ДеньНочь — "Летучий голландец". История одного призрака.

Прошло сколько лет с той поры — неизвестно,

На том корабле счёт годам не ведут,

Ждать нечего им, дни считать бесполезно, —

На берег они никогда не сойдут.

Корабль мертвецов, призрак мчится по морю,

Не в силах замедлить, убавить свой ход,

Он должен идти на бескрайнем просторе

Всегда, неустанно вперёд и вперёд.

Отчаявшись, вновь дно морское пахали,

Отдав якоря — цепи лопнули их,

В тоске иссушающей, в тяжкой печали

Томится команда из трупов живых…

По дому тоска (сколько раз уже было)

Вела его к суше, но только вдали

Она появлялась — неведомой силой

Корабль — призрак гонит опять от земли.

«Летучий голландец» теперь его имя,

И встреча с ним в море — предвестник беды,

С ветрами является он штормовыми,

Всегда ниоткуда, как из — под воды.

Уже не корабль, нет — один только остов,

И ветер свистит сквозь шпангоутов ряд,

Как — будто скелет он, обглоданный острый,

Летит по волнам красным светом объят.

Обломаны мачты и спутаны снасти,

Обшивка в пробоинах, от парусов

Одни лишь лохмотья, но он не во власти

Теперь прихотливых, строптивых ветров…

У тех,    

Кто с ним встретился, кровь в жилах стынет…

Вот он появился на гребне волны,

Застыл на мгновенье на самой вершине…

Он близко уже! На шкафуте видны

Матросы его, каждый высохший, бледный,

Работою вечною занят своей:

Тот шкот вытравляет из бухты усердно,

Тот крепит конец, тот на риф взял грот — рей.

Вон сам капитан… Он стоит у штурвала

В дырявом, изодранном, ветхом плаще,

И рёбра видны на груди его впалой,

Пустые глазницы, как пара пещер…

Кто встретив «Летучий голландец» лишится

В опасный час мужества — горе тому,

Уже не спасёт и святая десница, —

Не сможет развеять нависшую тьму.

И, встретившись с ним, удаётся немногим

Остаться в живых и достичь берегов —

Всех дьявол в свои забирает чертоги,

На свете оставив их сирот и вдов…

Был

С клипером «Глостер» английским тот случай,

Он курс держал в Англию, вдруг его штиль

Застиг… И… Явился Голландец летучий

С ним на расстоянье полутора миль.

Корабль, что был проклят, узревши воочью,

Себя моряки осеняют крестом,

Не шёл он — летел! Парусов его клочья

Полощут и рвутся на ветре своём.

На кабельтов призрак сближается с ними

И шлюпку спускает, а в шлюпке гребцы…

О, Боже Всевышний со всеми святыми!

Скелеты в лохмотьях, они мертвецы!

На «Глостере» думали — всё, им не выжить,

Сковал моряков дикий ужас и шок,

Скрип в ржавых уключинах, лодка всё ближе,

И тут им на палубу плюхнул мешок.

«Летучий голландец» и шлюпка исчезли,

Из будто и не было. Что до мешка,

К нему подойти все боятся, а если

В нём черти сидели? Ищи смельчака!

Разлезлись истлевшие швы мешковины,

Внутри были письма покойников… Зла

В них поросль, утащит тот груз их в пучину,

На всех и корабль тьма проклятья легла.

Не видеть им берега больше родного,

Теперь они пленники, гибель их ждёт,

И призрак на море появится новый —

Таков безнадёжный их будет исход…

Матрос с волосами белей морской соли

Тут вспомнил — слыхал он от деда, как жив

Ещё был тот, вовсе мальчишкой, что воли

Проклятье лишить можно, письма прибив

К фок — мачте, и так зло оставит без власти,

От «Глостер» это прогонит беду,

Лишь стих молотка стук — все ожили снасти,

И ветер попутный им снова подул.

В ближайшем порту они отдали почту,

Дошли, наконец, письма всех мертвецов,

Но многим из них уж ничем не помочь то —

Нет больше на свете таких адресов.

Одно письмо Розе ван Хольп, жившей в доме

На улице Сан Николаас, тот дом

Напротив трактира «Зелёный гусь», кроме

Того есть скобяная лавочка в нём.

Но в Дельфте возникла проблема в доставке:

По городу долго бродил почтальон —

На улице той ни трактира, ни лавки,

И дом лишь примерно сумел найти он.

(Нет больше той лавки, нет больше трактира:

Закрылся трактир, лавка разорена,

Пришло письмо словно из прежнего мира,

Да уж миновали его времена).

Открывшая дверь молодая голландка,

Письмо взяв, вдруг белая, как полотно

Становится — был адресат пра — прабабка

Её, уж умершая очень давно…

Да — время живым… На «Летучем голландце»

Какой же в нём смысл — им вся вечность дана,

До дыр можно драить прогнившие шканцы

Не требуя отдыха, пищи и сна.

Несётся по морю «Летучий голландец»,

Не зная границ ни долгот, ни широт,

В пути постоянно извечный скиталец,

Но к берегу он никогда не придёт.

Большая Медведица в путь ему светит

Сегодня, а завтра уже Южный Крест,

Но призрачна воля — проклятия сети

Удержат вдали от родных ему мест…

«Летучий голландец», курс не выбирая,

Идти будет так до скончанья времён,

Его капитану в том кара такая —

И вечно скитаться корабль обречён.