он не знал, как быть ни тем, ни другим, зато знал, как выглядят рыбаки, ведь они часто захаживали к его мамаше. А еще он знал, как пахнет серебристая чешуя рыбы, когда рыболовецкое судно подходит к берегу, как покидает жизнь её почти целиком состоящее из мышц тело и как на закате масляными пальцами это обмякшее склизкое тело отправляет в рот один из ненавистных Генри или его матери капиталистов.

Поэтому Генри был идеальным кандидатом и его почти сразу, лишь слегка поторговавшись за мизерную зарплату, взяли на "Повелитель Бурь".

Повелителем бурь он не стал, зато научился ходить вразвалочку да паре забористых выраженьиц,от которых кишки стынут в утробе. в прочем, говорил он мало, к радости многих.

По вечерам он иногда заваливался в портовый трактир. Странная злоба, иногда просыпавшаяся в нем, любила местное хмельное пиво, а по пятницам виски, и , напившись, к радости Генри, засыпала.

Еще одна радость этого трактира была в уборной, где с календаря эдак 80-го года ему улыбалась полногрудая валькирия. Генри смотрел на её белую. поблекшую от времени, но нежную кожу, и его ладони начинали гореть от желания прикоснуться если не к божественной плоти, то хотя бы к слегка обрюзгшей и пахнущей рыбой плоти её жриц. Но жрицы недовольно вскрикивали от жадной хватки этих мозолистых ладоней, и тогда он злился, чувствуя обман, ведь Она никогда бы так не визжала, только улыбалась в ореоле белокурых волос, стоя на берегу неведомого моря. И тогда он снова шел в трактир и заказывал у рыбы в черной жилетке стопочку или две.

Таковы были его маленькие радости, но мы никогда не узнаем, насколько велика была для него их потеря, ведь он даже не заметил металлического крюка, который сорвался ему на голову. Капитан судна, с кторого слетела эта "рука судьбы", ничего не знал об этих радостях, зато смерть самого Генри весьма его раздосадовала, и , опасаясь комиссии по технике безопасности, он скормил его тело рыбам, которые отнесли его на неведомый берег, где дело довершили чайки.

На следующее утро случился странный казус, когда чайка Джонатан рассказал чайке Стенли о своем сне, в котором он был капитаном великолепного линкора, вторая же возразила, что это настоящая чушь,ведь местные чайки сотни лет уже не видели линкоров. Обидевшись на собеседницу, Джонатан собрал всю свою ярость, чтобы дать отповедь, но залюбовавшийся такой важной птицей бездомный поймал чайку, и сделав из нее отменное чучело, продал зоологическому музею.

Иногда и в наши дни какой-нибудь заплутавший среди пыльных витрин карапуз тычет в неё пальцем и говорит "Капитанская чайка!".