Улайри Марина — Наблюдатели

— Красиво, правда?

— Что красиво? — промолвил я.

— Это, — последовал ответ, и рука моего собеседника медленно указала куда-то вверх, — как часто в жизни ты смотрел на небо?

Я поднял глаза к высокому небосводу, усыпанному мириадами звезд. Сверкая и переливаясь в своем величие, они с грустью с грустью смотрели на нас. Такие близкие, но такие холодные. Я попытался вглядеться в этих молчаливых историков, и то, что я увидел, мне не понравилось, их несчастные души обожгли мое сердце.

— Они многое знают, да?

— Да… — раздался тихий голос, — звезды — самые древние наблюдатели. Они знают все. Они многое видели. И хорошее, и плохое.

— А войны?

— И их тоже.

Мои глаза продолжали смотреть на эти загадочные небесные светила:

— Значит, они безвольные наблюдатели наших последних дней?

— Может и последних…

— Почему, может? Разве смерть не несет с собой конец?! А, убивая, разве, не сокращаешь свою жизнь?!

— Боль, страдания этого мира эхом отозвались в сердцах звезд, но они не могут нам помочь, кричат, но их не слышат, кровь и смерть преследуют их… им больно… больно за нашу жизнь, за глухоту души и сердца человека…

Порыв ветра пронес по небу куцые облака, и тишину разрушила его хрустальная песнь. Я вздрогнул.

— Что нас ждет? — спросил я, — какова наша судьба?

— Ведь ты знаешь, что будет, — спокойно ответил он.

— Я не хочу… не хочу, чтобы было так…

В этот момент мир, словно замер, прислушиваясь к одинокому голосу в темной ночи, умоляющий изменить настоящее, ради будущего,… почему умолял? Может потому, что сам был уже не в состоянии что-либо изменить. Или может — нужна помощь…. Ветер подхватил мольбу и, рассыпав ее на миллиарды осколков, унес с собой…

— Он хочет помочь? — болезненно спросил я.

— Он всегда помогает, но вот вопрос нужна ли она людям?

— Что же нас ждет?

Жизнь — тонкая и хрупкая ткань со сложным рисункам. Ее легко разорвать, но она никогда не соединяется без болезненных швов…